[{"content":" Вставка: обращение к сестре. Края листа обрезаны. Семейный архив.\nПродолжение вставки; правый край обрезан. Семейный архив.\nРеквизиты Что это Вложенный / отдельный лист в тетради, не основной дневниковый разворот Кому «Милая и родная моя сестричка» (чтение по листу) От кого по содержанию — обращение сестры к сестре; подпись/имя на обрезке требуют сверки Связь Рассказ о сестре Гене Состояние края обрезаны, блик; значительная часть строк не читается — отмечено [?] Чтение [вставка / письмо на отдельном листе; края обрезаны]\nМилая и родная моя сестричка!\n[Далее на листе 089 — длинный ряд неразборчивых мест; восстанавливать наугад нельзя.]\n[продолжение, лист 090; правый край обрезан]\nХорошо вышивала[?]. У меня остались твои работы, мне очень[…] Я часто вспоминаю тебя и жалко, что тебя нет. Прости меня, родная, если за что-то не то сделала когда. Я была еще юной и глупой. Прости меня, я так люблю тебя.\nP.S. Ты была талантлива, твои стихи доказательство этому[?]\n(края листа обрезаны; часть окончаний строк не читается)\nДипломатическая расшифровка [стр. 089 — вставка; края обрезаны] Милая и родная моя сестричка! [многочисленные неразборчивые фрагменты — [?]] [стр. 090 — продолжение; правый край обрезан / блик] Хорошо вышивала[?]. У меня остались твои работы, мне очень[…] Я часто вспоминаю тебя и жалко, что тебя нет. Прости меня, родная, если за что-то не то сделала когда. Я была еще юной и глупой. Прости меня, я так люблю тебя. P.S. Ты была талантлива, твои стихи доказательство этому[?] См. также: Сестра Геня и брат Тёма · Письма с фронта Связанные материалы Контекст сестры: Сестра Геня и брат Тёма Кривошеина Татьяна Тимофеевна Коллекция: Письма с фронта ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-vstavka-sestre-089-090/","summary":"Вставка-письмо к сестре; края повреждены.","title":"Вставка: письмо к сестре (листы 089–090)"},{"content":" Обложка: «Наша родословная: Самсоновы».\nЧто это Семейная тетрадь в клетку.\nТатьяна Тимофеевна Кривошеина пишет от своего имени: «моя мама», «мой отец», «нас водили гулять».\nВнутри:\nРодословные схемы с вклеенными фотографиями. Сплошной рассказ — биография матери, детство, Москва, война, характер отца. Вклейки — документы, газеты, стихи, списки. Как читать на сайте Опубликована первичная расшифровка первой части (около 79 страниц), разбитая на главы — см. оглавление дневника . Архив не закрыт: ожидаются новые листы, расшифровка уточняется по оригиналу.\nНа сайте сейчас в основном точная расшифровка (последовательность и смысл автора, без литературной «переписки»). Где возможно, рядом показан снимок страницы. Отдельная «версия для удобного чтения» добавляется точечно, когда нужна, и не заменяет расшифровку.\nОбозначения:\n[?] или [неразборчиво] — не удалось уверенно прочитать; [предположительно: …] — вероятный вариант; редакционные пояснения и подписи к иллюстрациям отделены от голоса автора. Даты иногда расходятся внутри тетради — сверять с документами. Родословные схемы — источник, но не безошибочный: расхождения с текстом воспоминаний не скрываются.\nПо рукописной тетради «Наша родословная. Самсоновы».\nС чего начать Обложка и родословные схемы Моя мама Детство в Москве Война, 1941 Характер отца Список глав — в оглавлении .\nОглавление тетради · Обложка и родословные схемы →\nОглавление тетради · Обложка и родословные схемы →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/o-tetradi/","summary":"Первая часть (~79 стр.) семейной хроники от первого лица — расшифровка по главам.","title":"О тетради"},{"content":"Фото Татьяна Тимофеевна (урожд. Самсонова). Дата съёмки пока не установлена.\nДома, 15 апреля 2019.\n«Мне 12 лет» — из тетради.\nКласс 6 «а».\nСтарший преподаватель, МИСиС.\nЕщё: альбом 2019 · семейный альбом продолжения · тетрадь Кривошеина Татьяна Тимофеевна (2 сентября 1926 — 24 сентября 2021) — автор рукописной тетради «Наша родословная. Самсоновы» , центр этого семейного архива.\nОчерк с датами жизни и памятью: О Татьяне Тимофеевне . Ниже — связная биография по рукописи, семейным документам и подтверждённым связям архива. Пробелы не заполняются догадками.\nПроисхождение Рождение 2 сентября 1926 (официальные семейные документы; табличка на захоронении) Смерть 24 сентября 2021, 95 лет Отец Самсонов Тимофей Петрович (1888–1955) Мать Ева (Евдокия) Константиновна Самсонова (1900–1981) Детство Москва (по рукописи: Воздвиженка, Моховая, ул. Серафимовича — гл. 03 ); семья поселилась в Доме на набережной , когда Татьяна была ребёнком (переезд 1931) Примечание\nНа схеме рода записано «21/IV–1926» у имени Татьяны. Сайт не подменяет этим чтением биографическую дату 2.09.1926 из семейных документов; схема фиксируется как содержание источника. Интервью о Доме на набережной В декабре 2011 года, уже в глубокой старости (около 85 лет), Татьяна Тимофеевна стала собеседницей «Комсомольской правды». Материал Ларисы Кафтан «Легенды и мифы Дома на набережной» — к 80-летию Дома правительства — построен в том числе на прогулке с ней по дворам и на её рассказе.\nЭто второй слой её свидетельства рядом с тетрадью. В рукописи детство, переезд 1931 года, двор, клуб и годы 1937–38 записаны от первого лица (гл. 02 , 03 , 13 ). В газете те же узлы звучат устно, для широкого читателя: дети и кружки начала 1930-х, соседский дом, отец и заселение, опечатанные квартиры, страх, о котором потом говорила мама. Семья поселилась в доме, когда Татьяна была ребёнком — не «в пелёнках»: между рождением (1926) и переездом (1931) около пяти лет.\nКарточка источника (без перепечатки): «КП», 4 декабря 2011 . Там — сверка слоёв (журналист / прямая речь / тетрадь), границы использования и политика адресов.\nПримечание\nВнешний материал; оригинал на русском. Образы вроде «ровесницы дома» — журналистика, не биографическая дата. Должность отца около 1931 и детали комиссии читаются как память дочери (в тетради есть варианты формулировок) и не подменяют кадровый архив. Братья и сестра Сестра — Самсонова Евгения (Геня) Тимофеевна — рассказ «Моя сестра» (гл. 10–11 ). Брат — Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма / Тимоша) — детство, фронт, Сталинград (гл. 11–12 ). Война, школа, письма По рукописи: школа, эвакуация, фронтовые письма товарищей и брата.\nШкола и война Письма товарищей военных лет Коллекция «Письма с фронта» (адресат — Таня / семья) Юность, Саша, Крым, семья Муж — Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988); в тетради — Саша. Полная биография мужа (работа, арест 1949, реабилитация, премия 1989) — на его странице.\nЮность и знакомство с Сашей Крым, Севастополь и начало семьи Семья и дети Свекровь — Нина Васильевна ; свёкор — Д. А. Кривошеин .\nДети и внуки — на схемах ; для живых — только год рождения и родство.\nУчёба, работа, арест мужа По гл. 18 :\nгосэкзамены; направление в Москву, потому что Саша работал в городе («Стальпроект»); 2 сентября 1949 — арест Саши; Татьяна ходит на Лубянку; около года без работы; школа № 50 в Люблине до возвращения мужа (июнь 1954); встречи выпускников (1983, 2003…). По семейным подписям — преподавание в Институте стали и сплавов (старший преподаватель; портрет в альбоме). Подробная кадровая хронология не публикуется без документов.\nРукопись Оставила тетрадь «Наша родословная. Самсоновы» — голос от первого лица, схемы, вклеенные фото, письма. Сайт публикует расшифровку с помеченными неясностями.\nНачать: О тетради · Моя мама · Оглавление .\nПоздние годы и память До глубокой старости — дома, среди книг и тетрадей (семейная память; снимок 2019). Захоронение: памятная табличка с датами 02.09.1926 — 24.09.2021 (очерк ).\nМесто захоронения. Табличка: 2 сентября 1926 — 24 сентября 2021.\nПодтверждённые опоры Факт Источник Уверенность 2.09.1926 — 24.09.2021 семейные документы; табличка установлена Дочь Т. П. и Е. К. рукопись; схемы высокая Автор тетради рукопись высокая Муж — А. Д. Кривошеин (Саша) схема; гл. 16–19 высокая Преподаватель (ИСИС) семейный портрет/подпись средняя–высокая Пережитый арест мужа 1949–1954 гл. 18 высокая как свидетельство Интервью о Доме на набережной (2011) «КП», 4.12.2011 высокая как факт публикации; детали — воспоминания / сверка Источники О Татьяне Тимофеевне Тетрадь: дневник «Легенды и мифы Дома на набережной» — «КП», 2011 · оригинал Письма с фронта А. Д. Кривошеин Фото: сад, 2019, альбом продолжения См. также: Люди · Родители · Обложка и схемы ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/tatyana-timofeevna-krivosheina/","summary":"1926–2021. Автор тетради; дочь Самсоновых; жена А. Д. Кривошеина; голос о Доме на набережной в тетради и в «КП» 2011.","title":"Кривошеина Татьяна Тимофеевна"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\n[обложка тетради]\nНаша\nродословная:\nСамсоновы\n(обложка с космическим/электронным дизайном «design»; рукописная этикетка с оранжевой подчёркиванием)\nПодпись на листе: «Моя мама» — Самсонова (Морозова) Ева Константиновна. Портрет из тетради (стр. 002).\nМоя мама — Самсонова (Морозова) Ева Константиновна .\n[заметки на полях, синие чернила — телефоны и личные контакты: скрыто редакцией]\n[генеалогическая схема: Самсоновы]\nЗаголовок Самсоновы\nСамсонов / Бабий / Тимофей Петрович\n(1888–1955)\nрод. Бессарабия, с. Михайлёны\nХотинский уезд.\nум. 28/X–55, похор. Ново-Девичье кл.\nПортрет на схеме «Самсоновы» (стр. 003) у узла Тимофея Петровича (1888–1955).\n→ Самсонов Тимофей Петрович связь «жена» ↓\nСамсонова / Морозова / Ева (Евдокия) Константиновна\n(1900–1981)\nРод. 14/III в г. Москве\nУм. 17/V, похор. Ново-Девичье кл.\nЧетыре портрета справа на схеме «Самсоновы» (стр. 003): контекстный crop (в т.ч. Ева Константиновна и Тимофей Петрович). Отдельные портреты — выше и на страницах людей.\nеё родители Морозов Константин Михайлович\nрод. [зачёркнуто: место / уезд] Моск. губ.\nум. 1918\nСоловьёва Вера Осиповна\nрод. Рязанск. обл., с. Богослово\nум. 1942 г.\nих дети Самсонова Евгения Тимофеевна дочь Самсонова Т.П.\nот 1-го брака\n[Москва] 1930–1941\nподпись у фото: «Моя сестра Геня» «Моя сестра Геня». Портрет на схеме «Самсоновы» (стр. 003).\nСамсонов Тимофей Тимофеевич (сын)\nрод. Москва\n1923\nСамсонова (Кривошеина) Татьяна Тимофеевна род. 21/IV–1926\nг. Москва [? / часть даты у обреза]\nНа схеме записано: 21/IV–1926. Запись относится к содержанию источника и не используется как биографическая дата. Биографические даты жизни: О Татьяне Тимофеевне .\nПолный лист схемы «Самсоновы» (стр. 003) — контекст портретов.\n(нижний край страницы частично обрезан)\n[продолжение рода: семья Кривошеиных — муж и дети Татьяны Тимофеевны]\nМуж Кривошеин Александр Дмитриевич — муж Самсоновой Т.Т.\nрод. г. Кирсанов Тамбовск. обл. (1926–1988)\nПодпись на схеме (стр. 004): «Кривошеин Александр Дмитриевич — муж Самсоновой Т.Т.» Портрет из родословной; дата съёмки не установлена.\nСвязанная запись Самсонова (Васенина) Серафима Игоревна\nрод. Воронеж\nум. 1987 г.\nих дети (Александра Дмитриевича и Татьяны Тимофеевны) Конфиденциальность\nДля живых родственников на сайте публикуются только год рождения (без дня и месяца) и родственная связь. Полные даты из рукописи хранятся в локальном семейном архиве и не выкладываются.\nПортреты живых (в т.ч. сыновья Дмитрий и Сергей, супруги и внуки), вклеенные на стр. 004 схемы, не публикуются отдельными кадрами до отдельного решения семьи. Текст схемы сохранён; фотографии остаются только в семейном master-архиве.\n1. Кривошеин Дмитрий Александрович род. 1948, г. Симферополь\nжена: Кривошеина (Розе) Белла Андреевна\nрод. 1948\nих дети:\nКривошеин Александр Дмитриевич, сын\nрод. 1976, г. Москва\nжена: Кривошеина Елена Валентиновна\nрод. 1977\nдочь: Кривошеина Наталья Александровна\nрод. 2003 Кривошеин Андрей Дмитриевич, сын\nрод. 1982, г. Москва Портреты «Дмитрий и Белла, молодые» — не показаны (privacy, living).\n2. Кривошеин Сергей Александрович род. 1957, г. Москва\nПортрет Сергея — не показан (privacy, living).\nжена: Кривошеина (Валуева) Татьяна Александровна\nрод. 1957, пос. Кратово\nих дети:\nКривошеин Алексей Сергеевич, сын\nрод. 1981, г. Москва Кривошеина Елена Сергеевна, дочь\nрод. 1986, г. Москва [генеалогическая схема: Кривошеины — родители мужа и родственные линии]\nЗаголовок Кривошеины\nКривошеин Дмитрий Александрович Род. г. Тамбов\n1905–1979\nпохор. Люберецкое кладбище\nсвязь «жена» ↓\nКривошеина (Петрова) Нина Васильевна Род. г. Тамбов\n1907–1991\n(похор. Люберецкое кладбище)\nПортрет на узле «Кривошеина (Петрова) Нина Васильевна» (1907–1991), схема «Кривошеины», стр. 005. Идентификация по подписи узла, не по лицу.\n→ Нина Васильевна Кривошеина её мать Архипникова Агриппина Дмитриевна\n(18[??]–19[??])\nпох. Люберецкое кл.\nеё сёстры Архипникова (Петрова) Ольга Григорьевна\nрод. г. Тамбов\n1902–1972\n(пох. Люберецкое клад.)\nКруглова (Архипникова) Мария Григорьевна, 19[??]–1992\nих сын Кривошеин Александр Дмитриевич\nрод. г. Кирсанов Тамбовск. обл.\n10/IX–1926, умер 3/IX–1988\nпохор. Ново-Девичье кл. Москва\nего двоюродные (брат / сестра) Круглова Алла Александровна\nрод. 1936\nКруглов Юрий [Михаил.? / Никит.?]\n1937–1999\nТри мужских портрета справа внизу на схеме (разный возраст) — кандидаты: отдельные crop не публикуются без подтверждения семьи.\nПолный лист схемы «Кривошеины» (стр. 005) — контекст портрета Нины Васильевны.\nПримечание\nТот же лист со схемой Кривошеиных (повторный снимок); расшифровка не дублируется. (Содержание совпадает со схемой на стр. 005. Фото: портрет Нины Васильевны на её узле; три мужских портрета — только кандидаты.)\nКривошеин Дмитрий Александрович (1905–1979), Тамбов; Люберецкое кладбище Кривошеина (Петрова) Нина Васильевна (1907–1991), Тамбов; Люберецкое мать: Архипникова Агриппина Дмитриевна сёстры: Ольга Григорьевна Архипникова (Петрова) (1902–1972); Мария Григорьевна Круглова (Архипникова) (ум. 1992) сын: Кривошеин Александр Дмитриевич (10/IX–1926 – 3/IX–1988), Кирсанов; Ново-Девичье двоюродные: Круглова Алла Александровна (род. 1936); Круглов Юрий (1937–1999) ← О тетради · Оглавление тетради · Моя мама →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/00-oblozhka-i-rodoslovnye/","summary":"Титул тетради и генеалогические схемы Самсоновых и Кривошеиных.","title":"Обложка и родословные схемы"},{"content":" Письмо с действующей армии, 11.08.1943. Семейный архив.\nРеквизиты Дата 11.08.1943 (вверху листа; читается уверенно) Откуда Действующая армия Кому «дорогие родители и сестрёнка Таня» От кого Дмитрий (подпись на листе). Фамилия и точная связь с семьёй пока не установлены. Не отождествлять с другими Дмитриями и не приравнивать к Тимоше (письма 105–107). Состояние лист целый, почерк разборчивый Не путать с отцом Самсоновым Тимофеем Петровичем .\nЧтение 11.08.43. Действующая армия.\nЗдравствуйте, дорогие родители и сестрёнка Таня!\nВот у меня сейчас есть минута свободного времени, и я решил написать вам письмо. От вас я давно не получал писем прежних[?]. Правда, и сам я давно не писал, потому что был всё время занят, да и сейчас времени нет. Вы, наверное, знаете из сообщений Совинформбюро[?], что с наших мест враг отходит на запад. Это вызывает прилив желания у меня воевать[?].\nЖиву я хорошо. Всё[?] сейчас наш штаб, и поэтому в действиях неудач не могу доложить.\nНу вот у меня и всё. Пишите, если можете. Жду от вас писем.\nКрепко целую. Ваш Дмитрий\nДипломатическая расшифровка 11.08.43 Действующая армия Здравствуйте дорогие родители и сестрёнка Таня! Вот у меня сейчас есть минута свободного времени и я решил написать вам письмо. От вас я давно не получал писем прежних[?]. Правда, и сам я давно не писал, т.к. был все время занят, да и сейчас времени нет. Вы наверное знаете из сообщений Совинформбюро[?], что с наших мест враг отходит на запад. Это вызывает прилив желания у меня воевать[?]. Живу я хорошо. Все[?] сейчас наш штаб и поэтому в действиях, неудач не могу доложить. Ну вот у меня и все. Пишите, если можете. Жду от вас писем. Крепко целую. Ваш Дмитрий Примечания Дата на снимке — 11.08.43 (август), не «май». Подпись: Ваш Дмитрий (визуальная сверка); альтернативное чтение «Тимоша» не подтверждено достаточно, чтобы заменить. Связанные материалы Автор подписи «Дмитрий» (фамилия не установлена): Дмитрий — письма с фронта Адресат: Кривошеина Татьяна Тимофеевна Не автор писем Тимоши / не Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма) Коллекция: Письма с фронта Контекст в тетради: Дядя Тёма: документы и Сталинград Навигация ← К коллекции · Следующее: повреждённый лист →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-103-1943/","summary":"11.08.1943. Действующая армия. К родителям и Тане.","title":"Письмо родителям и Тане — 11.08.1943"},{"content":"Снимки, вклеенные в продолжение тетради «Наша родословная. Самсоновы». Где удалось вырезать отдельный отпечаток — показываем его; полный разворот страницы оставляем только там, где вырезка ещё не готова.\nЦифровые копии. Полные даты рождения ныне живущих на сайте не публикуются — только год, если он известен.\nСм. также главы тетради: Семья и дети · Крым, Севастополь, семья · Учёба, работа, выпускники .\nЛюди архива: Татьяна Тимофеевна · Самсонов Т. П. .\nПодтверждённые семейные портреты Отдельные снимки и портреты со схемы. Личности подтверждены семьёй (Алексей Кривошеин, 2026-08-02) и/или подписанным узлом родословной. Дата съёмки, если не указана, не выводится.\nТатьяна Тимофеевна Кривошеина (урождённая Самсонова). Семейная фотография; дата и место съёмки пока не установлены.\n→ Татьяна Тимофеевна · Александр Дмитриевич (муж) Александр Дмитриевич Кривошеин, муж Татьяны Тимофеевны. Семейная фотография; дата съёмки пока не установлена.\n→ Александр Дмитриевич · Татьяна Тимофеевна · Юность и Саша · Крым, начало семьи Нина Васильевна Кривошеина (1907–1991). Портрет со схемы «Кривошеины» (тетрадь, стр. 005). Миниатюра схемы; дата съёмки не установлена.\n→ Нина Васильевна · Д. А. Кривошеин · А. Д. Кривошеин · схема «Моя мама» — Ева Константиновна. Портрет из тетради (стр. 002).\n→ Ева Константиновна · схема Тимофей Петрович на схеме «Самсоновы» (стр. 003).\n→ Самсонов Т. П. · альбом Т. П. «Моя сестра Геня». Портрет со схемы (стр. 003).\n→ Геня (Евгения) Самсонова «Муж Самсоновой Т.Т.» — портрет со схемы (стр. 004). Дата съёмки не установлена.\n→ А. Д. Кривошеин · формальный портрет Отец и исторический круг Ф. Э. Дзержинский; Беленький (Виленский?); папа. Подписи автора справа от снимка.\n→ Самсонов Тимофей Петрович · фотоальбом Т. П. Похороны (ок. 1926?). Ф. Э. Дзержинский; папа несёт […]. Толпа на мостовой, вывеска «…СЫР».\n→ Самсонов Т. П. Александровский централ (Сибирь), 1910. «Здесь сидел отец летом 1910 года».\n→ Самсонов Т. П. — заключение 1910\nМаме и папе в гостях у Повстухи (Гвостухи). Подписи «папа», «мама» на снимках.\n→ Самсонов Т. П. · Ева Константиновна Тот же визит: второй кадр. Маме и папе в гостях у Повстухи.\nСемья Самсоновых, 1920–30-е Женя и Тёма Самсоновы. «Мой брат и сестра (Тёма и Женя). Меня ещё тогда не было».\n→ Тёма — Самсонов Т. Т. · Геня (Женя) 1934 год — «Мне 11 лет» — Татьяна Тимофеевна.\n→ Татьяна Тимофеевна Ноябрь 1925. Семья Самсоновых: бабушка Вера Осиповна Соловьёва, Женя, мама (ей 25 лет), Тёма, папа (ему 37 лет). «Меня ещё не было».\n→ Т. П. · Ева Константиновна · Тёма · Геня Брат — Самсонов Тимофей Тимофеевич. Подпись: «После войны».\n→ Самсонов Т. Т. (Тёма) · медаль «За оборону Сталинграда» · событие: оборона Сталинграда Экзамен по гражданской обороне Один кадр (лучший публичный скан; альтернативный скан стр. 102 — только в архиве).\nЭкзамен по гражданской обороне.\n→ Татьяна Тимофеевна · глава о брате и фронте Школа Наш 6 «а». На странице тетради — подписи к рядам: Таня Самсонова и одноклассники.\n→ Татьяна Тимофеевна · школьные годы · детство и школа Детство и юность Татьяны «Это Паша. 1930 г.»\n«Мне 12 лет» — портрет Татьяны.\n→ Татьяна Тимофеевна «Моя фотография. 1938. Паша и я в нашей столовой в кв. 223, 12 подъезд».\n→ Татьяна Тимофеевна После возвращения Саши (А. Д. Кривошеина). Семья «Саша вернулся. Лето 1954. У Петровского леса». Саша — Кривошеин Александр Дмитриевич, муж Т. Т.\n→ Саша = Кривошеин А. Д. · начало семьи · знакомство с Сашей У Москвы-реки. Петровский лес. Лето 1954. С А. Д. Кривошеиным (Сашей).\nПосле возвращения Саши (А. Д. Кривошеина) — семейный кадр (тот же лист тетради).\n→ Татьяна Тимофеевна · Саша — А. Д. Кривошеин «Митя с дедом Пешей. Январь 1954 год».\n«Бердянск. Азовское море. 1965 год».\nМитя — хронология «Февраль 1948. Митя».\nМитя — практика в Узбекистане (подпись на странице).\nКосино, 1954. После возвращения Саши: Митя и Саша (А. Д. Кривошеин).\n→ Саша = Кривошеин А. Д. · семья и дети Парус и «Водник» «Водник». Лето 1953… — яхт-клуб на Клязьминском водохранилище.\nУчёба, выпуск, коллеги «Май 1983. Прошло 30 лет… Я со своими „девочками“» — встреча с выпускницами.\n→ Татьяна Тимофеевна · учёба и работа «Наш выпуск. Гр. 203. Июнь 1949 г.» — подписи к стоящим и сидящим на листе тетради.\n→ Татьяна Тимофеевна Семейные кадры 1948–1953 Зима 1950 — «мы с Митей» (подпись на листе).\n→ Татьяна Тимофеевна Митя с мамой в Кисловодске; Симферополь 1948 (подписи на листе).\n→ Татьяна Тимофеевна · поездки в Крым Люблино / Яблонная, июль 1953 (подпись на листе).\nСемейные листы (пока не в публичной галерее) Листы с портретами и подписями, где могут быть ныне живущие (в т. ч. бывшие 155 и 157), не показываются здесь до семейного решения. Отдельного служебного блока служебной пометки на сайте нет.\nИсточник: рукописная тетрадь Татьяны Тимофеевны; вырезки — archive-b02.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/foto/tetrad-semya-prodolzhenie/","summary":"Подборка семейных фотографий из тетради — кадры снимков, а не только страницы.","title":"Семейный фотоальбом продолжения"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\nЕва Константиновна — «Моя мама».\nБелорусский вокзал Дорога мамы на работу. · OpenStreetMap Лубянка ВЧК; встреча с отцом. · OpenStreetMap Мама\nМоя мама — Самсонова Евдокия (Ева — так звали\nеё отец и муж) (Морозова)\nКонстантиновна.\nДва портрета мамы на листе тетради (стр. 007): в очках, тёмная одежда; более ранний светлый портрет.\nОна родилась 14 марта (2 марта по старому\nстилю) 1900 г. в г. Москве.\nЕё отец, Морозов Константин Михайлович,\nвыходец из дер. Грибоево, Каиевской[?] волости,\nКлинского уезда Московской губернии. Рабочий.\nОн обслуживал дом штатского генерала\nТиханова[? / Чикалёва?]. Он был электриком, сантехником, следил\nза состоянием дома. В этом доме жили\nмоя бабушка, мой дед и мама. У них\nбыло 2 комнаты на 1-м этаже, окна\nвыходили во двор. Дом этот находился\nна 2-й Брестской улице недалеко от\nБелорусского вокзала. Этот пятиэтажный\nдом сохранился до сих пор.\nМать её — Соловьёва Вера Осиповна.\nТринадцатилетней девочкой её привезли в\nМоскву и определили в няньки в немецкую\nсемью, глава которой был директором\nпивоваренных заводов. Хозяева относились к\nмоей бабушке неплохо, её приучили к\nаккуратности, чистоте, порядку. Сама хозяй-\nка заплетала ей косу (как «свою немецкую\nдевочку»). Не все немецкие эти качества\nостались у бабушки.\nКогда хозяева собрались уезжать в Германию,\nони звали бабушку с собой. Но бабушка\nиспугалась ехать на чужбину и осталась\nв Москве. Вскоре она встречает своего будущего\n[мужа?]. Сама бабушка из Рязанской губернии,\nсело Богослово (ныне Пошуново[?]), что стоит\nна берегу реки Ока. Село стоит на\nвысоком берегу. Проезжая на пароходе\nпо Оке мимо села можно видеть\nвысокую колокольню монастырской церкви,\nмонастырский лес, где есть святой\nисточник.\nМама была единственным ребёнком в\nсемье (её сестра умерла рано). В семье\nмаму звали Дима. Сначала она\nучилась в городской школе, где на пере-\nмене по словам мамы давали кружку\nмолока и хлеб. Потом её определили\nв Ксенинское училище для девочек. (В\nэтом им помог генерал — хозяин дома.\nОн был членом Попечительского Совета).\nПолное название училища было Училище\nим. Ксении, а директрисой была княжна\nДруцкая-Соколинская[?]. В этом училище\nготовили домашних учительниц.\nРасположено оно в Хамовниках. Девочки\nжили там всю неделю, а на воскресенье\nих отпускали домой. Подъём был в 7\nутра, девочки стелили постели, за эти\nследила классная дама. Потом шли в умы-\nвальную комнату, где девочки умывались до\nпояса холодной водой (горячей не было), при-\nчёсывались, чистили обувь. При выходе\nстояла классная дама и осматривала\nкаждую девочку. Если было что-то не\nтак, её отправляли назад устранить не-\nдостаток. Затем была молитва и шли\nв столовую завтракать. У них было время,\nи часто они ходили по парку. Мама рас-\nсказывала много интересного о своей школе.\n1917 год. Мама окончила школу и к\nсвоему пальто прикрепила красный бант.\nЕщё в детстве мама мечтала стать\nмашинисткой, и проходя мимо аптеки\nподолгу простаивала у окна, наблюдая\nза работой машинистки, которая печатала\nрецепты. Мама пошла на курсы машино-\nписи и стала машинисткой.\n1918 г. умирает её отец от испанки (грипп).\nОн ездил в деревню за продуктами и заболел.\nВ то время в Москве было голодно и\nхолодно. Его похоронили на кладбище Страстного\nмонастыря, на его месте теперь кино-театр «Россия».\nБабушка не работала.\nОкончив курсы, мама определилась на\nработу в организацию, кот. называлась\n«Центропечать»[?], а затем оттуда её взяли\nна работу в ВЧК машинисткой в\nсекретный отдел.\nМама рассказывала, что очень боялась идти\nна работу, т.к. боялась, что проест все деньги\nна шоколад. Она очень любила шоколад.\nНо время было суровое: не хватало хлеба,\nиз картофельной шелухи делали котлеты.\nЗима была холодной. Трамваи не ходили,\nмама бегала на работу от Белорусского\nвокзала до Лубянки. Иногда на работе\nдавали мёрзлую картошку, и мама на\nсанках везла мешок этой картошки до\nк Белорусскому вокзалу. Работали до поздна,\nтак ей приходилось тянуть эти сани по\nтёмной Москве.\nМама рассказывала много интересного о\nстарой Москве. «Конка ходила по Садовому\nкольцу, и когда она подъезжала к пл.\nМаяковского, кондуктор кричал: „Трухмановы\n(вместо Триумфальные) ворота“.\n„В 6 часов вечера Москва тише воды,\nниже травы“. Маму посылали на Тверскую\nза фруктами сладкими, а ещё бабушкин —\nкалач. На столе стоял самовар, над\nстолом висела лампа (ещё керосиновая),\nдед надевал очки и начинал читать\nвслух газету „Московские новости“.\nИтак, мама работает в ВЧК, где она\nвстретила свою судьбу: Самсонова Тимофея\nПетровича, нач-ка секретного отдела.\nВскоре они поженились. Отец был стар[ше]\nмамы на 12 лет.\nПродолжение: Отец, брак и дети .\n← Обложка и родословные схемы · Оглавление тетради · Отец, брак и дети →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/01-moya-mama/","summary":"Ева Константиновна: детство, школа, работа, встреча с отцом.","title":"Моя мама"},{"content":" Военное письмо родителям, 28.VII.1944. Лист повреждён (складки, обрывы по краю). Семейный архив.\nРеквизиты Дата 28.VII.44 (вверху слева; месяц — VII, июль, не VI) Кому «дорогие родители»; сверху справа «г. Самсонов» От кого Дмитрий (подпись на листе). Фамилия и точная связь с семьёй пока не установлены. Не отождествлять с другими Дмитриями и не приравнивать к Тимоше (письма 105–107). Состояние повреждён: вертикальные и горизонтальные складки, смятия, обрывы по правому краю; часть строк неразборчива Автора не приписываем Самсонову Тимофею Петровичу (отец). См. также Самсонов Т. Т. — идентичность «Дмитрий» vs брат Тимоша не навязываем.\nЧтение Текст восстановлен лишь частично: лист измят и порван, многие строки обрываются.\n28.VII.44\nЗдравствуйте, дорогие родители.\nПолучил от вас письмо… (далее — обрывы и неразборчивые места: упоминания писем, «живу хорошо», просьба не беспокоиться, приветы знакомым).\nПривет Марусе[?], Машеньке, Лёле[?], Лиде[?] и Николаю.\nЦелую. Дмитрий\nДипломатическая расшифровка 28.VII.44 Здравствуйте дорогие г. Самсонов родители Получил от вас письмо, в котором вы пишете, что будто бы скоро Это время прийти, что всё ясно. Дед до Машу[?], как обо всём. Кажется, не пожелаешь ветер[?]. Пишете, что письмо, которое я отправил вам домой из старой кухни[?] Интересно получили. Простите маленькое. Я так люблю слушать её[?] рассказы. А теперь мой большой вопрос. Кажется, скоро мы соберёмся в [неразборчиво] и 4. Живу хорошо. Письмишко[?] уже не [должны?/ждать?]. Возможно скоро в 8[-й?][?], в которой[?] я отвечу. За меня не беспокойтесь. Пишите о том, что интересует вас, когда мне пойдёт[?]. Какой год опять[?] когда? Привет Марусе[?], Машеньке, Лёле[?], Лиде[?] и Николаю. Целую. Дмитрий Повреждения Складки крест-накрест, смятый уголок. Правый край листа обтрёпан; отдельные слова срезаны или замыты. Дата 28.VII.44 читается уверенно (визуальная сверка 2026-08-01); тело письма по-прежнему с [?]. Связанные материалы Автор подписи «Дмитрий» (фамилия не установлена): Дмитрий — письма с фронта Адресаты — родители; в семейном круге: Кривошеина Татьяна Тимофеевна Не приравнивать к Тимоше / Самсонову Т. Т. Коллекция: Письма с фронта Контекст: глава о документах брата Навигация ← Предыдущее: 11.08.1943 · К коллекции · Следующее: маме, 14.06.1943 →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-104/","summary":"28.VII.1944. Повреждённый фронтовой лист к родителям.","title":"Письмо родителям — 28.07.1944 (повреждённый лист)"},{"content":"Самсонов Тимофей Петрович (при рождении / семейная форма Бабий; подпольная кличка «Фома»; 9 (21) мая 1888 — 28 октября 1955) — российский революционер, сотрудник ВЧК–ОГПУ, партийный и советский работник, организатор кинопроизводства, автор автобиографической повести «Вне закона» (1933); отец Кривошеиной Татьяны Тимофеевны , муж Евы Константиновны .\nСтраница собрана по семейной рукописи и документам и сверена с открытыми справочниками (см. открытые источники ). Wikipedia и Wikidata — навигация, не единственное доказательство. Спорные места помечены.\nМолодой Тимофей Петрович. Ателье в Москве. Подпись дочери: «мой папа».\nАлександровский централ, 1910.\nБюст: 1888–1955.\nПримечание\nНе путать с сыном Самсоновым Тимофеем Тимофеевичем (Тёма; медаль «За оборону Сталинграда»). Альбом: раздел «Родители» · фотоальбом .\nИмя и происхождение Публичное имя Самсонов Тимофей Петрович Форма Бабий в рукописи дочери: «Самсонов (Бабий)»; на схеме рода; в справочниках как имя/фамилия при рождении или параллельная форма «Фома» подпольная кличка (рукопись / вырезка «Советская Молдавия» 1988; справочники) — не гражданское имя Рождение 9 (21) мая 1888, с. Михайлены / Михайлёны, Хотинский уезд, Бессарабская губерния (рукопись; совпадает с открытыми биосправками) Смерть 28 октября 1955, Москва (рассказ дочери; табличка на бюсте 1888–1955; Новодевичье — по схеме) Происхождение крестьянская семья; ранняя нужда, батрачество (семейная и справочная традиция) Примечание\nБабий и «Фома» публикуются как alternateName, потому что повторяются в семейной рукописи и в нескольких независимых справочниках. Это не замена юридического паспорта и не доказательство каждой даты смены фамилии. Образование (по справочникам, согласуется с семейным очерком к 100-летию): начальная земская школа; Хотинское уездное училище (ок. 1906); учёба в Хотинском реальном училище.\nРеволюционная деятельность и заключение (1906–1914) С 1906 — в социал-демократическом кружке в Хотине; арест сентября 1906, Хотинская тюрьма, выпуск под залог (семейная вырезка 1988; справочники). С 1907 — в среде анархистов-коммунистов, кличка «Фома»; участие в летучем отряде «Разрушай и созидай» (справочная традиция; в семейной вырезке — с осторожной оценкой тактики). Тюрьмы 1907–1910 (Хотин, Каменец-Подольск и др.); знакомство с Г. И. Котовским в Хотинской тюрьме — по семейной/справочной традиции, без отдельного архивного акта на сайте. Май 1909 (Одесса, по справкам): приговор к тюрьме и ссылке в Сибирь. Александровский каторжный централ — семейный снимок с подписью «Здесь сидел отец летом 1910 года» (документный/альбомный пласт ):\nАлександровский централ. Подпись в альбоме: «Здесь сидел отец летом 1910 года».\nСсылка в Киренском уезде (плотник, грузчик, горный рабочий — по справочникам); Бодайбо, затем Владивосток (грузчик) — маршрут семейной и справочной хронологии, без публикации точных адресов.\nЭмиграция и Великобритания (1915–1917) По согласованной справочной линии: бегство через Китай — Японию — Индию — Алжир — Испанию в Англию; Ливерпуль, работа грузчиком в порту; профсоюз; «Союз русских моряков»; анархо-коммунистическая активность.\nСемейный документ: Expulsion Order, 1917 — Liverpool Police Court 7 апреля 1917, Whitehall 28 сентября 1917; формы имени Tomofi Sainsanov / Samsonov, также Michael Nemchinoff (алиасы требуют сверки).\nБританский ордер о высылке (Aliens Act 1905). Семейный архив.\n1917–1923: Челябинск, фронт, ВЧК Возвращение в Россию через Архангельск (по справкам — арест и отправка на Урал). Челябинск: биржа труда, Совет, железнодорожный союз (справочники; энциклопедия «Челябинск» — внешняя карточка, доступность сайта нестабильна).\nГражданская война: регистрационный / военный контроль, затем Особый отдел 3-й армии Восточного фронта; Московская губернская ЧК; Регистрационное управление Полевого штаба РВСР (сроки — по справочникам, ± месяцы).\n1920–1923: начальник Секретного отдела ВЧК → ГПУ → ОГПУ (ядро «чекистского» пласта в семейной памяти и в справочниках).\n16 января 1919: Ф. Э. Дзержинский дарит тов. Самсонову Т. П. личный «Кольт» № 75350. Семейный архив.\nСемейная подпись: «Ф. Э. Дзержинский, Беленький, Папа» (папа справа).\nВступление в РКП(б) — 1919 (по справкам; семейная вырезка связывает с письмом анархистов-коммунистов штаба 3-й армии в «Правду» 19.02.1919).\nПартийная и хозяйственная работа (1923–1935) Период (справочно) Должность / роль 1923–1924 зам. начальника Белорусско-Балтийской ж. д. 1924–1927 отчётно-ревизионный отдел ВСНХ 1927–1935 управляющий делами ЦК ВКП(б) 1932–1934 одн. зав. Учётным отделом ЦК Формулировка «управляющий делами ЦК…» около 1931 есть в рукописи дочери (гл. 03 ) и в справочниках; в гл. 02 — неясное чтение «ЦИК[?]…». На сайте карьерная таблица опирается на согласованные справочники + семейную память, без выдачи за выписку из личного дела.\nКино и Коминтерн (1934/35–1938) Межрабпомфильм — директор (годы в справках: ок. 1934/35–1936; дочь подтверждает директорство, гл. 08 ). Исполком Коминтерна — управляющий делами (ок. 1936–1938, справочники). 1938–1940: отстранение / арест Источник Что говорит Справочники / Wikipedia арестован 1938, не осуждён, освобождён 1940 Рукопись дочери (гл. 08) 1938 — отстранение от работы, месяцы без работы, жизнь «под дамокловым мечом», лишение части привилегий; затем работа через МК партии (формулировки частично неясны) Неясное чтение\nНа сайте не пишем «реабилитирован» без отдельного документа о реабилитации. Не смешиваем арест (справочная линия) и отстранение/ожидание (голос дочери) в одну фразу без оговорки. Война и издательская работа (1941–1955) Справочная линия (детализация у разных изданий расходится):\n1941–1942 — директор Московского протезного завода (в войну — в т.ч. военная продукция; по Wikipedia/справочникам); 1942–1944/45 — Всесоюзная книжная палата, Главлит; 1945–1955 — Госполитиздат (отдел классиков марксизма-ленинизма / кадры — формулировки справочников). Семейная память: болезнь 1954–1955, больница, санаторий «Кратово», смерть 28 октября 1955 (гл. 10 , 19 ).\nБюст: «Тимофей Петрович Самсонов, 1888–1955». Родное село / семейная память; стихи дочери на листе.\nСемья Жена — Ева (Евдокия) Константиновна (урожд. Морозова; 1900–1981). Дети (по тетради): Евгения (Геня) — дочь от первого брака отца, принятая Евой; Тимофей Тимофеевич (Тёма) ; Татьяна . Дом на набережной (с 1931): комиссия по заселению, квартира — гл. 02–03 , место Серафимовича , интервью Татьяны «КП» 2011 (только как память дочери). См. Отец и мать .\nНаграды и знаки (что есть в семье / в справках) Предмет На сайте / в семье Справочная традиция Орден Красного Знамени грамота ВЦИК , подпись Калинина часто указ/дата 16.07.1921 Знак ГПУ / «Почётный работник» бланк Коллегии ГПУ V № 21 (1922), XV (1932) — в Wikipedia; номер на бланке семьи сверять отдельно «Кольт» 1919 удостоверение Дзержинского личный револьвер председателя ВЧК Маузер 1927 в Wikipedia; семейного бланка на сайте нет не утверждаем без документа Медали «две медали» в Wikipedia без семейных бланков — не перечисляем как установленные Грамота ордена Красного Знамени. Семейный архив.\nБланк о нагрудном знаке ГПУ. Семейный архив.\nКнига «Вне закона» и публикации Самсонов Т. П. Вне закона : [автобиогр. повесть]. — М. : Московское товарищество писателей, 1933. — 215 с. Библиография зафиксирована в Wikipedia и справочниках; полный текст на сайт не копируется. Статья «О Дзержинском» в «Правде» (дата по альбомной помете 20.07.1929) — карточка . В тетради — вырезка «Советская Молдавия», 21.05.1988 к 100-летию (гл. 05 ). Хронология (сжатая) Год / период Событие Опора 9(21).05.1888 Рождение, Михайлены рукопись; справки 1906–1914 РСДРП → анархисты; тюрьмы; Александровский централ; ссылка рукопись + справки; альбом 1910 1915–1917 Эмиграция; Ливерпуль; высылка документ 1917 + справки 1917–1919 Челябинск; 3-я армия; МЧК справки 1919–1923 Секретный отдел ВЧК–ОГПУ; Кольт документы + справки 1927–1935 Управляющий делами ЦК справки; рукопись ~1935–1938 Межрабпомфильм; Коминтерн справки; гл. 08 1938–1940 Отстранение / арест (см. оговорку) справки + рукопись 1941–1955 Завод, издательства справки 28.10.1955 Смерть, Москва рукопись; бюст 1888–1955 В рукописи Татьяны Голос дочери: гл. 02 , 05 , 08 , 10 . Характер, дача, кино, 1937–38, болезнь и смерть — свидетельство семьи, не кадровое дело.\nОткрытые источники Справочные / навигация (вторичные):\nWikipedia RU · Wikipedia EN · Wikidata Q16694245 Справочник по истории КПСС (knowbysight) — database / secondary История повседневности — secondary; опечатка «1988–1955» в шапке Хронос (Wayback) — secondary Архив А. Н. Яковлева — secondary; в части изданий год смерти 1956 (конфликт) Печатные: Архив ВЧК (2007), с. 702–703; Алексеев/Колпакиди/Кочик (2012), с. 687; Кучков/Плеханов (2008), с. 110 — academic/reference (страницы по библиографии Wikipedia; полный текст томов на сайте не хранится) Семейные: рукопись; документы ; альбом ; КП 2011 .\nПротиворечия и открытые вопросы Смерть 1955 vs 1956 — семья + бюст + Wikipedia/Хронос: 1955; knowbysight/часть словарей: 1956. Публично: 28.10.1955. el-history «1988–1955» — явная опечатка рождения. 1938 — арест (справки) vs отстранение (тетрадь): оба слоя показаны. Реабилитация — не подтверждена документом на сайте. EN Wikipedia укорочена и частично смешивает роли; для хронологии опираемся на RU-справки + семью. Первый брак отца (мать Гени) — в тетради; отдельной полной карточки первой жены нет. См. также: Родители — альбомный разворот · Ева Константиновна · Татьяна · Хронология · Люди ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/timofey-petrovich-samsonov/","summary":"1888–1955. Революционер, сотрудник ВЧК–ОГПУ, партийный и хозяйственный работник, организатор кинопроизводства; отец Татьяны Тимофеевны.","title":"Самсонов Тимофей Петрович"},{"content":"Страница человека в архиве: Самсонов Тимофей Петрович .\nПолный разбор биографии: родители — Самсонов Т. П. .\nСводка об отце и матери: Отец и мать .\nСемейные кадры из тетради: семейный фотоальбом продолжения .\nБлизкие дубликаты кадров сведены; ниже — отобранные снимки семейного архива.\n1. Портреты 01 — Кабинет, за столом Тимофей Петрович за письменным столом, ручка в руке, взгляд в камеру. Зрелые годы.\n02 — Молодость, головной убор Ранний портрет: фуражка/шапка, тёмный китель, значок на груди.\n03 — Поздние годы Пожилой лысый мужчина в тёмной одежде, профиль почти вполоборота.\n04 — Официальный, Башкирская АССР Костюм, галстук, значок; печать Президиума Верховного Совета Башкирской АССР.\n05 — Ателье, Москва («мой папа») Овал, «Капустинский / Шереметьев, Москва». Синяя подпись: «мой папа», «Самсонов Тимофей Петрович».\n2. Память 07 — Бюст 1888–1955 и стихи Бюст на постаменте; табличка с ФИО и годами. Внизу — стихи дочери о папе.\n3. Исторический круг 06 — Дзержинский с женой Пара на скамейке в лесу. Рукописные пометки: Дзержинский с женой. Не родители Татьяны — кадр из коллекции/круга отца.\n08 — Дзержинский, Беленький, папа Трое зимой. Поля тетради: «Ф. Э. Дзержинский, Беленький, Папа» (папа справа).\n09 — Александровский централ, 1910 Тюремный корпус. Подпись: «Александровский Централ (Сибирь). Здесь сидел отец летом 1910 года».\n→ Самсонов Т. П. 4. Документы (фото) 10 — Орден Красного Знамени Грамота ВЦИК Самсонову Т. П.; подпись М. Калинина. → статья-документ .\n11 — Высылка из Великобритании, 1917 British Expulsion Order. → статья-документ .\n13 — «Кольт» от Дзержинского, 1919 Удостоверение 16.01.1919. → статья-документ .\n14 — Знак ГПУ Бланк Коллегии ГПУ на имя Самсонова Т. П. → статья-документ .\n15 — «Правда», 1929 «О Дзержинском» — «Правда», 20 июля 1929 (дата по альбомной помете), подпись САМСОНОВ. → статья-документ .\n5. Дочь 12 — Кривошеина Т. Т., преподаватель Подпись на бланке: «Ст. преподаватель Кривошеина Т. Т. / Ин-т стали и сплавов» — Институт стали и сплавов.\n→ Татьяна Тимофеевна Семейный архив. Цифровые копии фотографий. Источник и технические сведения хранятся в архивном реестре.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/foto/samsonov-timofey-petrovich/","summary":"15 ключевых кадров с описаниями: портреты, Дзержинский, Сибирь, документы, дочь.","title":"Фотоальбом: Самсонов Т. П."},{"content":" Новогодняя открытка. Семейный архив.\nРеквизиты Что это Почтовая / поздравительная открытка (многоязычный бланк) Кому «Таничка» От кого / год требует сверки по подписи и штемпелям Связь Коллекция писем военных лет ; контекст в письмах товарищей Чтение Многоязычный бланк открытки (Levelezö-Lap / Postkarte / Carte postale…).\nТаничка! Поздравляю\nС НОВЫМ ГОДОМ\nДалее — стихотворное поздравление; часть строк читается неуверенно [?].\nАдресный блок и подпись — требуют сверки по оригиналу.\nДипломатическая расшифровка Таничка! Поздравляю С НОВЫМ ГОДОМ [стихотворный текст — по скану; неразборчивое — [?]] ← Письмо 129 · Коллекция · «Танюша!» →\nСвязанные материалы Адресат «Таничка»: Кривошеина Татьяна Тимофеевна Коллекция: Письма с фронта · письма военных лет ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/otkrytka-130-novyj-god/","summary":"Новогодняя открытка к Тане.","title":"Новогодняя открытка (лист 130)"},{"content":"Фото «Моя мама». Портрет из тетради (стр. 002).\nПортрет из семейного архива / тетради.\nЛист «Мама» (стр. 007).\nНоябрь 1925. Семья Самсоновых.\n→ Страница в «Родителях» · альбом · глава «Моя мама» Самсонова (урожд. Морозова) Ева / Евдокия Константиновна (1900–1981) — мать Татьяны Тимофеевны Кривошеиной , жена Тимофея Петровича Самсонова .\nОсновной источник — рукопись дочери («Моя мама» ). Отдельной внешней биографии у сайта нет: публикуется то, что сказано в тетради и на схемах.\nПроисхождение (по рукописи) Рождение 14 марта 1900 (2 марта ст. ст.), Москва Отец Морозов Константин Михайлович — из дер. Грибоево, Клинский уезд Моск. губ.; рабочий (электрик, сантехник при доме) Мать Соловьёва Вера Осиповна — в 13 лет привезена в Москву; работала в немецкой семье Детство 2-я Брестская, недалеко от Белорусского вокзала (по рассказу дочери) Смерть 1981; похоронена на Новодевичьем (схема / рассказ) Работа По дочери: машинистка — Центропечать, затем секретный отдел ВЧК; эпизоды о Дзержинском — в гл. 05 и главе о маме. Точные годы службы не восстанавливаются без кадровых документов.\nСемья Муж — Т. П. Самсонов Дети (по тетради): Геня (Евгения) ; Тимофей Тимофеевич (Тёма) ; Татьяна Геня — дочь отца от первого брака; Ева приняла её как родную (рукопись) В годы войны и после Адресат фронтовых писем сына (105–106 , 107 ). В рассказе Татьяны — эвакуация, работа, забота о семье (гл. 04 , 10 ).\nСемейная память о репрессиях В интервью «КП» 2011 дочь передаёт, как мать в годы репрессий по ночам прислушивалась, а утром дети видели опечатанные квартиры в Доме на набережной . Это голос Татьяны о матери, не самостоятельная биография Евы Константиновны и не досье соседей. В тетради атмосфера 1937–38 и исчезновения вокруг — в гл. 13 ; о маме в целом — «Моя мама» .\nГде читать Моя мама — основной рассказ Отец, брак, дети Обложка и родословные Отец и мать Подтверждённые опоры Факт Источник Уверенность 1900–1981; «Моя мама» тетрадь; схема высокая как рукопись Урожд. Морозова; Ева/Евдокия тетрадь стр. 002, 007 высокая Жена Т. П.; мать Татьяны рукопись высокая Машинистка; ВЧК (секретный отдел) рукопись дочери высокая как свидетельство Новодевичье схема / рассказ высокая как рукопись Карточка не добавляет диагнозов, полных адресов или кадровых номеров, которых нет в проверенных источниках.\nСм. также: Люди · Т. П. Самсонов · Татьяна Тимофеевна ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/eva-konstantinovna-samsonova/","summary":"1900–1981. Мать Татьяны Тимофеевны; машинистка; жена Т. П. Самсонова. По тетради дочери.","title":"Ева Константиновна Самсонова"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\nПосле главы «Моя мама»:\nМама рассказывала, что сначала им предоставили квартиру на Брестской, это была большая барская квартира. Они переночевали там, а на утро отцу сказали, что им здесь делать нечего и предложили жить в 1-ом доме Советов (гост. «Метрополь», каюта 405 или 407).\nУ отца это был второй брак, и от первого брака осталась 2х летняя дочь Леля. Мать оставила её с отцом. Отец много работал, а девочкой занималась няня. Мама очень боялась как её встретит девочка. Когда мама вошла в комнату, Леля сидела на кровати, покрытой красным одеялом, смотрела, смотрела, а потом сказала: «Маме». Так они и познакомились. Так мы, дети, не знали, до чего Леля-мама[?] сводная сестра.\nВ 1923 г. в апреле родился сын, его назвали Тимофеем в честь отца, а в 1926, в сентябре родилась дочь Татьяна. Отец очень любил детей, и всегда сам купал их. Звонил с работы, спрашивая готово ли вода (он работал недалеко), и приходил, не доверял маме такого серьёзного дела. Когда родился сын, то мама ушла из ВЧК и работала в других гос. учреждениях.\nСо временем гостиницу освобождают от жильцов, а наша семья переезжает\nсначала в дом на М. Власьевском пер. (Арбат), а затем в дом на Воздвиженке. Позже он назывался 4-ый дом Советов (там же была приемная М. И. Калинина). Наша квартира была на 4 этаже, окно выходило на Воздвиженку. Состояла она из 5 комнат: детская, бабушкина комната, спальня, кабинет и столовая. А ещё была большая кухня с 2-мя окнами и чёрным ходом. А ещё в кухне была большая плита, обложенная кафелем. Она отапливалась дровами, газа тогда не было.\nГулять нас водили в Александровский сад, а иногда отец нас водил в Кремль (он имел доступ туда). Иногда зимними вечерами после работы мама возила нас кататься на санках в переулок, что за музеем им. Пушкина. Мы называли его «тупичок». Машины не было, санки хорошо катились и нам было очень хорошо всем вместе.\nВозвращались домой, пили чай и мама говорила мне: «Зови детей чай пить». Я бежала по коридору, крича: «Дети, чай пить!»\nМама очень хотела обучить девочек музыке и она взяла пианино в рассрочку (тогда можно было купить пианино, делая ежемесячные взносы). А у отца на работе организовывали клуб, а инструктором\nНа листе: верх и низ — текст тетради; посередине — вклеенный/вложенный листок («Как мы жили»).*\nТетрадь (верх) было. Он и отдал это пианино в клуб. Мама была очень опечалена, ей даже не вернули те деньги, которые она успела заплатить.\nМама хотела написать воспоминания, но не успела. Вот её начало. А больше ничего.\nВставка (листок, рукопись матери / начало воспоминаний) Как мы жили.\nI.\nВ самом начале Воздвиженки, ниже проспекта Калинина стоит небольшой, но красивый пятиэтажный дом. В этом доме. (В доме с которым связана вся моя жизнь, [зачёркнуто: матери / дочери / материнство?], и то до 1926.)\n× × ×\nНа месте нового здания библиотеки им. Ленина, на месте от музея Румянцева росли старые развесистые липы. С шести часов утра мальчишки ходили травить[?], звон[?] их был слышен весь-часы[?]. В то время моей дочери было четыре года. Это была пухленькая, шустрая девочка с большими голубыми глазами. С синей[?] ленточкой[?], повязанной[?] на шее, а большой красный бант обычно развевался, и она часто попадала[?] на расшалившихся крепышей[?].\n3 ноября, сильно заболевают[?], дочь [правки чернилами: дочь / дети] (Тоже осложнение) заболела ангиной, и здесь с ней произошел случай, которому будет посвящена эта глава.\nТетрадь (низ) В 1928 г. мама вступает в ряды ВКП(б)\nВ 1931 г. наша семья переезжает в новый дом, что на ул. Серафимовича. Дом № 2\n12-ый подъезд, кв. 223, 4 этаж\nОтец был членом комиссии по заселению этого дома («Дома Правительства»). Квартира была большая: 6 комнат. Отец посчитал, что квартира очень большая, и т. к. он в это время был Управляющим делами ЦИК[?] ВК[?], он отдал 2 комнаты, коридор перегородили кирпичной стеной и получилась 2х комнатная квартира с отдельным входом. Там одно время жили Филовы[?].\nВ последующие годы мама — на партийной работе. Работала в Железнодорожном Райкоме партии. Сначала инструктором, а затем заведовала отделом школ, парткабинетом, а потом стала заведовать отделом агитации и пропаганды.\nРодители работали много, мы их редко видели в будни, приходили домой поздно. Даже наша бабушка говорила: «И что это за работа у вас? Одну зарю выгоняет, другая вгоняет.»\nЛетом 1935 г. в семье у нас случилось: моя сестра заболела гнойным плевритом, затем он перешел в туберкулез. А произошло вот что! Начало лета, вода в реке была холодной, купаться нам не разрешали, а купаться очень хотелось. Тогда бабушка говорит: «Возьмите корыто, поставьте на солнце, натаскайте воды из колодца. Вода нагреется, и вы искупаетесь.»\n← Моя мама · Оглавление тетради · Детство в Москве →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/02-otec-brak-deti/","summary":"Метрополь, Леля, рождение детей, дом, партийная работа мамы.","title":"Отец, брак и дети"},{"content":" Лицо письма: «Здравствуй родная мама!», 14.06.1943.\nОборот: окончание, подпись «Тимоша», адрес Е. К. Самсоновой и полевая почта 18003 «2».\nРеквизиты Дата 14.06.1943 (лицо); на штемпелях оборота — июнь 1943 Откуда Действующая армия; обратный: Самсонову Т. Т., полевая почта 18003 «2» Кому Самсоновой Е. К. — Ева Константиновна , мама Адрес г. Москва, ул. Серафимовича, д. Правительства, 12 под., кв. 223 От кого Тимоша — Самсонов Тимофей Тимофеевич (брат Татьяны Тимофеевны) Состояние два кадра одного двустороннего листа; на обороте почтовые штемпели Не отец Самсонов Тимофей Петрович .\nИмя в подписи — Тимоша, как в источнике. Не приравниваем автоматически к домашнему Тёме без отдельного семейного решения; речь о том же брате Тимофее Тимофеевиче только там, где это ясно из контекста тетради.\nЧтение 14.VI.43. Действующая армия.\nЗдравствуй, родная мама!\nВчера получил от тебя письмо за датой от 3.VI.43. В нём ты пишешь мне о том, почему я не писал тебе по поводу замужества. Скажи[?]. Да, если признаться, я и не стараюсь, ибо я уже понял свою ошибку ещё в Воробьевске. Я учёл все её хорошие и плохие стороны, знаю, что она не приспособлена к самостоятельной трудовой жизни. Она создана для замужней разумной жизни. Действительно, с моим характером, не могущим мириться… (далее — рассуждение о характере и трудностях; отдельные слова неуверенны).\nТак вот, что касается меня, не приходится, тем более, если у меня есть друг, с которым я не прощаюсь.\nПривет Жене.\nГалинка[?] целует вас.\nВам всем привет.\nКрепко жму руку,\nваш сын\nТимоша\nДипломатическая расшифровка Лицо (стр. 105) 14.VI.43. Действующая армия. Здравствуй родная мама! Вчера получил от тебя письмо за датой от 3.VI.43. В нем ты пишешь мне о том, почему я не писал тебе по поводу замужества. Скажи[?]. Да, если признаться, я и не стараюсь, ибо я уже понял свою ошибку ещё в Воробьевске. Я учёл все её хорошие и плохие, знаю, что она не приспособлена к самостоятельной трудовой жизни. Она создана для замужней разумной жизни. Действительно, с моим характером, не могущим мириться то[?] не только с ней, да и какая женщина будет терпеть выходки в нём, если такой Заговор[?] меня не может тушить[?], кто который не может продолжать трудности и старается свести на ничтожество, которое вяжет этому человеку руки, какое-либо другое и не своей воле и подобно над какой силой-трудностью. Оборот (стр. 106) Так вот, что касается меня не приходится, тем более, если у меня есть друг, с которым я не прощаюсь. Привет Жене. Галинка[?] целует вас Вам всем привет. Крепко жму руку ваш сын. Тимоша г. Москва ул. Серафимовича д. Правительства 12 под. кв 223 Самсоновой Е.К. Действующая армия 18003 «2» Самсонову Т.Т. Связанные материалы Подпись Тимоша (форма имени из письма): Самсонов Тимофей Тимофеевич — брат, не отец Тимофей Петрович Адресат: Ева Константиновна · биография: /roditeli/eva-konstantinovna/ Коллекция: Письма с фронта Документ брата: медаль «За оборону Сталинграда» · событие: Оборона Сталинграда Навигация ← Предыдущее: повреждённый лист · К коллекции · Следующее: 13.07.1944 →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-105-106-mamochke/","summary":"14.06.1943. Тимоша — маме. Адрес: Москва, Серафимовича, Дом правительства.","title":"Письмо маме — 14.06.1943 (лицо и оборот)"},{"content":"Страница человека в архиве: Кривошеина Татьяна Тимофеевна .\nОчерк: О Татьяне Тимофеевне .\nКривошеина Татьяна Тимофеевна дома, 15 апреля 2019 года. Семейный снимок поздних лет.\nПодпись к снимку Кто Кривошеина Татьяна Тимофеевна Когда 15 апреля 2019 года Где Дома Контекст Семейный домашний снимок поздних лет Годы жизни 1926–2021 Дата рождения 2 сентября 1926 года Дата смерти 24 сентября 2021 года Снимок сделан 15 апреля 2019 года — более чем за два года до смерти (24 сентября 2021).\nСемья отмечает: в поздние годы она сохраняла ясность ума, разгадывала кроссворды.\n→ Татьяна Тимофеевна — страница в «Людях» · О Татьяне Тимофеевне · семейный альбом тетради ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/foto/tatyana-timofeevna-2019/","summary":"Татьяна Тимофеевна дома, 15 апреля 2019 года — семейный снимок поздних лет.","title":"Татьяна Тимофеевна дома, 2019"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\nВоздвиженка Район семейной квартиры. · OpenStreetMap Примечание\nСтраницы о раннем доме и браке — в главе Отец, брак и дети . Ниже — детство в Москве. Это фотография папы, — одно из моих любимых\n«Это фотография папы, — одно из моих любимых». Портрет в полупрофиль; на листе тетради (стр. 033) — пометка, что снимок плохо наклеен.\n[На полях справа от фото, мелко:]\nПлохо\nнаклеен[о]\nне пере-\nклеить\nне мож[но]\nЗдесь он очень похож на себя, настоящего\nПапа\nЯ его помню лет с 3-х. Тогда мы жили\nна Воздвиженке. Папа много работал, и\nмы редко видели его по вечерам. Он очень\nлюбил детей и умел с ними обращаться.\nОн никогда не поднимал на нас голос,\n[был] очень выдержан[?] с детьми. Помню у папы были\nочки — пенсне. Я одела их на свой 3-х летний\nнос и побежала на кухню. Естественно,\nочки упали на пол и разбились. Мама\nсердито говорит: «Иди, иди к отцу и\nпокажи, что ты сделала». Мне стало очень\nстрашно, я шла по коридору медленно\nи думала о том, как папа будет\nменя ругать». Я подошла к папе, показала\nочки, едва сдерживая слезы. А папа говорит:\n«Молодец, девочка» и поцеловал меня в нос.\nЯ смутно помню один эпизод.\nМне было меньше 3-х лет, не знаю сколь[ко].\nТолько помню, когда вечером вся семья\nсадилась вечером пить чай в [нашей?]\nстоловой, на середину стола клали по-\nдушку, а на подушку сажали меня.\nЯ тоже сидела за столом со всеми.\nМама рассказывала, что когда брат был\nсовсем маленький (грудной) папа часто\nотодвигал ящик своего письменного стола\n(а сам он сидел и работал), туда\nподстилали что-нибудь мягкое, и Тешка\nлежал в ящике рядом с папой.\nПапа говорил, что ему так хорошо работается.\nМама вспоминала такой случай: мы\nдети были в детской, а я сидела в\nсвоей коляске, мама отошла на кухню,\nа в комнате остались Геня и Теша,\nконечно, я. Мама попросила их присмо-\nтреть за мной. Они что-то задержались\nв кухне и вдруг слышит наш громкий\nсмех. Мама пришла из кухни и\nузнав, что они увидели: ребята вы-\nсыпали мне в коляску кнопки, и\nмы весело играли в них.\nВ нашей квартире была ванна, которая\nотапливалась дровами, т.к. тогда в доме\nне было ни газа, ни горячей воды.\nМама сажала нас в ванну втроем.\nЯ всегда садилась последней, т.к. мне\nхотелось посидеть в воде подольше.\nПотом мама обливала нас теплой\nводой из большого кувшина. Затем\nкупались взрослые, потом мама мы-\nла собаку. (У нас был ирландский сет-\nтер[?]), а потом уже дело доходило\nдо «её самой». Вымывшись, мама\nшла в спальню, а там висела\nтакая картина: на кровати лежит папа,\nа рядом с ним на маминой поду-\nшке лежит голова Джека, он отдыхал\nпосле бани, а надо сказать, что маме\nтолько что навели чистое бельё.\nА папа лежит и улыбается.\n(Так папа «шутил» над мамой)\nОднажды с нами произошел такой слу-\nчай. Мы сидели в детской и занимались пере-\nводными картинками. Но, увы, картинки кончи-\nлись, а нам хотелось еще и еще. Тогда\nсестра и брат решили взять у бабуш-\nки денег, а они лежали в комоде и\nпойти в Военторг (бывшее Экономическое\nОфицерское общество или как мы назы-\nвали «Экономка»). Этот магазин нахо-\nдился в 2–3-х домах от нашего дома.\nМне было приказано сидеть в коляске тихо.\nА они обещали вернуться быстро, как\nони сказали, что поедут на извозчике.\nМне было тогда 3–4 года, брату соответственно\n4 лет, сестре — 10. Они ушли, а мне стало\nскучно, что-то очень долго как казалось\nмне, они отсутствовали. Бабушка была\nна кухне, и я, подождав еще немного,\nпобежала к ней. Села на кровать (? а\nтам за ширмой стояла кровать для ребят[?]).\nКухня была большая, два окна.\nБабушка спросила меня, где дети. Я\nсказала «молча», потом сказала, что они\nв коляске, а потом пробежались[?].\nВ это время пришли родители, а\nребят все нет. Вдруг раздался звонок,\nи маме пришлось открывать дверь.\nКак сейчас вижу их удивленные лица,\nа все покупки они бросили в передней.\nЗдесь появился папа и началось «следств[ие]».\nМеня не вызывали, я была «свидетель».\nСначала за закрытыми дверями вел\nразговор с Геней, просмотрели её [теню? / тетрадь?],\nдневник (он был коричневого цвета), а потом\nвышел[а] очередь Теши (у него чемоданчик\nбыл черного цвета). Никто из родителей\nне повышал голоса, наказание было\nследующее: Тешу и Геню поставили в\nразные углы. А мне достались все\nкартинки. Проводили мимо Теши, я\nусмехнулась: «Предание»[?]. Но потом дело\nпомирилось мирно.\nК Гене и Теше приходила преподаватель-\nница[?] музыки[?]. Они занимались вместе, а\nменя из-за возраста не брали. Мне это\nочень обидно, сидеть и ждать, когда они\nтебе позволят петь. В конце занятия\nони пели немецкую песенку и меня\nзвали петь. Я вставала со всех ног,\nбрала свой стульчик, садилась, и по-не-\nмецки пела громче всех.\nВечером пили чай. И мама мне говорила:\n«Тогда[?], позови детей чай пить». Я бежала по\nкоридору и кричала: «Дети, чай пить»\n[Верх страницы затёрт / переписан поверх; чтение неуверенное]\nМама [решила купить?] пианино, чтобы\nобучить [детей музыке?]. Позже можно\nбыло купить [его] в рассрочку, мама\nзаплатила [первые?] деньги и пианино\nпривезли. Мама аккуратно делала взносы,\nоставалось немного заплатить и пианино\nпереходи[ло] в нашу собственность.\nА в это время в папиной организации\n(ЧК) создавали клуб, а инструментов\nне было. Тогда папа решил отдать об-\nщее[?] пианино в клуб. Он сказал об\nэтом маме перед работой. Мама ре-\nшила, что вечером они обсудят этот\nвопрос. Вечером, вернувшись с работы,\nона не обнаружила пианино. Папа\nраспорядился. (Он «имущество» называл\n«обратимым»[?]).\nМама была очень аккуратной и\nчистоплотной. Перед переездом всё в дому,\nквартире убиралось, окна мылись,\nполы натирались. Мама покупала нам\nновые игрушки и устанавливала их\nна этажерке, которые существуют и\nсейчас. Папа подсмеивался над ней,\nговоря, что она сама не прочь поиграть.\nНо самая любимая наша кукла была\nкукла, которую нам сшила мама.\nГолова у неё не была круглой, лицо\nразрисовано чернильным карандашом,\nно нам с сестрой она была очень до-\nрога и мы часто ссорились с ней\nиз-за очереди её играть с ней.\nА вот с куклами, которые мне по-\nкупали, я расправлялась так: [положив?]\nкуклу на стол, брала молоток и\nударяла по глазам. А лицо у куклы\nбыло фарфоровое, а глаза закрывались.\nПотом я долго трясла куклу и это слы-\nшалось как там что-то и что-то стучало\nвнутри. Потом я брала полотенце и\nзаковывала[?] куклу. Меня за это никто\nне ругал.\nА вот еще случай. Мы жили на\n4-ом этаже, окна были большие,\nи вот Геня и Теша открыли внутреннее\nокно, поставив меня между окнами\nи окно закрыли. Мне было интересно\nсмотреть на улицу: идут трамваи,\nедут извозчики и машины. И вдруг\nв комнату зашла мама, она замерла,\nона не сказала ни слова, спокойно\nподошла к окну, открыла его и\nОднажды зимой мама купила нам кофты\nшерстяные: Гене — зеленую, Теше — синий джемп[ер?],\nа мне — красную кофту. Я залезла и сидела\nв своей кровати с сеткой и что-то\nвырезала. Мама купила нам специальные\nножницы с закругленными концами (они\nи сейчас у меня существуют). Потом\nя перешла на чулки (как помню они\nбыли черного цвета) и стала вырезать\nокошки[?], на коленки. Геня сидела на моей\nкровати, и я стала вырезать её новую\nкофту, но не успела.\nА потом началось наше переселение в\nновый дом.\nДело в том, что в это время папа\nбыл Управляющим делами ЦК ВКП(б),\nстроили новый дом на Всехсвятской\n(теперь Саратовская) и папа входил\nв состав комиссии по заселению этого\nдома. Председателем был Каганович.\nПросматривая списки будущих жильцов\nКаганович не увидел фамилию Самсонов.\nОн поинтересовался почему? Отец ответил,\nчто у нас есть квартира хорошая,\nтолько нет газа, нет лифта, нет\nгорячей воды. А в новом доме всё\nэто было. Отец согласился и мы\nстали собираться. (Новый дом был\nпервым домом, построенным при Сов.\nвласти). Нам дали квартиру в 12\nподъезде на 4 этаже. Квартира 223.\nВ ней было 6 комнат. Папе показалось,\nчто это слишком много. Он говорил\nо том, что другие люди не имеют\nтаких хороших. Будучи хозяином он\nвзял и отделил 2 комнаты и сделал\nиз них квартиру. Часть коридора\nбыло заложено кирпичом, в [лестничной]\nклетке повесили дверь\nведущую в 2х комнатную квартиру.\nТам жили Фроловские. Квартира\nбыла обставлена, вещи завезены.\nКогда родители приехали посмотреть\nквартиру, то удивились убранству,\nотец тут же всё снял, убрали\nвещи т.к. он сказал, что нам ничего\nне надо, у нас всё есть. Спали мы\nна железных кроватях. Одну очень\nбольшую комнату отец велел раз-\nделить перегородкой и получилось 2\nкомнаты: комната родителей с 2-мя\nокнами и балконом большим, и 2-я —\nстоловая со 2-ми дверями. У Теши и\nбабушки были небольшие комнаты\nс балконами, а у нас с Геней было\n[Верх страницы сильно затёрт / бледные чернила]\n[Большая?] комната с […], вось-\nми[угольная? …]. Вот там мы разместились\nс мамой. Новый квартал. Это было в\nконце 1930 г. [и/или] 1931 г. Дом еще\nдостраивался, не все еще строили.\nМусор. Не [чисто?] мы ходили…\nТак я [познакомилась?] с моей будущей подру-\nгой Мариной [фамилия?]. Ей [примерно?] с нами.\nНам было тогда лет [6–7? / 4 года?]. Она мне\nсообщила: «У меня умер папа, а мама\nсидит у дедушки (Ф.Кон) и плачет».\nОни жили в 10-ом подъезде.\nПри переезде случился неприятный случай\nс братом. Он очень любил машины и\nпри первой возможности влезал в ма-\nшину и садился за руль. Вот так\nи случилось в этот раз. Теше было лет\n6–7. Как раз мы переезжали в\nдругой дом. Около нашего подъезда\nстояла легковая машина, туда\nгрузили какие-то вещи, дверца\nу машины была открыта. Тешка\nзабрался в машину, сел за руль\nи как-то спустил тормоз. Машина\nначала медленно спускаться вниз, т.к.\nулица в этом месте была пологой,\nвела к Манежу. Хорошо, что дверца\nзацепилась за фонарный столб, и\nдвижение немного замедлилось. А\nв это время из подъезда вышел шофер\n(Новиков — хороший был человек) и бросился\nк машине и нажал на тормоз.\nИ вытащил оттуда до смерти перепуганного брата.\nВ ЦК ВКП(б). Папа — второй справа; третий рядом — Постышев. Папа — Управляющий делами ЦК.\n[Подпись справа:]\nВ ЦК ВКП(б)\nПапа — второй\nсправа.\nТретий рядом с\nним — Постышев.\nПапа — Управляю-\nщий Делами ЦК\nСовещание в ЦК. Папа — с краю (← Папа).\n[Подпись справа:]\nКакое-то\nсовещание в ЦК\nПапа — с краю\n← Папа.\nИ вот началась новая жизнь в новом\nдоме.\nПапа был большим книголюбом, они\nс мамой собрали большую библиотеку.\nКогда папа был свободен по выходным\nдням, то он часто ходил в книжные\nмагазины, особенно он любил посещать\nбукинистические магазины. В нашем\nстаром доме на Моховой был такой\nмагазинчик. Папа по своей природе\nбыл славянофил и особенно любил\nрусскую историю, которую знал очень\nхорошо. Особо его интересовала эпоха\nПетра I. У него собраны сочинения Клю-\nчевского, Соловьева, Костомарова, Рожкова,\nи др.\nПапа очень трепетно и аккуратно\nотносился к книгам. Он и нас приучал\nк такому же отношению к книге\nМы не имели права без его разрешения\nбрать его книги. Если нам нужная\nбыла книга, то мы спрашивали его.\nУ нас было сочинение Брэма и мне\nпо зоологии часто приходилось искать\nизображения животных. Помню, папа\nбрал книгу, мы находили нужное, он\nбрал папиросную бумагу и переводил\nизображение, а потом я уже сама\nпереносила к себе в тетрадь.\nПапа выпустил книгу «Вне закона». В ней он описал ссылку в Сибирь.\nНаши[?], дети, родители тоже собрали\nбиблиотеку. Специально был куплен\nшкаф для наших книг. Нас с\nдетства приучали к книге.\nА еще папа очень хорошо знал\nгеографию. У меня над кроватью\nвисела большая географическая карта\nобеих полушарий, и мы по мере\nвозможности с папой совершали пу-\nтешествия.\nОтец был очень аккуратен и у\nнего был хороший перочинный ножик\n(он до сих пор у меня есть). Лежал\nон в специальном месте[?] из кожи.\nИ я очень любила, когда папа\nчинил мне карандаши, они получа-\nлись у него правильные, ровные.\nВернусь к книгам. Особенно папа\nлюбил Лермонтова и немного писал\nсам. Наизусть мне с самого детства\nзапомнилось стихотворение «Воздушный\nкорабль» и становилось страшно, когда\nон доходил до строк: «Из гроба тогда\nимператор очнувшись является вдруг,\nна нем треугольная шляпа и серый\nпоходный сюртук». При этом я старалась\nдержаться к[?] папе. Иногда он напевал\nэто стихотворение на свою мелодию.\nЯ помню её. Тогда мой самый\nлюбимый писатель — Лермонтов.\nВот будучи уже взрослой имею взрос-\nлых сыновей, никак не пойму как\nродители без крика и шлепков суме-\nли нас воспитать подобным образом.\nМы не могли трогать вещи родителей,\nособенно книги, мы не забирались за\nпапин[?] письменный стол, у нас были\nсвои [места] за столом, у каждого было\nсвоё место: папа — в центре, мама —\nФраза обрывается. Продолжение в доступных листах не найдено.\nРукопись, клетчатая тетрадь; другой сюжетный блок (кошки, огород, юг).\nУ нас в доме всегда водились кошки. Мы, дети,\nчасто ссорились из-за них. Каждому\nхотелось затащить кошку к себе в кровать.\nКонечно, когда нас уезжали на дачу, то\nкошку брали с собой, и кот Любик\nненавидел кошек, нашу кошку он\nтерпел и даже иногда ел с ней из одной\nмиски.\nПапа с мамой тоже любили кошек.\nУже когда мы выросли, всё равно у\nродителей была кошка, Ксанка,\nкогда она котилась, папа брал большой\nтаз, стелил там всякие мягкие вещи\nи водружал всё семейство кошачье\nсебе под кровать. А когда котята\nподрастали, папа играл с ними, делал\nим из бумаги разные самолётики,\nа потом мама искала хороших\nлюдей для того, чтобы определить\nтуда котёнка. Она со слезами на\nглазах расставалась с котёнком.\nКсанка (или Ксения Захаровна) была их\nпоследней кошкой.\nНа огороде нам тоже приходилось работать:\nнемного пололи, немного поливали, когда\nночи были холодными, а огурцы — малень-\nкими, мы на ночь закрывали их газет-\nами.\nКогда огурцы начинали подрастать, нам\nхотелось их попробовать. Но они были\nтакими маленькими, рвать было жалко.\nА мы с братом ползли по дорожке\nк огурцам, думая, что нас никто не\nвидит, а бабушка стояла на крыль-\nце и кричала: «Вижу, вижу!» И мы\nуходили ни с чем.\nКогда подрастала морковка, то мне\nочень хотелось попробовать. Я подходила\nк грядке, выдёргивала морковку. Увидев,\nчто она маленькая, я вновь всаживала\nеё в землю и, конечно, она погибала.\nПапа никак не мог понять, что\nтакое с морковью — увядает.\nПапа советовал нам разбить свои грядки\nи ухаживать за ними. Мы с радостью\nделали свои грядки, сажали, а потом\nпыл проходил, мы забывали о них\nи у нас ничего не вырастало.\nИногда летом родители ездили на юг\nв Сочи и брали нас по очереди, а то и\nдвоих троих. Мы останавливались в хороших\nд/ отдыха («Васильевка», «Зиновьевка»). Это были\nнебольшие дачи нестандартные, названные\nпо имени старых владельцев! Места были\nсказочные.\nОдин раз папа брал меня с собой в отпуск\nв Кисловодск. Он страдал желудком и ездил\nна воды по месяцу. Мы были с ним в\nсанатории «10 лет Октября». Помню: мне-\nмне[?] мы с папой, много путешествовали,\nмне было лет 6. Дело было весной.\nМы объезжали с папой все окрестности\nКисловодска. Он показывал мне, как ходит\nгоры, и до сих пор, когда я взбираюсь\nна возвышенность, я всегда вспоминаю\nего и его совет. Иногда папа приходи-\nлось первому взбираться, а я оставалась\nвнизу, мне становилось страшно; папа\nнаверху, а кругом никого. Потом папа\nподмигивал мне, и страх проходил!\nпапа рядом. А потом мы ездили не\nв машины, не то в тележки-возки, не то\nв [?]ины, вода. Не помню точно. Только\nв моей памяти осталась красота этих\nгор, дикие маки — целые поля. Папа\nпоказал мне могилу Лермонтова.\n(на поле слева, у абзаца о прогулках / Лермонтове:)\nИ конечно, во время прогулок\nпапа читал мне Лермонтова.\nКогда папа работал в Метрострое\n(он был директором) он брал меня в\nЛенинград, он ехал в командировку.\nОстанавливались мы в гостинице «Европей-\nская», номер у нас был шикарный!\nМеня поразила ванна: большая, комната,\nс необыкновенно красивыми кранами,\nи сама большая, необыкновенная ванна.\nНомер был создан из 2-х комнат. Когда\nпапа был занят, я сидела в номере\nи разглядывала всё с любовью-восторгом[?].\nВ такой роскоши не видела ещё.\nКогда папа был свободен, то он пока-\nзывал мне Ленинград, а в Гостином\nдворе он купил мне куклу и к ней\nкровать, да ещё и к ней[?] меня[?], она\nбыла зелёная с чёрным. Потом меня\nдевочки во дворе дразнили.\nИногда папа проводил совещания в\nномере, собиралось много народу, а\nя сидела тихо, как мышка, где-нибудь\nв уголке.\nПомню, что одним летом у нас\nжил режиссёр Гудкин[?], что-то\nс ним произошло, и папа пригласил\nего к нам на дачу отдохнуть.\nПомню, что он нам очень[?] как товар[?]\nманную кашу. Ему очень нравилось,\nкак готовит наша бабушка,\nа готовила она действительно вкусно!\nРукопись (синие чернила); лист, по-видимому, от письма или обращения к ребёнку / внуку; текст на листе часто развёрнут «на бок». Вверху: «-1-».\nДорогой мой дружок!\nНе знаю, интересно ли тебе читать\nпро свою бабу? Но всё-таки я решила\nпродолжать. Итак мне 4 года, и\nмы переезжаем в новый дом, это на\nул. Серафимовича. Наша квартира № 223\nнаходилась на 4-ом этаже, и окна\nвыходили на Москву-реку и на задний\nдвор, который мы почему-то назы-\nвали «Вонючка». В нашей квартире\nбыло 6 комнат, но папа решил, что\nэто слишком много. Так как\nбыло в его руках, дачи ЦК и хозяйство\nэтого дома (которого он был домов[?]),\nон решил по заселению этого\n4 этажа создать другую квартиру.\nВходы у нас были разные. Мы\nпросто были соседями по этажу. А\nодну большую комнату папа разделил\nна 2 и получилась родительская комна-\nта и столовая. Мы с сестрой жили\nв одной комнате, довольно большой.\nУ тёти и бабушки комнаты были\nнебольшими ≈ 10½ кв. И вот я оказалась\nв новом доме и, как знаешь, задержалась[?]\nв нём надолго. Здесь я по-\nзнакомилась с новыми девочками,\nс которыми и прожила по соседству.\nОсталась только одна — Инна.\n← Отец, брак и дети · Оглавление тетради · Война, 1941 →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/03-detstvo-moskva/","summary":"Дом, прогулки, случаи с детьми, быт, кошки, поездки.","title":"Детство в Москве"},{"content":" Письмо с действующей армии, 13.07.1944. Подпись: «Ваш Тимоша».\nРеквизиты Дата 13.07.1944 Откуда Действующая армия Кому «дорогие родители и сестрёнка Таня» От кого Тимоша — Самсонов Тимофей Тимофеевич Состояние лист читается; отдельные слова и топонимы — с [?] Не Самсонов Тимофей Петрович .\nИмя в подписи — Тимоша, как в источнике. Не приравниваем автоматически к домашнему Тёме без отдельного семейного решения; речь о том же брате Тимофее Тимофеевиче только там, где это ясно из контекста тетради.\nЧтение 13.VII.44. Действующая армия.\nЗдравствуйте, дорогие родители и сестрёнка Таня!\nОй, досадно, что я вам мало пишу. Мне действительно жаль, что так с письмами… Второе, что мне ещё нужно сделать, чтобы выздороветь[?]. Теперь же буду получать от вас письма в двух[?].\nТеперь немного о себе. Живу я хорошо. Ем хорошо… Мы пьём с чаем… В городе я был и постарался[?] там погулять, особенно красиво. Потом — а в действительности то на обочине[?] брошенные[?] танки. Из немецких машин увидал, а в развалинах… Там я… Очень здорово. Всех целую, тебя, Таня, тоже целую.\nНу, вот пока и всё, что у новости[?]. Пишите вы, так что мама напишет.\nПривет Жене, Маме, Папе, Фале[?], Галке, Тане.\nЦелую. Ваш Тимоша.\nСаша целует.\nПримечание\nПриписка «Саша целует» — в письме с фронта 1944 от Тимоши. Это не муж Татьяны (Кривошеин Александр Дмитриевич ).\nКто именно «Саша» у Тимоши в части — не установлено; в граф людей мужа не включаем. Дипломатическая расшифровка 13.VII.44. Действующая армия. Здравствуйте дорогие родители и сестрёнка Таня! Ой, досадно, что я вас мало пишу. Мне действительно жаль, что так с письмами [неразборчиво / обрыв строки?]. Второе что мне ещё нужно сделать, чтобы выздороветь[?]. Теперь же буду получать от Вас письма в 2-х. Теперь немного о себе. Живу я хорошо. Ем хорошо, уж я наконец, сколько всего скоро буду есть. Мы пьём с чаем, что скоро можно взять на столик[?]. В городе я был и постарался[?] там погулять, особенно красиво. Потом, а в действительности то на обочине[?] брошенные[?] танки. Из немецких машин увидал, а в развалинах [сталинградского?] [вала?]. Там я в [с…?] Комсомольской[?] [улице?]. Очень здорово. Всех целую, тебя Таня, тоже целую. Ну, вот пока и всё, что у новости[?]. Пишите вы, так что мама напишет. Привет Жене, Маме, Папе, Фале[?], Галке, Тане. Целую. Ваш Тимоша. Саша целует. Связанные материалы Подпись Тимоша (форма имени из письма): Самсонов Тимофей Тимофеевич Адресаты: родители и Татьяна Тимофеевна Не отец Самсонов Тимофей Петрович Не муж Татьяны: Кривошеин А. Д. (Саша) — приписка «Саша целует» другая Коллекция: Письма с фронта Контекст: Дядя Тёма: документы и Сталинград Навигация ← Предыдущее: маме, 14.06.1943 · К коллекции · Следующее: от товарища, 20.04.1943 →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-107/","summary":"13.07.1944. Тимоша — родителям и Тане. Действующая армия.","title":"Письмо родителям и Тане — 13.07.1944"},{"content":"Фото «После войны».\nЖеня и Тёма (детство).\nМедаль «За оборону Сталинграда» — Т. Т.\nМедаль · альбом · глава о брате Самсонов Тимофей Тимофеевич — брат Татьяны Тимофеевны ; в семье — дядя Тёма.\nНе отец Это не Самсонов Тимофей Петрович (1888–1955). Отчество на бланке награды — Тимофеевич.\nПроисхождение (по рукописи) Рождение 27 апреля 1923, Москва (рукопись, стр. 093) Отец Т. П. Самсонов Мать Ева Константиновна Сёстры Геня ; Татьяна На схеме (стр. 003): род. Москва, 1923.\nДетство (свидетельство сестры) По гл. 11 : трое детей дружили; игры дома; школа на ул. Фрунзе (Знаменка), затем школа им. Менжинского после переезда на ул. Серафимовича; дача и река. В рукописи после стр. 093 брат часто назван «Женя» — не путать с сестрой Геной (см. карточку Гени ).\nВойна На бланке: гв. сержант; медаль «За оборону Сталинграда» (вручение на удостоверении 23.09.1943; 79 гв. миномётный полк) — документ . Глава: Дядя Тёма: документы и Сталинград . Письма («Тимоша») Форма имени из подписи писем:\n14.06.1943 — маме 13.07.1944 — родителям и Тане Письма 103–104 (подпись «Дмитрий») — отдельная карточка ; не сливаются с Тимошей.\nПосле войны Портрет «После войны» в тетради; дальнейшая гражданская биография на сайте не развёрнута сверх рукописи (дата смерти не установлена публично).\nПодтверждённые опоры Факт Источник Уверенность Тимофей Тимофеевич; р. 27.04.1923, Москва рукопись 093 высокая как рукопись Брат Татьяны; сын Т. П. и Е. К. рукопись; схема высокая Медаль «За оборону Сталинграда» бланк удостоверения document_confirmed Подпись «Тимоша» на письмах письма 105–107 высокая как источник См. также: Геня · Татьяна · гл. 11 · гл. 12 ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/timofey-timofeevich-samsonov/","summary":"Брат (Тёма / Тимоша). Москва 1923; Сталинград; письма. Не путать с отцом Т. П.","title":"Самсонов Тимофей Тимофеевич"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\nВставка о 16 октября 1941.\nНа странице тетради лежит отдельный листок-вставка («Вставка»), закрывающий середину текста тетради. Справа и снизу виден продолжающийся текст тетради (полный текст той же страницы тетради — на стр. 016).*\nТетрадь (верх, над вставкой) Мы так и сделали, но не догадались тёплой воды, Леля[?] простудилась и заболела. Диагноз: гнойный плеврит. Родители делали много, чтобы вылечить её: больницы, санатории… Сейчас к 17–18 её поставили на ноги, но предупредили, чтобы была осторожной. И это в 18 лет! Она устроилась\n[…] а корреспонден-\nВставка (листок) Вставка\nМама вспоминает 16 октября 1941 г. в Москве. Она собственными глазами видела и пережила панику в Москве 16 октября 1941 г. Город представлял собой в тот день незавидное зрелище, словно нечеловеческая агония захватила всех и вся. Толпы людей, кто в чём, со скарбом, беспорядочно двигались на восток. Появились мародёры, грабившие магазины, сбегались[?]. Из некоторых окон выбрасывали сочинения Маркса–Энгельса–Ленина–Сталина[?] и другую полит. литературу.\nКак я уже упоминала, было решено вывести партактив на Восток. Мама говорила, что из Райкома было послано 4 машины, которые ездили по адресам и собирали своих сотрудников. Их привезли на площадь 3х вокзалов. Комсомольская площадь была забита людьми, сидевшими на своих вещах. Мама говорила, если бы немцы стали бомбить площадь, то это было бы кровавое месиво. Слава богу, этого не случилось. Через какое-то время\nТетрадь (поля справа / низ, фрагменты под и рядом со вставкой) …в Железно-\n…(отправляли\n…эшелоны,\n…Московского\n…отправили\n…области страны.\n…Куйбышев,\n…с бабушкой,\n…Мама по-\n…по распоря-\n…в село\n…заведовать отделом\n…директор\n…да, где делали\n…от Сталин-\nграда до Берлина. Участвовал в сражениях\n(Полный связный текст тетради — см. стр. 016.)\nМы так и сделали, но не догадались тёплой воды, Леля[?] простудилась и заболела. Диагноз: гнойный плеврит. Родители делали много, чтобы вылечить её: больницы, санатории… Сейчас к 17–18 её поставили на ноги, но предупредили, чтобы была осторожной. И это в 18 лет! Она устроилась в «Пионерскую правду» и стала корреспондентом.\n1941 г. Началась война. Работы в Железнодорожном Райкоме было много (отправляли эшелоны на фронт, обеспечивали эшелоны, принимали раненых.)\n16 октября 1941 г. по решению Московского Горкома партийный актив отправили в эвакуацию в различные области страны. Мама просила послать её в Куйбышев, где в это время были мы с бабушкой, но туда её не разрешили.\nЕхали долго, в теплушках. Мама попадает в Челябинск, откуда по распоряжению Обкома направлена в село Москроусово, в Райком заведовать отделом агитации и пропаганды.\nОтец остается в Москве. Он директор металлообрабатывающего завода, где делали гранаты и др.\nСын — на фронте. Он прошел от Сталинграда до Берлина. Участвовал в сражениях\nих загрузили в теплушки, и они отправились на Восток. С мамой поехал брат и наш дом. работник Русь[?].\nКак выяснилось потом, в Москве действовали специальные люди, сеявшие панику.\nНо уже 17 октября паника кончилась. В Москве ввели осадное положение.\nКонтекст: эвакуация / возвращение (село у Рязани, колокольня монастыря).*\nк Рязани. Летит низко, вот-вот заденет нас. (Так нам казалось). Настало утро. Мама пошла к этим девочкам и попросила остановиться у них до тех пор, пока за нами не приедут. Мама с бабушкой остались там, а мы с Жусей[?] пошли пешком до нашего села (с. Пощупово), это в 18 км. от станции.\nНаконец мы дошли. Дядя Миша пошел в колхоз, попросил подводу с лошадью и отправились за бабушкой и мамой. Я так устала, ноги гудели, да еще ночь не спали. Я вошла в сад, легла на траву и тут же уснула. К вечеру приехали наши. Это был I-ый этап нашего возвращения в Москву.\nМаме было занято тем, что посылала телеграммы и письма в Москву с просьбой прислать нам пропуск. Да и бабушка требовала ухода, т. к. была очень слаба.\nЯ стала работать в колхозе, мы что-то пололи и т. д.\nОстановились мы у бабушкиного брата дяди Миши. Еды было мало, в колхозных магазинах нам давали немного хлеба, суп варили из щавеля, подбеливая молоком. По ночам, вдруг объявляли воздушную тревогу: били в подвешенный рельс. Сначала мы выходили из избы, а потом привыкли. Немецкие самолеты летели по направлению к Рязани, а ориентиром было колокольня\nмонастыря, кот. находился в этом селе. С продуктами было худо, да и денег было маловато. И мы с мамой отправились на базар, чтобы продать кое-какие вещи и купить еды. Нужно было видеть маму, как она (и я) стояла в ряду торговцев, держа в руках наши вещи. Наконец всё было продано, и мы купили немного ржи и картошку. А идти было далеко, к вечеру мы были дома.\nНаконец мама получила пропуск от Райкома, на себе, а меня не включили в этот документ. Но мы решили ехать с мамой; что будет, то будет. Бабушку пришлось оставить у её сестры, тети Ларисы.\nИтак мы едем в Москву: мама покупала для меня билет от станции к станции. Её виручил пропуск Железнодорож. Райкома, потому что купить билет было невозможно, люди сутками стояли у касс. Да еще мы тащили багаж. Так мы добрались до Раменского, оттуда уже ходили электрички. И вот мы в Москве. Но как выйти из вокзала, когда у меня не было пропуска. Решили так: я якобы впрягаю[?] маму, показывая свое москов. метрику, а мама — свой пропуск. Вещи свои сдали в багаж и поехали в метро, домой. Какая радость! Мы в Москве! Наконец добрались до дома.\nВ квартире соседей две комнаты были заняты сотрудниками Совнаркома[?], Квартиры[?].\nУ нас пропало много вещей: посуда, белье, занавески, ноты, книжки и даже игрушки. Как-будто по квартире прошли Мамаи. Ковры, которые были сшиты[?], пропали бабушкин красивый стол, ковер, который лежал на кушетке. Отец нас встретил прохладно, что-то у них с мамой разладилось. Надо было начинать жить снова. А война идет. Маму очень хорошо встретили в районе. Хлебзавод дал нам хлеба и сухарей ржаных, которые они делали для фронта, кондид. фабрика им. Бабаева дала нам бутылки 2 вкусного сиропа.\nА потом нам дали карточки: маме — рабочую (это 800 гр хлеба в день), а мне — иждивенческую (это 400 гр хлеба в день).\nМама стала работать в Райкоме, наша школа не работала, и я сначала поступила в экстернат, кот. находился в помещении Горного ин-та.\nВ последнее время она работала в Мин. путей сообщения, где заведовала [Таргин/Парком/? — неразборчиво].\nВ 1950 г. она уже не работала по состоянию здоровья; к этому времени она была инвалидом 2 группы.\nМама была настоящим товарищем и\n[конец страницы; продолжение обрезано / не читается]\nТекст в тетради (шариковая ручка, над вклейкой) …медалями: «За доблестный труд в Вел. [Отеч.?] войне»\n«30 лет победы в Вел. От. войне» и др.\nНо будучи на пенсии она активно участво-\nвала в работе парторганизации: была\nзам. секретаря парторганизации, агитато[р],\nвыступала в воинских частях, перед сту-\nдентами.\nВклеенное письмо (фиолетовые чернила) Уважаемая, Ева Константиновна!\nНа память о нашей встрече высы-\nлаем Вам фотографии.\nЕщё раз выражаем Вам глубокую\nблагодарность за встречу с Вами.\nЖелаем Вам крепкого здоровья\nи долгих лет жизни.\nНа большой фотографии Вы беседуете\nс начальником политотдела полков-\nником Зинуровым[?] Сергеем Загильевичем[?].\nНа другой фотографии Вы вручаете\nкомсомольский билет рядовому\nКудаеву В. В.\nС уважением инструктор\nпо комсомольской работе\n[подпись] — Исаулова—\nСтр. 22: мама в воинской части; подписи автора.\nФото 1 (верхнее, крупное) Женщина пожилого возраста в очках (мама — Ева Константиновна) беседует с мужчиной в тёмном костюме; у неё в руках бумага; жесты рук.\nФото 2 (нижнее) Та же женщина вручает документ (комсомольский билет) молодому человеку в военной форме; рядом другие военнослужащие.\nПодписи (шариковая ручка) Справа от нижнего фото:\nМама — в воинской\nчасти.\nОна написала\nсвои воспоминания\nо работе в ВЧК\nи о Ф. Э. Дзержин-\nском.\nПод нижним фото:\nВручает комсом. билет.\nСтр. 23: последние годы болезни мамы.\nПоследние время она очень болела (хрупкость\nкостей). За 10 лет она перенесла 5 операций.\nМама обладала мужеством, стойкостью,\nискренним чувством юмора. Она много\nдней провела в больнице и всегда в её\nпалате слышался смех и шутки.\nКогда перед операцией я приходила к врачу,\nхотелось услышать что-то обнадеживающее…\nНо врачи говорили: «Поговорим об этом\nчерез неделю, другую». Но мы всё же надеялись.\nПосле подобных операций больные, как\nправило, страдают маразмом. Но у мамы\nясный ум сохранился до самого конца.\nОна мужественно держалась, не хныкала,\nне жаловалась, понимая, что мне тоже\nнелегко. Я уходила на работу, оставив\nмаме телефон, оставив в термосах еду и\nпоесть[?], т. к. мама практически не ходила.\nДля меня она была и другом, и советчи-\nком[?]. Приходя с работы, я всегда рассказы-\nвала ей о том, как прошёл мой рабочий\nдень. Что-то она одобряла, что-то ей\nне нравилось, и она говорила: «Это не-\nхорошо, это мещанство» (её любимое слово).\nК ней тянулись люди: кто с бедой, кто\nс просьбой написать письмо, прошение.\nК ней шли все, кому нужен был совет\nи помощь.\nПомню как-то придя с работы, я\nСтр. 24: смерть мамы 17 мая 1981 г.; начало стихов «Еве!».\nзастаю около её дивана 2-х моих коллег.\nОни пришли к маме, не сказав мне об\nэтом, пришли, чтобы обсудить свои личные\nдела.\nМама была красивой женщиной. И её\nпортрет висел над её кроватью. Однажды\nк ней с какой-то просьбой пришла наша\nдворничиха. Посмотрела на портрет и\nспрашивает: «Кто это?» Мама отвечает: «Я\nв молодости». Тогда дворничиха говорит:\n«Ой, какая ты страшная стала, лучше б\nя не видела». Мама очень смеялась и рас-\nсказывала об этом случае с юмором.\nУмерла мама в 10 часов утра 17 мая 1981 г.\nРассказывали, что она села, собиралась\nзавтракать, говорила о чём-то с мед.\nсестрой и вдруг конец. Она умерла в\nЦКБ.\nПохоронили её вместе с мужем на\nНово-Девичьем кладбище.\nОтец любил писать стихи, и несколько\nстихотворений посвящено маме.\n13.IV.41. Москва Еве!\n(левая колонка) (правая колонка) Тебе мой друг, Стоишь и манишь Я шлю сердечный меня страстн[о?] Привет горячий В объятия жаркие свои, и родной! Как воля манит и [тоска?/моск-?], Как песня древней Дышу тобой старины. Ты — воздух вечный, Ты д[е?]нь и ночью Предо мной. ← Детство в Москве · Оглавление тетради · Отец, ВЧК и стихи →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/04-voyna-1941/","summary":"Война 1941; затем поздние годы Евы Константиновны и её смерть (рукопись, стр. 15–24).","title":"Война, 1941"},{"content":"Краткая справка Дмитрий — имя в подписи на двух фронтовых письмах, вложенных в тетрадь (листы 103 и 104).\nЧто известно Подпись «Дмитрий»; обращение к родителям (и к «сестрёнке Тане» в письме 103) Фамилия не установлена Связь с семьёй точная связь пока не установлена Чего не делать Не приравнивать к Тимоше (письма 105–107 ) Не отождествлять с Самсоновым Тимофеем Петровичем (отец) Не смешивать с другими «Дмитриями» архива без отдельных доказательств Связи в семье Неизвестны. Письма адресованы «дорогим родителям» / «родителям и сестрёнке Тане» в комплекте семейной тетради — этого недостаточно, чтобы назвать автора родственником.\nПисьма Только эти два листа:\n11.08.1943 — родителям и Тане 28.07.1944 — родителям (повреждённый лист) Главы Указатель к письмам 103–104 в главе:\nДядя Тёма: документы и Сталинград Коллекция: «Письма с фронта» .\nФото Письмо с подписью «Дмитрий», 11.08.1943. Скан листа.\nПисьмо с подписью «Дмитрий», 28.VII.44 (чтение). Повреждённый лист.\nПисьмо 103 · Письмо 104 Источники Письмо 103 (11.08.1943) Письмо 104 (28.07.1944) Редакционная оговорка в главе 12 : фамилия и связь не установлены ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/dmitry-pisma-front/","summary":"Подпись «Дмитрий» на листах 103–104. Фамилия неизвестна; не Тимоша и не отец.","title":"Дмитрий (письма 103–104)"},{"content":" Письмо Тане. Начало: «Здравствуй, Таня!»\nОкончание: подпись «Миша Фриоленко», 20 апреля 1943 г., полевая почта 18003 «г.».\nРеквизиты Дата 20 апреля 1943 г. Кому Таня — Татьяна Тимофеевна От кого Миша Фриоленко — Фриоленко Михаил Макарович (подпись и обратный адрес на листе) Откуда Полевая почта 18003 «г.» Кто это товарищ (друг), не брат Тёма / Самсонов Т. Т. — в тексте: «твой брат Геша» как третье лицо В тетради письмо вводит заметка Татьяны Тимофеевны: стр. 127 — «Тоже письмо с фронта…» — о раненом товарище, который бывал у них, когда полк был на переформировании после Сталинграда (1943, 9-й класс).\nАвтор — Миша Фриоленко. Это не брат Тёма (Тимофей Тимофеевич).\nЧтение Здравствуй, Таня!\nЯ получил от тебя письмо. По размерам и содержанию оно очень маленькое и краткое — собственно, ты ничего не написала; я не знаю почему, и, может быть, после моего ты напишешь более задушевное и весёлое письмо, какое умеют излагать москвичи. Твоё письмо, безусловно, произвело на меня особое впечатление, так как я не ожидал его от тебя. Да, ведь это вполне естественно.\nТаня! Ты изъявила желание иметь со мной переписку, которая должна быть продолжением нашей дружбы… Правда, когда я был у вас, ты держала себя слишком гордо и оставила себя неприступной девой… «Я вас люблю — к чему лукавить? / Но я другому отдана / И буду век ему верна.» Таня! Простите, я тебя не так понял; во всяком случае, в этом хоть сколько-нибудь имеется правды.\nЯ должен признаться от чистого сердца, что когда впервые увидел тебя, ты мне очень понравилась. Твоё появление в комнате, твой тайный взгляд всегда приводили меня в волнение; я старался поговорить с тобой, но всё это как-то не получалось, и притом ты держала себя слишком дерзко, называя «злой». Я это, конечно, принимал в шутку.\nТаня! Сейчас наступила весна — самое весёлое, самое наилучшее время для молодых людей: ведь весна, по существу, есть символ молодости, счастья, веселья. Что может быть приятней, как в один из таких очаровательных апрельских и в особенности майских вечеров пойти погулять с любимой девушкой. Приятный свежий воздух, тихое синее небо со многими твоими неведомыми звёздами, какой-то особенный шум города — всё это очаровывает и вносит в сердце каждого человека бодрость, стремление к жизни с весны.\nСейчас, Таня, нет возможности встретить тебя, но я надеюсь, что в недалёком будущем в Москве мы встретимся снова, при условии, если ты будешь согласна. Таня! Я очень тебя прошу, чтобы ты мне прислала свою фотокарточку, тогда я тоже пришлю тебе.\nТаня! Твой брат Геша и друзья Витя, Коля живы и здоровы и передают тебе привет. Прости, что по моей вине плохо написал. Жду с нетерпением ответа. Крепко жму твои руки и желаю всего наилучшего в твоей молодой жизни.\nС приветом Миша Фриоленко\nПиши теперь ответ только по такому адресу:\nПолевая почта 18003 «г.»\nФриоленко Михаилу Макаровичу.\n20 апреля 1943 г.\nДипломатическая расшифровка Стр. 128 Здравствуй, Таня! Я получил от тебя письмо. По размерам и содержанию оно очень маленькое и краткое, собственно ты ничего не написала, я не знаю почему и может быть после моего ты напишешь более задушевное и веселое письмо, которое так могут излагать москвичи. Твое письмо, безусловно, произвело на меня особое впечатление так как я не ожидал его от тебя. Да, ведь это вполне естественно. Таня! Ты изъявила желание иметь со мной переписку, которая должна быть продолжением нашей дружбы .... Правда, когда я был у вас ты держала себя слишком гордо и оставила себя неприступной девой .... Я вас люблю к чему лукавить? Но я другому отдана И буду век ему верна. Таня! Простите я тебя не так понял, во всяком случае в этом хотя сколько нибудь имеется правды. Я должен признаться от чистого сердца, что когда впервые увидел тебя, ты мне очень понравилась. Твое появление в комнате, твой тайный взгляд всегда приводили меня в волнение, я старался поговорить с тобой но все это как-то не получалось и при том ты держала себя слишком дерзко, называя, злой Я это, конечно, принимал в шутку. Таня! Сейчас наступила весна. Самое веселое самое наилучшее время для молодых людей Стр. 129 ведь весна - по существу, есть символ молодости, счастья, веселья. Что может быть приятней как в один из таких очаровательных апрельских и в особенности майских, вечеров пойти погулять с любимой девушкой. Приятный свежий воздух, тихое синее небо со многими твоими неведомыми звездами, какой-то особенный шум города, все это очаровывает и вносит в сердце каждого человека бодрость, стремление к жизни с весны Сейчас, Таня, нет возможности встретить тебя, но я надеюсь что в недалеком будущем в Москве мы встретимся снова, при условии если ты будешь согласна. Таня! Я очень тебя прошу, вот[?] чтобы ты мне прислала свою фотокарточку, тогда я тоже пришлю тебе. Таня! твой брат Геша и друзья Витя, Коля живы и здоровы и передают тебе привет. Прости что моей вине плохо написал. Жду с нетерпением ответа. Крепко жму твои руки и желаю всего наилучшего в твоей молодой жизни. С приветом Миша Фриоленко Пиши теперь ответ только по такому адресу: Полевая почта 18003 „г.“ Фриоленко Михаилу Макаровичу. 20 апреля 1943г. [тёмным: зачёркнуто / штрихи — не читается] [красным:] Скоро[?] всех обниму! Связанные материалы Автор: Миша Фриоленко — товарищ, не брат Тёма / Самсонов Т. Т. Адресат: Кривошеина Татьяна Тимофеевна Введение в тетради: Война и школа Коллекция: Письма с фронта · письма военных лет Навигация ← Предыдущее: 13.07.1944 · К коллекции · Следующее: «Танюша!» →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-128-129-tane-ot-tovarishcha/","summary":"20.04.1943. Миша Фриоленко — Тане. Полевая почта 18003.","title":"Письмо Тане от товарища — 20.04.1943"},{"content":" Краткое письмо: «Танюша!» Подпись: Геннадий.\nРеквизиты Дата 1 марта — «С весной!»; год на листе нет — требует сверки (рядом в тетради письма Геннадия 1943 г.) Кому Танюша — Татьяна Тимофеевна От кого Геннадий (имя на листе; полное имя/фамилия — требует сверки; ср. письма Вохминцева ) Состояние короткий лист, почерк разборчивый Чтение Танюша!\nЧто-то уже давно от тебя не получаю писем. Мне не смешно, и остаюсь должником.\nЯ жив, здоров.\nЖелаю здоровья, привет папе и маме\nс приветом —\nГеннадий.\nЖду писем.\n1 марта «С весной!».\nДипломатическая расшифровка Танюша! Что-то уже давно от тебя не получаю писем. Мне не смешно и остаюсь должником. Я жив, здоров. Желаю здоровья, привет папе и маме с приветом - — Геннадий. Жду писем. 1 марта «С весной!». Примечания Авторство «Геннадий» на листе уверенно; тождество с Геннадием Вохминцевым (аннотация на письме 18.11.1943) вероятно, но не доказано одним только почерком без сверки. Год не выводить из соседних листов как факт — только как гипотеза для проверки. Связанные материалы Подпись «Геннадий»; тождество с Вохминцевым — вероятно, не доказано: Геннадий Вохминцев Адресат: Кривошеина Татьяна Тимофеевна Коллекция: Письма с фронта Навигация ← Предыдущее: от товарища · К коллекции · Следующее: Геннадий, 18.11.1943 →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-131-tanyusha/","summary":"1 марта «С весной!». Геннадий — Танюше. Год требует сверки.","title":"«Танюша!» — краткое письмо"},{"content":"Краткая справка Фриоленко Михаил Макарович (Миша) — автор двухстраничного письма Тане от 20 апреля 1943 г. (листы тетради 128–129).\nИмя на листе Миша Фриоленко; обратный адрес — Фриоленко Михаилу Макаровичу Откуда Полевая почта 18003 «г.» Кто это товарищ (друг), не брат В тексте письма «твой брат Геша» упомянут как третье лицо — автор письма не отождествляется с Самсоновым Т. Т. (Тёма).\nСвязи в семье Семейного родства по опубликованным материалам нет. Связь — переписка и знакомство военных лет: в тетради (контекст к письму) — о раненом товарище, который бывал у них, когда полк был на переформировании после Сталинграда (1943, 9-й класс).\nПисьма 20.04.1943 — письмо Тане от товарища (128–129) Главы Письма товарищей военных лет Контекст эвакуации / школы: Школа и война Фото Письмо к Тане, 20.04.1943 — первая страница (Миша Фриоленко).\nПродолжение письма; подпись Миши Фриоленко.\nПисьмо 128–129 Источники Письмо 128–129 — подпись, адрес, дата Глава 15 — указатель к коллекции ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/misha-friolenko/","summary":"Письмо 128–129. Михаил Макарович Фриоленко; товарищ военных лет.","title":"Миша Фриоленко"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\nБез тебя мне нет отрады;\nНет ни доли, ни покоя,\nПаду я в бездну ночи[?],\nКоль останусь без тебя.\nВолны бьются, брызги скачут\nПо кремнистым берегам\nНет тебя, моя родная,\nНикому я не отдам.\nТ. С.\nМама часто вспоминала о своей работе\nв ВЧК, о своих друзьях и подругах.\nЕй было лет 19–20. Молодая, красивая,\nнемного вздорная.\nОднажды опоздав с подругой на работу,\nони подошли к своему подъезду и уве-\nдели большую очередь и коменданта,\nкоторый отбирал пропуска. Они ре-\nшили не вставать в очередь, а придти\nпопозже. Они пошли на сквер у Большого\nтеатра и сели на скамейку. Просидев\nдовольно длительное время, они пошли\nна работу. Дежурный их пропустил\nбез всяких сложностей, думая, что они\nходили по поручению. Когда в отделе их\nувидели целыми и невредимыми, было\nмного смеха.\nВ здании был лифт, и лифтом\nпользовались все, начиная от Ф. Дз. и т. д.\nОпять опаздывая на работу, мама\nвлетела в лифт, толкнув кого-то в\nживот. Когда подняла голову, то увидела\nДзержинского, стала извиняться, а он только\nулыбнулся.\nЭпизод 3\nМашинисткам по очереди приходилось\nдежурить при Президиуме ВЧК–ОГПУ. В 1923\nв одно из машинных дежурств было мало\nработы, и к концу смены — к 12 часам н[очи]\n— она сильно устала. За 15 минут до\nконца машинного дежурства пришла её\nсменщица. Обратив внимание на её вид,\nона заметила:\n— Ты, я вижу, сильно устала. Я сейчас\nполучу паёк (кусок селёдки, конфетку и\nчетверть фунта хлеба) и приступлю к\nработе, а ты бросай печатать, отдохни.\nМама так и сделала: отошла от машин-\nки, села в мягкое кресло и закрыла гла-\nза[?], чувствует, что к ней направился чело-\nвек, и она решает, что печатать не бу-\nдет[?].\n— Ты дежурная машинистка? — спросил он.\n— Да, — ответила она, не глядя на него.\n— Мне нужно срочно отпечатать докум[ент].\n— Сейчас придёт другая машинистка, она\nи напечатает. А он не уходит и\nпродолжает:\n— Я слыхал, что вы очень хорошая машин-\nка, и мне хотелось бы, чтобы вы напеча-\n[тали], а я бы вам продиктовал.\nТут мама взглянула и увидела, что пе-\nред ней стоит Ф. Дз. Сильно смутившись, бы-\n[бы]стро встала и подошла к машинке. Ф. Дз. про-\nдиктовал ей текст, сказал спасибо и ушёл.\nОна очень расстроилась и не извинялась за своё\nповедение.\nВ угнетённом состоянии ушла домой. На\nдругой день рассказала о случившемся в\nотделе. Все сочувствовали ей, а она ждала\nдостойного наказания. Проходили дни, а\nвзыскание не объявлялось. Тогда она не\nмогла понять, почему её проступок был\nпрощён Председателем ЧК.\nПозднее поняла, Ф. Дз. был сердечным,\nчутким и внимательным человеком. Он\nхорошо понимал, как нелегко приходится\nмолодым людям (а ей было тогда 19 лет).\nЭпизод 4.\nФ. Дз-а работники видели часто в отделах,\nвстречали его в коридорах, на лестницах,\nон всегда выглядел приветливым, аккуратным.\nЕго доброе лицо и глаза как-бы говорили:\n«Вижу, трудно приходится, но что по-\nделаешь? Этого требует обстановка…»\nМамины воспоминания о Дзержинском напечатаны\nв сборнике «Ф. Э. Дзержинский в ВЧК»\n(Библиотечка журнала «Пограничник» № 14, 1967 г.)\n(заголовок «Мамины воспоминания…» и выходные данные в тетради подчёркнуты красным)\nРукописный заголовок Папа\nМой папа — Самсонов (Бабий) Тимофей\nПетрович\n(род. 1888 г. Бессарабская губ. Хотинский уезд\nсело Михайлены)\nПомета справа от портрета Статья\nопубликована\nв газете\n«Советская\nМолдавия»\n21 мая 1988 г.\nВырезка (печатный текст) СКВОЗЬ БУРЮ ВРЕМЕНИ\n(К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ Т. П. САМСОНОВА)\n19 февраля 1919 года в «Правде» бы-\nло опубликовано «Письмо в редак-\nцию», в котором группа анархистов-\nкоммунистов, ответственных работни-\nков штаба 3-й армии Восточного фрон-\nта, открыто отказавшись от довлев-\nших над ними ошибочных политических\nдогм, выразила своё горячее желание\nвступить в ряды партии большевиков.\nОценивая этот важный шаг, предприня-\nтый в тяжелейшее для Республики Со-\nветов время и ставший рубежным в\nего сложной личной судьбе, один из\nавторов письма, наш земляк Т. П. Сам-\nсонов на склоне лет писал: «Если пере-\nкинуться в ту эпоху, то станет совер-\nшенно ясно, что люди, жившие для ре-\nволюции, поступить иначе не могли».\n[колонка 1]\nТимофей Петрович Самсо-\nнов (Бабий) родился 9 (21)\nмая 1888 года в многодетной\nсемье крестьянина-бедняка се-\nла Михайлены ныне Бричан-\nского района. Познав рано\nнужду и лишения, он уже\nучеником начальной школы\nвынужден был вместе с от-\nцом каждое лето батрачить у\nкулаков и помещиков. Не лег-\nче приходилось ему и во вре-\nмя учёбы в Хотинском реаль-\nном училище. Там, будучи\nучеником 3-го класса, весной\n1906 года вступил в социал-\nдемократический кружок, в\nкотором под руководством\nскрывавшегося в Хотине одно-\nго из активных участников\nДекабрьского вооружённого\nвосстания 1905 года в Москве\nзнакомится с марксистской\nлитературой, участвует в рас-\nпространении среди крестьян\nокрестных сёл листовок и воз-\nзваний.\n[колонка 2]\nПервым ответствен-\nным поручением, выпав-\nшим на долю юного революционе-\nра, явилось участие в тайной\nдоставке из местной частной\nтипографии шрифта для под-\nпольной типографии, устроен-\nной в Каменец-Подольске гу-\nбернским социал-демократи-\nческим комитетом.\nЗа долгую революционную\nдеятельность Т. П. Самсоно-\nва [не раз? / он неоднократно?] подвергался по-\nлицейским преследованиям.\n«Я просидел, — читаем\nв одном документе, — в тюрь-\nмах с конца 1907-го по 1910\nгод. В 1910 году снова по-\nпадаю в ссылку. По дороге\nболею тифом сначала в\nкурской, а затем в самарской\nтюрьмах. В тюрьмах, как\nвсем хорошо известно, попа-\nдало здорово. Особенно если\nучесть, что я побывал в киев-\nской, курской, тульской, са-\nмарской, красноярской, ир-\nкутской тюрьмах и в Алек-\nсандровском каторжном цен-\nтрале»\n[колонка 3]\nОднако этот перечень\nтюрем далеко не полный, ему\nпредшествовали другие тю-\nремные казематы…\nВпервые Тимофей Петро-\nвич был арестован в сентябре\n1906 года и вместе с другими\nчленами социал-демократиче-\nского кружка привлечён к су-\nдебной ответственности. Но,\nвыпущенный временно под за-\nлог, он тут же скрывается и\nвскоре вновь окунается в во-\nдоворот революционных со-\nбытий. Но уже под подполь-\nной кличкой «Фома» и как\nчлен группы анархистов-ком-\nмунистов. Неумение ждать\nклассовой борьбы, отчаянная\nличная храбрость привели к\nтому, что Самсонов, следуя\nтактике своей группы, уже в\nначале 1907 года становится\nодним из организаторов и ру-\nководителей летучего отряда\nанархистов-коммунистов «Раз-\nрушай и созидай», ставшего\nгрозой для классов имущих\nне только на Хотинщине, но\nи в районе Каменец-Подоль-\nска.\n(Портрет: мужчина средних лет в костюме с галстуком, лысеющий.)\n[колонка 1]\nПозже, во время прохож-\nдения одной из партийных\nчисток, он так объяснял эти\nдействия: «Окружавшая ме-\nня тогда неорганизованная,\nзабубённая крестьянская\nстихия… толкнула меня на\nпуть крестьянских выступле-\nний, а по сути дела на путь\nотчаяния, на путь мелкобур-\nжуазной революционной сти-\nхийности». Отвечая на во-\nпрос, чем конкретно занимал-\nся в бытность анархистом-ком-\nмунистом, указывал: «…Уча-\nствовал в нескольких экспро-\nприациях, готовил и произво-\nдил поджоги помещичьих\nимений, организовывал кре-\nстьянские кружки крестьян.\nКрестьяне охотно шли за\nмною, потому что они знали,\nчто я из их среды, они мне\nдоверяли больше, чем город-\nским…».\nНо и царские сатрапы не\nдремали. 16 декабря 1907 го-\nда, на одной из явок в селе\nГвоздоуцы Хотинского уезда,\nТ. Самсонов был схвачен и\nброшен в Хотинскую тюрьму.\nТам он впервые встретился с\nГ. И. Котовским, имя которо-\nго как народного мстителя в\nгоды первой русской револю-\nции гремело по всей Бессара-\nбии. Долгая, дружеская бесе-\nда за решёткой с прославлен-\nным молдавским гайдуком на\nвсю жизнь врезалась в память\nмолодого революционера-бор-\nца. Полный оптимизма и на-\nдежд, Григорий Иванович по-\nведал ему тогда о подготовке\nочередного своего побега из\nтюрьмы. Готовился к этому и\nТимофей. Однако осущест-\nвить свои планы им не уда-\nлось.\nБолее полутора лет длилось\nследствие. Наконец, решением\nОдесской судебной палаты\nот 28 мая 1909 года Тимо-\nфей Петрович суммарно (по\nтрём делам) был осуждён к 5\nгодам тюремного заключения\nи на вечную ссылку в Си-\nбирь. Суровый приговор от-\nбывал в ряде тюрем, а затем\nбыл отправлен в ссылку\nв Иркутскую губернию: снача-\nла в Ичерскую волость, а с\n1914 года — в Бодайбо, где\nещё с середины XIX в. нахо-\nдилась главная база Ленско-\nВитимского золотопромыш-\nленного района. Но и здесь,\nгде ещё свежа была память\nо Ленском расстреле 1912 года,\nон не сложил оружия. За\nтесный связи и антигосудар-\nственную деятельность среди\nполиткаторжан Самсонов\nвскоре был арестован и осуж-\nдён к 6 месяцам тюрьмы.\nВырвавшись на свободу, Ти-\nмофей Самсонов совершает\nпобег с каторги, добирается до\nВладивостока, где вскоре ус-\nтраивается тайно на пароход\n«Новгород» и эмигрирует в\nАнглию. По прибытии в Ли-\nверпуль устраивается порто-\nвым рабочим, вступает в ме-\nстную организацию анархи-\nстов-коммунистов и под име-\nнем Михаила Немчинова раз-\nворачивает политическую,\nглавным образом антивоен-\nную деятельность среди рус-\nских моряков и английских\nдокеров.\n[колонка 2]\nкоторая особенно\nусиливается после радостной\nвести о победе Февральской\nреволюции в России, что да-\nлеко не по вкусу английским\nвластям. Весной 1917 года, во\nвремя выступления на много-\nтысячном митинге против им-\nпериалистической войны, Ти-\nмофей Петрович был аресто-\nван и осуждён на 5 месяцев\nкаторжных работ, тут же за-\nменённых принудительной вы-\nсылкой подсудимого в Рос-\nсию.\nТакой поворот событий\nтолько обрадовал Т. П. Сам-\nсонова, ибо он всей душой\nрвался на Родину, охвачен-\nную нарастающей революци-\nонной бурей. Прибыв в канун\nВеликого Октября в Архан-\nгельск, Тимофей Петрович\nтут же спешит на Урал, где в\nоктябрьские дни 1917 года\nучаствует в восстании челя-\nбинских железнодорожни-\nков, а несколько позже в по-\nдавлении контрреволюционно-\nго мятежа в Иркутске. Как\nчлен Челябинского Совета ра-\nбочих и солдатских депута-\nтов, председатель городского\nотдела профсоюза железнодо-\nрожников и биржи труда он\nвыполняет ответственные за-\nдания Центросибири (ЦИК Со-\nветов Сибири).\nНе успев вернуться с со-\nстоявшегося в мае 1918 года\nв Москве II Всероссийского\nсъезда комиссаров труда,\nСамсонов вынужден был\nвновь взяться за оружие:\nвспыхнувший чехословацкий\nмятеж положил начало ново-\nго этапа гражданской войны,\nкогда наряду с расширением\nеё масштабов соотношение\nсил оказалось на стороне\nвнутренней и внешней контр-\nреволюции. В создавшейся тя-\nжёлой обстановке Тимофей\nПетрович, верный своему ре-\nволюционному долгу, тут же\nсоздаёт боевую рабочую дру-\nжину, которая вместе с дру-\nгими верными Республике Со-\nветов частями сражается про-\nтив чехословацких мятежни-\nков и эсеро-белогвардейских\nотрядов. Вскоре его дружина\nвливается в 3-ю Красную Ар-\nмию Восточного фронта, ко-\nторая в июле–августе 1918\nгода ведёт упорные бои на\nзлатоусто-челябинском, екате-\nринбургском и пермском на-\nправлениях.\nВ ходе этих боёв командо-\nвание, оценив преданность\nСамсонова делу революции,\nего готовность к беспощадной\nборьбе с врагами, отзывает\nТимофея Петровича в штаб\nармии и назначает сначала\nследователем, а затем стар-\nшим инструктором военного\nконтроля. Свойственные ему\nчестность, храбрость и реши-\nтельность пригождаются на но-\nвом посту уже в тяжёлые\nдни, когда 3-я армия после\nупорных боёв, понеся боль-\nшие потери, вынуждена была\nв декабре 1918 года оставить\nПермь и отступить под нати-\nском колчаковских полчищ.\n[колонка 3]\nЭнергичные и решительные\nмеры, предпринятые Тимофе-\nем Петровичем по укрепле-\nнию частей армии и повыше-\nнию их боеспособности, по до-\nстоинству были оценены Ф. Э.\nДзержинским — членом спе-\nциальной комиссии ЦК\nРКП(б) и Совета Обороны\nреспублики, прибывшей по\nуказанию В. И. Ленина на\nВосточный фронт для рассле-\nдования причин поражения\nпод Пермью. Одновременно\nФеликс Эдмундович одобрил\nпредложение Самсонова о пре-\nобразовании военного контро-\nля в Особый отдел ВЧК ар-\nмии и порекомендовал его на\nдолжность начальника этого\nотдела. На прощание Дзер-\nжинский подарил Тимофею\nПетровичу свой личный ре-\nвольвер системы «Кольт» и\nвручил ему удостоверение на\nправо его ношения.\nЛичная встреча с Ф. Э.\nДзержинским сыграла важ-\nную роль в дальнейшей судь-\nбе Т. П. Самсонова. Именно\nона побудила Тимофея Петро-\nвича, равно как и его коллег\nпо штабу армии, порвать в\nфеврале 1919 года с анархиз-\nмом и вступить в ряды\nРКП(б). В марте того же го-\nда, по указанию Феликса Эд-\nмундовича, Самсонов был ото-\nзван в Москву и назначен на-\nчальником Особого отдела и\nчленом коллегии МЧК, а че-\nрез несколько месяцев — на-\nчальником Военно-агентурного\nуправления Главного штаба\nРККА. По рекомендации\nпредседателя ВЧК Тимофей\nПетрович в 1920 году стано-\nвится Управляющим делами и\nзаведующим Организационно-\nинструкторским отделом\nГлавкомтруда РСФСР, предсе-\nдателем которого по совме-\nстительству был Ф. Э. Дзер-\nжинский.\nКипучая энергия Т. П. Сам-\nсонова, его многогранная дея-\nтельность, посвящённая делу\nпартии и укрепления Совет-\nского государства, особенно\nярко проявились в 1921–1924\nгоды, когда он возглавлял\nОсобый отдел и был членом\nколлегии ВЧК–ОГПУ. С его\nименем связана огромная ра-\nбота советских чекистов по\nраскрытию и обезвреживанию\nцелого ряда крупнейших\nконтрреволюционных загово-\nров. Здесь и подавление\nКронштадтского мятежа,\nвспыхнувшего инспирирован-\nного РКП(б)[? — в тексте, веро-\nятно, «эсерами/антантой»; низ\nколонки повреждён], а также Х[о-\nлостого?] антоновского мятежа на Тамбов-\nщине. Здесь и раскрытие за-\nговора кадетов, возглавляемо-\nго бывшим министром Вре-\nменного правительства Киш-\nкиным. Здесь и умело прове-\nдённая операция по аресту в\nКиеве последнего подпольно-\nго съезда партии правых эсе-\nров… Пройдут немалые годы,\nи за границей появится це-\nлая серия книг, в которых бы-\nли… беспардонно, лживо и\nдругие недобитые смертель-\nные враги Страны Советов\nслепливо расскажут о том,\nкак под руководством «же-\nлезного Феликса» Тимофей\nПетрович наносил один за\nдругим неподражаемые удары\nсторонникам удушения Со-\nветской [власти…]\n(Низ 3-й колонки частично обрезан/нечёткий; формулировки про «инспирирование» и конец фразы — по видимому краю, с [?].)\nПечатный текст (продолжение статьи, 2 колонки) [колонка 1]\nЕго вклад в\nборьбу с контрреволюцией, в\nдело укрепления органов го-\nсударственной безопасности\nпо достоинству был отмечен: в\n1921 году он был награждён\nорденом Красного Знамени, а\nнесколько позже ему было\nприсвоено звание Почётного\nчекиста и вручено удостовере-\nние за личной подписью Ф. Э.\nДзержинского.\nОднако наиболее ответст-\nвенным, вместе с тем самым\nпочётным заданием, которое\nТ. П. Самсонову пришлось вы-\nполнять на посту начальника\nОсобого отдела ВЧК, явилось,\nкак он сам считал, обеспече-\nние охраны В. И. Ленина в\nначале 1922 года. Как извест-\nно, решением ЦК партии от\n31 декабря 1921 года Влади-\nмиру Ильичу был предостав-\nлен шестинедельный отпуск\nдля лечения и отдыха. Пер-\nвую неделю он жил в Горках,\nно, поскольку вся территория\nтам была открытой и жить\nЛенину было небезопасно, по\nпоручению Ф. Э. Дзержинско-\nго Тимофей Петрович после\nнескольких дней поиска вы-\nбрал новое место — неболь-\nшой домик близ деревни Ко-\nстино, где В. И. Ленин вместе\nс Н. К. Крупской и М. И.\nУльяновой прожили с 17 ян-\nваря по 1 марта 1922 года.\nПриказом председателя ВЧК\nполная ответственность за\nохрану Владимира Ильича на\nвсё это время была возложе-\nна на Самсонова.\n[колонка 2]\nКуда бы ЦК партии впо-\nследствии ни направлял его,\nТ. П. Самсонов везде оправ-\nдывал высокое доверие пар-\nтии: и на посту начальника\nУправления ВСНХ, и Управ-\nляющего делами ЦК ВКП(б),\nа затем Исполкома Коминтер-\nна, и на последующих высо-\nких и ответственных должно-\nстях, связанных с развитием\nэкономики, науки и культуры\nстраны. Свидетельством его\nзрелости и доверия к нему\nявляется то, что Т. П.\nСамсонов избирался делегатом\nXVI и XVII съездов партии,\nряда всесоюзных партийных\nконференций, дважды был\nдепутатом Моссовета.\nБудучи уже на заслуженном\nотдыхе, Т. П. Самсонов по-\nпрежнему активно занимался\nобщественной деятельностью.\nВозобновив начатую ещё в\n30-х годах работу над своими\nвоспоминаниями, он упорно\nтрудился над рукописью\n«Записки чекиста». Однако\nзавершить эту работу не суж-\nдено было: 28 октября 1955\nгода верного сына партии Ле-\nнина и пламенного патриота\nСоветской Родины не стало.\nТрудящиеся Молдавии, как\nи все советские люди, высоко\nценят славные дела своего\nземляка. На доме, в котором\nродился Т. П. Самсонов, уста-\nновлена мемориальная доска,\nа михайлянской средней шко-\nле присвоено его имя.\nИ. БОБЕЙКО,\nстарший научный сотруд-\nник Института истории\nпартии при ЦК КП Мол-\nдавии, кандидат истори-\nческих наук.\nФаксимиле / вклейка удостоверения От Коллегии ГПУ\nПочётное\nзвание чекиста\nтребует\nбдительности,\nрешительности\nи храбрости.\nГосподину[?] / Товарищу\nСамсонову\nТимофею\nПетровичу\nприсвоено звание\nПочётного чекиста\n[и вручён?] нагрудный знак № [?]\nПечать: Г. П. У. / Н. К. В. Д.\nПодпись: Председатель ГПУ [Ф. Дзержинский]\n(текст удостоверения частично мелкий/стёртый; смысл по видимым словам)\nРукопись справа от удостоверения В средней школе с. Ми-\nхайлены был организо-\nван музей отца, а\nперед школой устано-\nвили бюст отца.\n(Правда не очень удач-\nный).\nФотография (низ страницы) Интерьер музея/экспозиции: женщина (автор дневника?) пишет в книге отзывов; на стенах портреты и экспонаты; витрины.\nПодпись справа от фото:\nМы с\nСергеем\nбыли\nтам в\nэто время\nНижняя рукописная строка (1888–1988) [К сто?]летию в его родном селе Михайлены был\nоткрыт музей, посвящённый его памяти. Я пишу отзыв\nБюст Т. П. Самсонова на постаменте. Табличка: «Тимофей Петрович Самсонов 1888–1955». Внизу на листе тетради — стихи о папе.\nТабличка на постаменте (как на снимке):\nТИМОФЕЙ ПЕТРОВИЧ САМСОНОВ 1888–1955 [Подпись справа от фото:]\n9 мая 1985 года\nОткрытие бюста и\nмузея в с. Михайле[ны?]\nв честь 100-летия со\nдня рождения\nТ. П. Самсонова.\n(Правда, бюст не совсе[м]\nпохож на папу. Т.)\nСтихи о папе, написанные моей сестрой Геной\nПомнишь, папа, тихий вечер,\nЗвезды и луна,\nВ гамаке сидели вместе —\nОсень уж была.\nТы стихи сказал, как песню,\nПомогал нам.\nПапа, помнишь, этот вечер —\nВместе были мы.\nА потом, кто знал, что будет,\nГод прошел, за днем шла ночь,\nНо родной твой образ близкий,\nНе забудет дочь.\nБьется сердце, текут очи,\nЧто-то ведь это жизнь!\nОт отцов уходят дочки,\nВечно течет в быль.\nНо хорошие те годы\nРазве позабыть?\nМне хотелось, папа, (чтоб)\nВечно возвратить\nПомнишь, папа, как ты пел нам\nСвою грозу и гром\n«Реве, тай стогне Днiпр широкий».\nЕще просим мы потом!\nРасскажи нам, милый папа,\nКак в селе одном,\nЖил да был «Коблан[?] собака»,\nС вером[?] — хвостом.\nИ до поздней ночи гаете\nНаш родимый дом\nНаполняясь криком, смехом,\nПели все гуртом.\nИ потом вдали от дома,\nВсюду степь, да степь.\nВыходили по крылечку,\nЧтоб о детстве спеть.\nЗолотое время детства,\nНи забот, ни слез,\nТолько ветер жизни быстро\nВечно прочь унес.\nЛетели с детскими[?] смехом\nГрезы и мечты.\nЖизнь сама идет навстречу,\nГде же детство ты?\nГде твои забавы, шутки,\nШалости порой,\nДа ушли, ушли минутки,\nМне не быть уже той.\nНо надежно сохраню я\nВ памяти своей\nДом родной, семью родную,\nРадость прошлых дней.\nДорогой мой и любимый,\nМилый мой отец,\nЯ люблю тебя, целую,\nИ тысячу колец.\nГена\nГена вспоминает то время, когда мы\nлетом пели в Серебряном бору, и вечерами,\nкогда папа был свободен, мы сидели\nв саду, он — посередине, на нем бурка,\nа мы [все?] сидели рядышком, завер-\nнувшись в бурку. Было радостно,\nтепло и спокойно. Папа пел\nпесни, а кругом цвели цветы, пахло\nтабаком (цветы)… и мы пели.\n← Война, 1941 · Оглавление тетради · Документы и съезды →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/05-otec-vchk-i-stikhi/","summary":"Воспоминания о работе в органах, стихи Т.С., бюст, любимое фото папы.","title":"Отец, ВЧК и стихи"},{"content":"Краткая справка Геннадий Вохминцев — имя в семейной помете на письме от 18.11.1943 (лист 132); подпись на письмах — Геннадий.\nПисьма адресованы Тане / Танюше — Татьяне Тимофеевне .\nЛист Дата Что на листе 132 18.11.1943 помета «Письмо от Геннадия Вохминцева»; подпись Геннадий 133 29.11.1943 подпись Геннадий (продолжение переписки) 131 1 марта (год на листе нет) подпись Геннадий; полное имя/фамилия требует сверки Тождество автора листа 131 с Вохминцевым вероятно по соседству в тетради и имени, но не доказано одним только почерком без отдельной сверки.\nСвязи в семье По опубликованным письмам — корреспондент, не член семьи Самсоновых/Кривошеиных. В тексте — приветы «папе и маме» адресата.\nПисьма 18.11.1943 — Геннадий Вохминцев 29.11.1943 — Геннадий «Танюша!» — Геннадий (лист 131; тождество со сверкой) Главы Письма товарищей военных лет Фото Письмо Геннадия из госпиталя, 18.11.1943.\nПисьмо Геннадия, 29.11.1943.\nКороткое «Танюша!» — Геннадий (год уточняется).\nКоллекция писем Источники Письмо 132 — фамилия в помете Письмо 133 Письмо 131 — оговорка о сверке Глава 15 ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/gennady-vokhmintsev/","summary":"Письма 132–133 (Вохминцев); 131 — «Геннадий», сверка тождества.","title":"Геннадий Вохминцев"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\nПримечание\nСтраницы о ВЧК и стихах — в главе Отец, ВЧК и стихи . Здесь — документы и съезды. Примечание\nСтраницы о детстве — в главе Детство в Москве . Полный текст здесь не повторяется. Рукопись, клетчатая тетрадь; страница продолжает рассказ о семье / даче.\nсправа, рядом с мамой — брат, слева от\nпапы, сидела я, а рядом со мной — сестра.\nРодители очень много работали, особенно\nпапа. В пять в вечера папа приезжал\nдомой, отдыхал часок, а потом опять\nработа. Приходил тогда, когда мы уже\nспали.\nА потом была дача. Мы жили в\nСеребряном Бору с 1927 года. Меня привезли\nтуда в няниной коляске. Мама говорит, что\nтам в то время было много ворон,\nони будили меня, если выставляли коляску\nв сад. Дача находилась на 1-ой просеке\n(линия), дом № 2, недалеко от круга, где\nостанавливался автобус № 4. Затем стала\nшкола. Школа ещё дореволюционных\nвремён, большая, одноэтажная, построена\nиз вековых сосен. Летом в школе нахо-\nдился лагерь.\nДача наша тоже была неновая, но\nхорошая, бревенчатая, двухэтажная.\nПервый этаж занимала наша семья.\nБыл большой балкон, где мы обедали.\nТам стоял большущий диван (тесовый),\nа также маленький (детский) биллиард,\nна котором папа любил играть, он\nочень хорошо играл в биллиард.\nС балкона можно было попасть в\nродительскую комнату, а из неё — в\nбольшую, но темноватую. Здесь спал\nбрат. А из его комнаты была дверь\nв нашу комнату с сестрой. А ещё из\nэтой комнаты была дверь, которая\nвела в небольшой коридор и комнату\nбабушки. А так же было небольшое\nкабинка для дом. рабочего. В даче было\n2 входа: один — парадный, на балкон, а\nдругой — чёрный.\nНа втором этаже (там помещение\nбыло поменьше) всегда теснились папины\nтоварищи с семьями. Одно время тесни-\nлась Лаврухина[?], потом Павлуновские, у которых\nбыла нянею оварка Венка, потом ещё\nкто-то. Одно лето у нас теснилась\nсемья папиного шофёра Новикова.\n(на поле слева, напротив абзаца о жильцах второго этажа:) Лилякины[?]\nУ нас был большой участок, но обра-\nбатывался он не весь.\nЦветник и огород — гордость папы,\nдело его рук.\nОн разбил большой цветник, где росли\nразнообразные цветы: резеда, маргаритки,\nгвоздики, бархотки, львиный зев, шпицы[?],\nдушистый табак, душистый горошек…\nФраза обрывается на конце страницы; продолжение списка цветника не восстановлено.\nРукописные выписки (синие чернила) на бланковой / пожелтевшей бумаге — об участии Самсонова Т. П. в съездах и конференциях ВКП(б).\nXVI съезд ВКП(б) 1930 г. ВКП(б)\nСамсонов Т. П., зав. отделом ЦК, 1919 — делегат\nс совещательным голосом. № 685.\nXVI конференция ВКП(б), 1929. № 519.\nXVII съезд ВКП(б), 1934\nСамсонов Т. П., зав. отделом ЦК ВКП(б), 1919 — делегат\nс совещ. голосом, № 570.\nXVII конф. ВКП(б), 1932\nСамсонов Т. П.\n№ 398.\n(ниже — пустое поле бумаги)\nПечатная страница книги/стенограммы; заголовок и таблица.\nСПИСОК ДЕЛЕГАТОВ С СОВЕЩАТЕЛЬНЫМ ГОЛОСОМ 777\n№№ п. п. Фамилия и инициалы Название организации Партстаж 600 Плешаков М. Г. ЦКК 1904 601 Плюснин А. М. Сухиничская 1918 602 Подвойский Н. И. ЦКК 1901 603 Подскрёбов А. В. Крымская 1920 604 Поздышев А. Н. Центросоюз IX/1917 605 Позняков Ф. М. Могилевская (Белоруссия) 1919 606 Пойш Я. Я. Карельская 1917 607 Покровский М. Н. Персонально 1905 608 Поликарпов И. А. Артёмовская 1912 609 Полин И. И. Киевская 1906 610 Полушкин В. И. Руков. пропгруппы ЦК XII/1917 611 Поляков В. В. ЦК КП(б) Украины 1913 612 Поляков М. К. Подольская[?] 1926 613 Попков А. Ф. Гурьевская VI/1917 614 Попов А. А. Пермская 1919 615 Попов В. С. Редакция «Правды» 1903 616 Попов Н. Н. Редакция «Правды» 1919 617 Попок Я. А. Отв. инструктор ЦК ВКП(б) 1909 618 Порайко В. И. ЦК КП(б) Украины 1918 619 Постоловский М. Ф. ЦК КП(б) Украины 1920 620 Поскребышев А. Н. Зам. зав. отделом ЦК ВКП(б) III/1917 621 Постников А. М. ВСНХ СССР 1914 622 Потапов Д. С. Ржевская 1919 623 Пращин А. А. Сталинская 1924 624 Пряничный А. М. Пензенская * VI/1917 625 Прищепчик З. Отв. инструктор ЦК ВКП(б) III/1917 626 Прокопчук Н. И. Барабинская 1927 627 Просвирнин И. А. ЦК КП(б) Украины VII/1917 628 Пурман ЦК компартии Польши 19. 8. КП Польши 1918 629 Путин В. М. Пугачевская X/1917 630 Пшеницын К. Ф. Зам. зав. отделом ЦК ВКП(б) 1925 631 Пюрбеев И.[?] Калмыцкая 1910 632 Пятаков Г. Л. Госбанк 1898[?] 633 Пятницкий И. А. ЦК ВКП(б) 1898 634 Радус-Зенькович В. А. ЦКК 1898 635 Радченко И. И. Правление Союзторфа VIII/1917 636 Ладыгин[?] Н. К. Днепропетровская 1924 637 Разводова Л. А. ИККИМ 1920 КП Франции 638 Раймонд Г. Г. Ивановский обком 1909 639 Ракутин Н. Г. ИНК[?] 1919 640 Рандольф (Вайнстон) В. — КП Америки 1910 641 Ратнер К. К. Мордовский обком 1919 642 Ревский Б. С. Зав. сектором ЦК ВКП(б) 1908 643 Рейнвальд Г. О. ЦКК 1924 644 Ретонская[?] Н. В. Кузнецкая 1910 645 Решетков И. В. ЦК коммунальников 1912 646 Решетов И. Ф. Нижегородская III/1917 647 Рогалев Ф. Ф. Артёмовская 1906 648 Розенблюм А. М. Ленинградский обком X/1917 649 Розенталь Я. Д. Зам. зав. отделом ЦК ВКП(б) XII/1917 650 Розит Д. П. ЦКК 1904 651 Розмирович Е. Ф. ЦКК 1927 652 Ролис А. А. Самаркандская 1919 653 Романов А. Р. ЦКК 1928[?] 654 Романов Г. Н. Харьковская 1903 655 Романов М. М. Наркомтруд РСФСР III/1917 656 Рощинов[?] П. И. Рубцовская 1920 657 Рубаник С. Л. Краснопресненская (Москва) 1920 658 Рубинштейн М. М. ЦКК (аппарат) 1912 659 Рудаков-Линдеман Г. Ф. ЦК сахарников 1918 660 Рудометов С. А. Ферганская 1918 661 Русак М. Д. Московско-нарвская (Ленинград) 1919 662 Рыбак А. С. Днепропетровская IV/1917 663 Рыбаков И. Я. Отв. инструктор ЦК ВКП(б) III/1917 664 Рывкин О. Л. ЦКК IX/1917 665 Рыскулов Т. Р. Совнарком РСФСР [?] Прим.: мелкий шрифт, часть окончаний и дат сглажена; отмеченные [?] — сомнительные чтения. Самсонов Т. П. на этой странице не значится (№ 600–665; по выписке стр. 042 его № 685 — дальше по списку).\nПечатная страница; сверху рукописная помета чернилами.\n(рукопись сверху:) Участие отца в работе съезда\nСПИСОК ДЕЛЕГАТОВ XV СЪЕЗДА ВКП(б) 1411\n№№ по пор. Фамилия и инициалы Название организации Партстаж (год) 502 Осинский (Оболенский) В. В. ЦК ВКП(б) 1907 503 Осьминина А. В. Тагильская 1919 504 Отурин И. П. ЦКК сентябрь 1917 505 Павлов Л. Н. Рязанская 1919 506 Пашков С. П. Сталинградская 1918 507 Панов Н. Ф. ЦКК 1911 508 Папик М. Г. Армения ноябрь 1917 509 Папсуев П. А. Московская 1919 510 Пастухов М. Д. ЦКК 1908 511 Пахомов Н. И. ЦИК СССР июнь 1917 512 Первухин Е. П. Об-во старых большевиков 1903 513 Перимова Т. П. ЦК Туркменистана (зав. отд. работниц) 1919 514 Персиков А. С. Азербайджан 1920 515 Петерс Я. Х. ЦКК 1904 516 Петерсон А. А. Постановление ЦК март 1917 517 Петров И. П. Марийская март 1917 518 Петровский Д. И. ЦК КП(б)У апрель 1917 519 Петровский И. С. Вятская 1919 520 Пилацкая О. В. ЦК КП(б)У (зав. отд. работниц) 1904 521 Пильковский А. А. Московская 1919 522 Пинхасик Г. И. Омская 1918 523 Плаксин К. И. Ярославская 1904 524 Плетнев А. И. Сунженская 1919 525 Подвойский Н. И. ЦКК 1901 526 Подвишалин Г. В. Новосибирск 1907 527 Поздышев А. Н. Фракция Центросоюза сентябрь 1917 528 Поздняков А. И. Запорожская 1919 529 Покко С. И. ЦКК 1905 530 Покровский М. Н. Персонально 1905 531 Полетаев В. М. ЦК ВЛКСМ (секр. Тульск. ГК) 1924 532 Полетаев М. Е. Владивостокская 1920 533 Полетаев Н. Г. Черноморская 1904 534 Полит Г. ЦК компартии Англии 1912 535 Полуян Я. В. ВЦИК сентябрь 1917 536 Поляков А. А. Брянская 1913 537 Поляков В. В. Харьковская 1916 538 Полянский Н. А. Тульская 1905 539 Попов В. С. ЦК нарпит 1906 540 Попов К. А. Зам. зав. отд. ЦК ВКП(б) 1923 541 Попов Н. И. Амурская 1918 542 Порайко В. И. ЦК КП(б)У март 1917 543 Поскребышев А. Н. ЦК ВКП(б) (аппарат) 1904 544 Постников А. М. Руководат. хоз. учрежд. (ВСНХ СССР) 1899 545 Правдин А. Г. ЦКК апрель 1917 546 Прокопов В. Г. Артёмовская 1919 547 Пронашко А. А. Волынская 1918 548 Проскуряков М. М. Астраханская 1904 549 Прохоров Р. У. ЦКК 1903 550 Прухняк Э. А. ИККИ 1908 551 Пурман Л. Ш. Ответ. инструктор ЦК ВКП(б) октябрь 1917 552 Пшеницын К. Ф. ЦК ВКП(б) 1910 553 Пятаков Г. Л. ЦК ВКП(б) [?] (внизу справа:) 89*\nПрим.: Самсонов Т. П. на этой странице (№ 502–553) не значится; продолжение — стр. 045.\nПечатное продолжение списка делегатов XV съезда (приложение).\n1412 ПРИЛОЖЕНИЯ\n№№ по пор. Фамилия и инициалы Название организации Партстаж (год) 554 Пятницкий И. А. ЦКК 1898 555 Радзин В. А. Калужская 1919 556 Радус-Зенькович В. А. ЦКК 1898 557 Разенко Л. А. ЦК ВЛКСМ 1922 558 Разумов Н. К. ЦКК 1919 559 Раковский Х. Г. Постановление ЦК 1890 560 Ракутин Н. Г. Ив.-вознесенская 1909 561 Распопин К. Т. Тулунская 1922 562 Рассадин М. П. Московская 1919 563 Рассолов Е. И. ЦКК август 1917 564 Ратнер Б. А. Ленинградский ОК 1916 565 Ратнер Л. А. Центр.-городская (Ленинград) 1916 566 Ратников Г. И. Саратовская май 1917 567 Рахманов Г. П. ЦК ВЛКСМ (секр. Заккрайкома) 1923 568 Реденс С. Ф. ЦКК (аппарат) 1914 569 Резников И. В. Руководат. п/группы ЦК 1903 570 Реммеле Г. ИККИ 1908 571 Рейнвальд Г. О. ЦКК 1908 572 Ризаев Н. Азербайджан 1920 573 Розенберг Я. И. ЦК ВЛКСМ (секр. Одесского ОК) 1923 574 Розит Д. П. ЦКК декабрь 1917 575 Розмирович Е. Ф. ЦКК 1904 576 Романов Г. И. ЦК КП(б)У 1903 577 Россов А. С. Сурхан-дарьинская 1919 578 Рошаль Л. Б. Зав. отд. ЦК ВКП(б) ноябрь 1917 579 Ройзенман Б. А. ЦКК 1902 580 Рубен Р. Г. Грузия март 1917 581 Руднев С. И. Руководат. п/группы ЦК 1916 582 Рузыбаев У. Д. Кашка-дарьинская 1924 583 Румянцев К. А. ЦК ВКП(б) 1916 584 Русанов Н. А. Московская 1919 585 Рухимович М. Л. ЦК ВКП(б) 1913 586 Рыбаков И. Я. Владимирская апрель 1917 587 Рыскулов Т. Р. Совнарком РСФСР 1917 588 Рычков П. И. Пермская 1919 589 Рябов Г. А. Архангельская 1918 590 Рябов М. Н. Минусинская 1920 591 Рябоконь В. И. Зам. зав. отд. ЦК ВКП(б) июль 1917 592 Рязанов Д. Б. Персонально 1889 593 Рястас О. Ю. ЦК компартии Финляндии 1912 594 Саакянц А. А. Азербайджан сентябрь 1917 595 Савельев М. А. Зав. отд. ЦК ВКП(б) 1903 596 Савостин Д. И. ЦКК (аппарат) апрель 1917 597 Саенко А. Н. Иркутская май 1917 598 Сакарелидзе П. М. Грузия 1903 599 Салтанов С. А. ЦК ВЛКСМ 1921 600 Самойлов Ф. Н. Зам. зав. отд. ЦК ВКП(б) 1903 601 Самсонов Т. П. Зав. отделом ЦК ВКП(б) 1919 602 Саркисян М. Армения 1905 603 Саулит К. К. Туркменистан 1910 604 Сафронов Н. Д. ЦКК май 1917 605 Сахарова П. Ф. ЦКК 1912 (строка 601 Самсонов Т. П. — подчёркнута / выделена в оригинале)\nПечатная страница; сверху рукописная помета.\n(рукопись сверху:) Участие отца в работе съезда XVII съезда\nСПИСОК ДЕЛЕГАТОВ С СОВЕЩАТЕЛЬНЫМ ГОЛОСОМ 711\n№№ по порядку Фамилия и инициалы Название организации Партстаж 562 Салихов Мурат Киргизия 1927 563 Салтанов С. А. Член ЦКК ВКП(б) 1921 564 Самарина А. Э. НКО 1918 565 Семенов Р. С. Горьковская VIII/1917 566 Семячкин[?] Е. Т. Член ЦКК ВКП(б) III/1917 567 Самойлов Ф. Н. О-во старых большевиков 1903 568 Самсонов И. Я. Западная 1926 569 Самсонов И. Я.[?] ДВК 1920 570 Самсонов Т. П. Зав. Отделом ЦК ВКП(б) 1919 571 Саналиева Нурак. Казахстан 1928 572 Сапов И. А. Харьковская I/1917 573 Сареев Д. А. Азербайджан 1918 574 Сахьянова М. М. Член ЦКК ВКП(б) 1916 575 Свистун П. И. НКТП 1909 576 Севастьянов К. Ф. Азово-черноморская 1918 577 Седрюгин[?] А. В. Член ЦКК ВКП(б) 1924 578 Семенов П. П. Ленинградская 1921 579 Сергеев М. М. Ивановская 1918 580 Серебровский А. П. Член ЦК ВКП(б) 1903 581 Серебряный А. А. Московская 1925 582 Серов А. С. Ивановская 1918 583 Сидоров К. Г. Член ЦКК ВКП(б) 1903 584 Сидоров М. П. Московская 1923 585 Сидоров П. В. Северная 1920 586 Синайский-Михайлов С. И. Член ЦКК ВКП(б) 1912 587 Синев Г. А. Ленинградская 1918 588 Синяков М. А. Киевская 1919 589 Скляренко М. Л. Казахстан 1921 590 Сковородько С. Ф. Черниговская 1919 591 Скопе М. М. Винницкая XI/1917 592 Славинский А. С. Член ЦКК ВКП(б) 1907 593 Смидович П. Г. ЦИК Союза 1898 594 Смирнов М. П. Член ЦКК ВКП(б) 1914 595 Смирнов Н. В. Восточносибирская 1928 596 Смирнов П. А. Средневолжская 1919 597 Смородин П. Т. Член ЦКК ВКП(б) III/1917 598 Соболев С. А. Северная VIII/1917 599 Соболь Н. Л. ЦК союза авто- и авиационной пром. 1906 600 Соколинский Д. М. Винницкая 1920 601 Соколовская Е. К. Член ЦКК ВКП(б) 1915 602 Сокольников Г. Я. Член ЦК ВКП(б) 1905 603 Соловьев М. П. Московская VIII/1917 604 Сольц А. А. Член ЦКК ВКП(б) 1898 605 Соме К. П. Член ЦКК ВКП(б) 1910 606 Сорокин М. Л. Зам. зав. Отделом ЦК ВКП(б) 1921 607 Сорокин Н. А. Средняя Волга 1918 608 Сороцкий Л. М. Харьковская 1919 609 Спасский Г. С. Московская 1918 610 Старовойтов Г. С. Черниговская 1918 611 Стацевич Г. М. Московская X/1917 612 Степанов К. М. Казахстан 1918 613 Степанов М. Т. ВЦСПС 1912 614 Степанов С. И. Член Ревкомиссии ЦК ВКП(б) 1895 615 Степанский П. С. ЦК КП(б)У 1919 616 Стецкий А. И. Член ЦК ВКП(б) 1915 617 Стрельцов Г. М. Член ЦКК ВКП(б) 1918 618 Стриевский К. К. Член ЦК ВКП(б) 1902 619 Стручков С. П. Член ЦКК ВКП(б) 1919 620 Ступников С. П. Челябинская 1919 621 Судьин С. К. Член ЦКК ВКП(б) 1918 622 Сулковский Ф. В. ЦК КП(б)У 1918 623 Сусьман[?] М. Е. Средневолжская VI/1917 624 Таран П. П. Донецкая 1920 625 Тарасенко Г. С. ДВК 1921 626 Тарасов А. А. Обско-иртышская 1919 627 Тарутинский А. В. Белоруссия 1918 (слева у строки 570 Самсонов Т. П. — пометка «V» / галочка; совпадает с № 570 на стр. 042)\nПрим.: строки 568–570: в списке два Самсонова И. Я. и Самсонов Т. П.; возможны сбои колонок дат у соседних строк — сверять с оригиналом.\nПечатное продолжение списка (приложение III).\n712 ПРИЛОЖЕНИЕ III\n№№ по порядку Фамилия и инициалы Название организации Партстаж 628 Татько Ф. П. Член ЦКК ВКП(б) 1902 629 Таштитов К. Т. Казахстан 1924 630 Тевосян И. Т. Член ЦКК ВКП(б) 1918 631 Тер-Егиазарьян М. А. Московская 1918 632 Терехов Р. Я. Кандидат в члены ЦК ВКП(б) 1912 633 Товстуха И. П. НМЭУ[?] 1913 634 Таджиев А. Т. ЦИК Союза 1918 635 Толмачев Г. Г. Туркменистан III/1917 636 Томский М. П. Член ЦК ВКП(б) 1904 637 Трахтер Б. С. Днепропетровская 1919 638 Трацян[?] С. Г. Грузия 1921 639 Триллиссер М. А. Член ЦКК ВКП(б) 1901 640 Трубачев В. И. ВЦСПС 1920 641 Тулепов М. Н. Казахстан 1925 642 Тумченок[?] Б. П. Ленинградская 1923 643 Турдыбаев Абдул-абай Узбекистан 1925 644 Угалов А. В. Северная 1924 645 Удачин Г. Н. Восточносибирская 1903 646 Ульянов Д. И. Персонально 1900 647 Ульянова М. И. Член ЦКК ВКП(б) 1921 648 Уморин Г. Я. Средневолжская 1914 649 Уншлихт И. С. Кандидат в члены ЦК ВКП(б) V/1917 650 Уралов С. Г. Член ЦКК ВКП(б) 1907 651 Урываев М. Е. Кандидат в члены ЦК ВКП(б) 1918 652 Уханов К. В. Член ЦК ВКП(б) 1920 653 Файнбищенко[?] Д. М. Харьковская 1929 654 Файнберг Е. Л. Татреспублика XI/1917 655 Федоров Л. Н. Западносибирская V/1917 656 Федоров Н. Ф. Азово-черноморская 1926 657 Федяев И. Ф. Харьковская 1903 658 Фейгин В. Г. Член ЦКК ВКП(б) 1910 659 Ферди Хусейн ИККИ 1925 660 Фигатнер Ю. П. Член ЦКК ВКП(б) 1903 661 Филлер С. И. Член ЦКК ВКП(б) 1910 662 Фиониев[?] П. Г. Харьковская 1925 663 Фоменко Г. А. Туркменистан 1920 664 Фомин Е. В. Западносибирская 1919 665 Франкфурт С. М. Западносибирская 1904 666 Фролов А. Т. Член ЦКК ВКП(б) 1904 667 Хавинсон Я. С. Зам. зав. Отделом ЦК ВКП(б) 1918 668 Хавкин С. Т. ЦКК РКИ 1911 669 Хакен П. ИККИ Чл. КП Чехосл. 670 Халепский И. А. ПУР 1918 671 Ханин Д. М. Свердловская 1920 672 Харченко И. И. ЦК ВЛКСМ 1924 673 Хвесин Т. С. Московская 1911 674 Хинчук Л. М. НКИД 1920 675 Хлоплянкин М. И. Кандидат в члены ЦК ВКП(б) 1915 676 Хмельницкий Р. П. Московская 1919 677 Хомутников В. А. Сталинградская X/1917 678 Хромов А. Д. Горьковская 1903 679 Худайкулов Джума Узбекистан 1922 680 Царевский М. М. Свердловская III/1917 681 Цветков Н. Г. Член ЦКК ВКП(б) 1911 682 Цибульский В. С. ЦК союза сахарников 1925 683 Цилько Ф. А. Член ЦКК ВКП(б) 1919 684 Цифринович В. Е. Свердловская V/1917 685 Цхакая М. Г. ИККИ 1898 686 Чапеэ[?] А. К. Член ЦКК ВКП(б) 1915 687 Чевердин А. Ф. Горьковская 1918 688 Чемоданов В. Т. Член ЦКК ВКП(б) 1924 689 Череватская Е. Е. Московская 1921 690 Черетаев П. В. ДВК VI/1917 691 Чернов М. А. Комазот СТО 1920 692 Черный А. Д. Западная 1927 Прим.: мелкий шрифт; часть фамилий/сокращений сомнительна ([?]). По выписке стр. 042 № 685 на XVI съезде — Самсонов; здесь в другом списке под № 685 — Цхакая М. Г.\n← Отец, ВЧК и стихи · Оглавление тетради · Дача, отдых, юбилеи →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/06-dokumenty-sezdy/","summary":"Вклейки: списки делегатов, удостоверения, газетные вырезки.","title":"Документы и съезды"},{"content":" Письмо: «Дорогая Таня!», 18.11.1943. Заголовок на листе: «Письмо от Геннадия Вохминцева».\nРеквизиты Дата 18.11.1943 Кому Таня / Танюша — Татьяна Тимофеевна От кого Геннадий; в заголовке на листе (семейная помета): Геннадий Вохминцев Состояние читается; отдельные слова — [?] Чтение Письмо от Геннадия Вохминцева. 18-11-43.\nДорогая Таня!\nПолучил твоё письмо и, прочитав его, хотел тебе в таком же тоне ответить, а именно нехорошо, и я испугался не ответить на ряд твоих писем, но у меня есть причина — был занят по делам. Ну ничего: ты, я думаю, друг друга извиним.\nТанюша! Про окончание какого учебного заведения ты пишешь с таким восторгом, и всё — что ты думаешь дальше? Я живу по-старому, без перемен — погода у нас скверная. Твои очки[?] Кале[?]… Когда ты мне описала, как в театре… взятие Харькова, я очень смеялся и рассказывал про это своим боевым товарищам.\nВот и всё. Танечке пиши. Привет папе и маме.\n— Геннадий.\nДипломатическая расшифровка Письмо от Геннадия Вохминцева 18-11-43. Дорогая Таня! Получил твое письмо и прочитав его я хотел тебе в таком же тоне ответить, а именно нехорошо и я испугался не ответить на ряд твоих писем, но у меня есть причина - был занят по делам. Ну ничего ты, я думаю, друг друга извиним. Танюша! Про окончание какого учебного заведения ты пишешь с таким восторгом и всеми, что ты думаешь дальше? Я живу по старому без перемен. - погода у нас скверная. Твои очки[?] Кале[?] остановили твои[?] смотрели. Когда ты мне описала как в театре немецкий[?] взятие Харькова я очень смеялся и рассказывал про это своим боевым товарищам. Вот и все. Танечке пиши привет папе и маме — — Геннадий. Связанные материалы Автор: Геннадий Вохминцев Адресат: Кривошеина Татьяна Тимофеевна Коллекция: Письма с фронта · письма военных лет Навигация ← Предыдущее: «Танюша!» · К коллекции · Следующее: 29.11.1943 →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-132-gennadiy-18-11-1943/","summary":"18.11.1943. Геннадий Вохминцев — Тане.","title":"Письмо Геннадия — 18.11.1943"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\n(страница тетради)\nКак-то с мамой я была в доме отдыха «Васильки». Там я познакомилась с Наташей Корневцевой[?] / Кортесцевой[?], с которой мы подружились, она тоже в 10-ом подъезде. Наши родители тоже были знакомы. Мы часто играли вместе: то у них, то у нас. А потом нас стали обучать. С нами занималась очень милая, интеллигентная, потешная женщина. Её звали Зинаида Николаевна. По-видимому она была учительницей. Она учила нас читать и писать, что-то нам рассказывала об истории, читая нам много интересного, водила нас в театр. Так что в школу я пошла уже грамотной. Она у Наташи была что-то вроде гувернантки. Родители наши рабо- тали очень много. Папу мы ви- дели очень редко, только по выходным дням. Вспоминается один случай. Я была у Наташи, нас накормили обедом, а потом её папа уложил нас отдыхать на диван. Наташа — у стены, а я — с краю. Мне это ужасно не понравилось и я решила бежать. Дело было весной. Я тихонько встала, тихонько открыла дверь и вырва- лась на свободу… Наташа была старше меня на 1 год, поэтому в школе мы расстались. Она училась в классе старше. И естественно и у меня, и у неё появились новые друзья. Но дружбу нашу мы сохранили.\n(страница тетради)\nНа дачу мы ездили в Серебряный Бор. Дача была казённая. Мы жили, как раньше говорили, на 1-ой просеке дача № 2. Место красоты неописуемой красоты: сосновый бор, Москва-река. Участок у нас был большой, но [обрабатывался не весь? / даже земли … — неразборчиво]. От ворот шла большая аллея из сирени. Дом тоже был большой, двухэтажный. Мы занимали 1-ый этаж, а наверху всегда кто-то из папиных знакомых. Часть участка была отведена под огород и цветник. Этим делом занимался сам папа. Копал, делал грядки, сажал. Он очень любил копаться в земле и когда у него было время (а его всегда было мало, занят по работе) он возился в саду. У нас росли морковка, огурцы, кабачки, свекла, репа, помидоры и даже картошка. Были кусты смо- родины, малины, были вишни, было 4 яблони, черно[й смородины?], кислиц[ы]. Когда стали подрастать огурцы, мы с братом навели на них охоту. Огурцы были маленькие — крошечные, там и есть что нельзя, но нам очень хотелось попробовать, хотя нам это было запрещено. И вот организуем мы рейды с ним ползти к грядкам, думая, что нас никто не видит. А бабушка стояла на крыль- це и кричит нам: «Вижу, вижу!»\n(страница тетради)\nА цветы какие папа разводил, всюду гвоздики, а какие ещё — так только не диво. И петунии, и вьющийся[?] душистый горох, и запах в саду был волшебный. (Это — то[?] в наше время не видать этих цветов.)\nУ нас всегда водились животные: кошки, собаки, даже кролики. У нас была собака, ирландский сеттер, ярко рыжего цвета. Её назвали «Лада». Она очень дружила со мной (это было очень доброе существо) и помню — то любые[?] мои шалости. Помню как-то сижу я на ступенях (мне было лет 5), а рядом с моей Ладой. И вдруг она стала лизать мне волосы, да так, что аж вставать забыла. Потом пришлось их долго отмывать.\nА кошки у нас были всегда. Даже как-то нам завели 3 кошки, чтобы им не ссориться. А то каждый вечер была ссора: с кем будет спать кошка. На даче на лето к нам приходили все простые дворняги, разного цвета. Зимой они жили у сторожа, а с весной приходили к нам. Очень умные, все ходили всюду с нами, даже на речку, но купаться не любили, заходят по пузо в воду а дальше не идут. Как только им кто ни звали[?]. Всё лето они приходили к нам, ели там у нас.\n(страница заполнена частично)\nНо когда осенью пора была уезжать в город, он уходил понуря голову. И как мы ни звали, ни кричали, ни звали, он уходил по аллее к воротам, даже не обернувшись. Помню я его запомнил[а] так прочно много времени. Мы про- вели на этой даче лет 13–14. И потом были с нами. Только в последний год он не приходил. Милый, хороший, наш добрый пёс. Сколько радости он нам дарил, и мы его искренне любили. Славный ты был друг!\n(стихи на отдельном листе)\nСтихотворение Юры, сочиненное на [день юбилея?].\n(на поле слева:)\nКогда все\nвеселились,\nЮра сел\nи написал.\nНам\nбыло 50.\nДорогим Тане и Саше\nв день юбилея, 11 сент. 1976\nУ Тани с Сашей юбилей\nУже событье[?] на дворе\nИ не могу я без затей\nНе сочинить корявый стих.\nКогда мы, наконец, пришли\nОбъятья просто оглушили\nПока я с Таней обнимался\nРоман с Тасей[?] целовал[ся?].\nВошли мы в комнату и\nвот\nОдин жуёт, другой поёт\nВсе, кроме Евы Константиновны,\nЯвились на веселья\nхарактерное[?].\nСлегка испорченный\nюбилей\nЕдва начался уже дал\nОт жёстких землетрясений\n[… низ страницы обрезан]\n(продолжение стиха Юры)\nТатьяна с Инной пели песни\nМальчик ходил как Ванька-Встанька[?]\nНадежда совсем разыгралась[?]\nА Володя[?] соломинк[ой/у] курил[?].\nПредвел[?] других красавец[?]\nМихаил[?],\nОн нас забавлял по-своему[?],\nТо за песней наблюдал,\nТо фривольное вспоминал,\nА в общем было всё чудесно\nВсё вкусно нам никогда теперь[?]\n[зачёркнуто: И всё] А временами просто\nизумительно!\n[зачёркнуто строка]\nне разберёшь она на чем\nдверь?\nЗдесь нам всегда Татьяна\nс Сашей\nОт нас как будто беспечны[?]\n[Нам? / Или?] чудна[?] их любовь наша\nОни намного помолодели,\n(конец видимого текста стихотворения на этом листе)\n(встречи отца с деятелями культуры)\nПриходили какие-то актёры, по-моему\nдаже Мили[?] Черкас[?]. В это время в\nСеребр. Бору снимали фильм «Последний\nтабор», где оно[?] играло главную роль.\nЛудовкин[?] подарил отцу свою книгу с\nавтографом, (она и сейчас у нас)\nБудучи директором «Межрабпомфильма»\nпапа встречался со многими интересны- ми людьми.\nМартин-Андерсен Нексе — датский писатель\nОтец вёл переговоры с ним по поводу\nнаписания сценария. Беседы с Нексе затруд- нялись тем, что он не говорил по-русски,\nа папа — по-датски. Пришлось вести пере- говоры через переводчика. Беседа с Нексе\nпредставляла истинное удовольствие. Они\nсблизились и, однажды отец пригласил\nего с семьёй к нам в гости. Двое\nдетей (Петер — лет 8 и дочка — лет 12),\nжена и он сам. Это были октябрьские\nпраздники. Нексе жили тогда в гостинице\n«Савой» на Рождественке. Был обед,\nа потом дети отправились играть.\nДетям Нексе так понравилось у нас,\nчто они остались у нас ещё на\n2 дня. Мама с женой купили им\nподарки: игрушки и среди них был\nрогатый[?] кисун[?], эту игрушку Петер\nне выпускал из рук. А потом мама\nдоставила их в «Савой». Приезжая\nв Москву Нексе всегда навещали отца\nна работе. В один из приездов он\nподарил отцу свою книгу с автографом\n(она и сейчас у нас).\nЖан Ришар-Блок — французский писатель\nВстречи отца с ним происходили\nв «Межрабпомфильме» (кино-студии), Ему за- казали сценарий. Жан Ришар-Блок\nохотно взялся за дело. Хотелось он[?], чтоб\nсценарий был на французскую реман[?]\nлибретто, которое он представил, было\nисключительно интересным. Идея сценария\n— классовая борьба во Франции.\nАнри Барбюс — французский писатель.\nВстречи тоже были связаны с написа- нием сценария. По этим делам он много\nраз бывал в Москве на кино-студии.\nДля сценария «О Лейпцигском процессе\nг. М. Димитрова» закрашивали несколько\nэпизодов с участием самого Барбюса.\n← Документы и съезды · Оглавление тетради · Характер отца →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/07-dacha-yubilei/","summary":"Серебряный Бор, цветы, стихи на юбилей Тани и Саши.","title":"Дача, отдых, юбилеи"},{"content":" Письмо: 29.11.43. Подпись: Геннадий.\nРеквизиты Дата 29.11.1943 Кому Таня / Танюша — Татьяна Тимофеевна От кого Геннадий (ср. 18.11.1943, Вохминцев ) Состояние читается; «одиннадцать[?] дней», «досвидания[?]» — с [?] Чтение 29-11-43.\nТанюша, как ты можешь убедиться по этому письму, написал я тебе давно, но так как не было возможности найти конверт, то задержал его с отправлением на целых одиннадцать[?] дней; но даже за столь продолжительное время в жизни никаких перемен не произошло. Кругом снега — зима, а мы переживаем ещё период осени и снега ещё не видим.\nТаня, ну, дорогая моя, будь здорова, пиши, что будешь — я всё буду читать с большим удовольствием.\nЦелую, до свидания[?].\n— Геннадий.\nДипломатическая расшифровка 29-11-43. Танюша, как ты можешь убедиться по этому письму написал я тебе давно, но т.к. не было возможности найти конверт то задержал его с отправлением на целых одиннадцать[?] дней, но даже за столь продолжительное время в жизни никаких перемен не произошло. Кругом снега - зима а мы переживаем еще период осени и снега еще не видим. Таня, ну дорогая моя. будь здорова пиши, что будешь я все буду, читать с большим удовольствием. Целую досвидания[?] — Геннадий. Связанные материалы Автор: Геннадий Вохминцев Адресат: Кривошеина Татьяна Тимофеевна Коллекция: Письма с фронта Навигация ← Предыдущее: 18.11.1943 · К коллекции ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pisma-s-fronta/pismo-133-gennadiy-29-11-1943/","summary":"29.11.1943. Геннадий — Тане. Задержка с конвертом.","title":"Письмо Геннадия — 29.11.1943"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\n(тетрадный лист; справа — просвечивание соседней записи)\nВстреча с кинорежиссёром Лудовкиным[?]. (начертание устойчиво читается «Лудовкин»; первая буква теоретически может быть «П» — не объединять с иными людьми без подтверждения)\n«Остановлюсь на нём только потому,\nчто в его судьбе я принял са- мое[?] / более[?] участие. Речь идёт о гибели\nрежиссёра Зархи. В связи с юбилеем\nсоветского кино Правительство на- градило Лудовкина[?] машиной.\nОн научился водить машину, и\nв один из воскресных дней вместе\nс Зархи поехал по Ярославскому\nшоссе в Пушкино. Не доезжая Об[ъ?]ян- кино[?], Лудовкин[?] стал обгонять гру- зовую машину. Обочина была\nочень высокая. Лудовкин[?] съехал с\nасфальта и обгонял грузовик по\nобочине. Обогнав, Лудовкин[?] хотел\nвыехать на асфальт, но сделал\nэто так неумело, что его\nмашина перевернулась, Зархи по- пал под передние колёса, был\nтяжело ранен и через 2 часа он\nскончался. Катастрофа подкоси- ла[?] на него Лудовкина[?] так, что\nон стал сильно заговариваться.\nБыло опасение, что он помешается.\nЧтобы не потерять талантливого\nрежиссёра, я взял Лудовкина[?] к\nсебе на дачу, в Серебряный Бор\nи продержал его там около 3-х\nнедель, пока он не стал прихо- дить в себя. О том, что он у\nменя на даче знали только его\nжена и следственные власти, с\nкоторыми было условлено, что\n[продолжение цитаты на следующей странице]\n(далее на той же странице — отдельный сюжет о грибах с отцом; возможно, тот же лист / нижняя часть)\nПапа учил меня ориентироваться\nв лесу. Он говорил: «Следи за солнцем\nВходишь в лес и смотришь, в какую из[?]\nтебе светит солнце.» Так я немного\nнаучилась ориентироваться в лесу.\nНабрав грибов и вернувшись домой\nпапа сказал: «Сортируем грибы:\nкакие засушить, какие поджарить.»\nИ все садились вокруг стола и\nчистили грибы. А папе первым мама\n[подавала/? / чистила/?] грибы. Даже в последний\nгод перед болезнью отец часто ездил\nза грибами. А потом мы все\nпродолжили эту традицию.\n(справа на листе — фрагменты/просвечивание, читается частично: упоминания режиссёра, писателя, сценария, грибов; цельный связный текст не восстанавливается без изобретения)\n(почти пустой лист; окончание предыдущей цитаты)\n…никакому допросу Лудовкин[?] под- вергаться не будет. Следствием\nбыло установлено, что авария\nпроизошла исключительно по вине\nЛудовкина[?].»\n(Из воспоминаний отца.\nСм. его тетрадь).\nВстреча с кинорежиссёром\nЛудовкиным[?].\n[…] только потому,\n[…] принял […]\n[…] о гибели\n[…] Зархи. В связи с юбилеем\n[…] Правительство на-\n[…] машиной.\n[…] машину, и\n[…] воскресных дней вместе\n[…] по Ярославскому\n[…] Пушкино. Не доезжая Об[ъ?]ян-\n[…] Лудовкин[?] стал обгонять гру-\n[…] Обочина была\n[…] Лудовкин[?] съехал с\n[…] грузовик по\n[…] Лудовкин[?] хотел\n[…] неумело, что его\n[…] перевернулась. Зархи по-\n[…] колёса, был\n[…] через 2 часа\n[…] Катастрофа подкоси-\n[…] Лудовкина[?] так, что\n[…] заговариваться,\n[…] что он помешается.\n[…] талантливого\n[…] Лудовкина[?] к\n[…] в Серебряный Бор\n[…] около 3-х\n[…] пока он не стал прихо-\n[…] О том, что он у\n[…] знали только его\n[…] следственные власти, с\n[…] было условлено, что\n(повтор той же записи; новых подробностей нет)\nк делу съёмок он относился очень серь- езно. Он всегда выглядел серьёзным и отец ни разу не видел его смеющимся. Беседы с ним были содержательны и, [потакай? / пожалуй?], нравоучительны.\nРомен Ролан — французский писатель.\nВстречи эти также были связаны с написанием сценариев. Отец встречался с ним несколько раз. В кино-фильме «О Ленинском процессе» снимался Ромен Ролан в нескольких эпизодах. Также как и Анри Барбюс Ролан держал себя очень серьёзно. Жена его была русская и беседовали они через неё.\nИлья Эренбург\nОн приезжал ко отцу в «Межрабпомфильм» (Лихов пер. д. 6.) в дирекцию по вопросу экранизации одного из его произведений. Беседовали, но картины по его сценарию не получилось.\nВстречу с М. Горьким папа подробно опи- сал в своих воспоминаниях.\nГрибы.\nПапа очень любил собирать грибы, умел собирать и знал грибные места в Подмосковье. И всех нас он заразил этой любовью к грибам. Очень часто мы ездили за грибами в «Нагорное». Это был дом отдыха [одноэтажный?]. Там на опушке нашли 2 больших белых гриба и никак не мог их вытянуть. Пришлось сорвать гриб, да сам [с?] кулакулем. Папа учил меня ориентироваться в лесу. Он говорил: «Следи за солнцем. Входишь в лес и смотри, в какую из[?] тебе светит солнце». Так я немного научилась ориентироваться в лесу. Набрав грибов и вернувшись домой папа сначала сортировал грибы: какие засолить, какие поджарить. И все садились вокруг стола и чистили грибы. Я уже потом мало [мараковала? / разбиралась в?] грибах. Даже в последний год перед болезнью отец часто ездил за грибами. А потом мы все сами продолжили эту традицию.\nОтец очень хорошо умел ориентироваться в лесу. С ним никогда не было я всегда бегала за ним как собака[?] он говорил мне: «Иди шире, иди за те кустики, а я как тень за ними. Да и взрослой я не [могла?] оставаться одна в лесу. Когда наш знакомый лесничий сказал: « не лезь дальше, там лес люд[ей?]».\nОдин раз папа поехал в командиров- ку в Ленинград и взял Тему. Они остановились в какой-то гости- [нице?]. Тема уже был подростком и [?] [?] с [моряками?]. Взял он [?] по городу, где-то гулял. Потом приходит к себе в номер. Папа сказал ему, если он дальше [?] и ещё что-нибудь, то [?] и тебе принесут в номер. [?] Только [?] очень [звонко?] и [?] [?] пил горячую воду из-под [крана?].\nДва раза нас родители (мама [с нами?]) [возили?] в Крым, в Форос. Один год мы поехали с Темой и [Женей?]. [Ездили?] к Форосу, проезжали Байдарские ворота и прямо [въехали?] в [Форосский?] монастырь. Мама рассказывала: монастырь стоял на крутой скале. Тема подошёл к самому краю обрыва [бросив?] вниз [?] [?] и крикнул: «Монашки прыгают!» У мамы [оборвалось] сердце. В следующий год мама [взяла?] меня в Форос. Парк вокруг [?] дома [был?], [фонтаны?], бассейны. Только мы приехали, я бросилась в парк и со всех [ног?] разбежа- [лась?] [чуть?] не упала в бассейн. Ловили крабов. Крабы [жили?] [?] [в?] [?] , а мы [сажали?] их в [аквариум?], где [муравей?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Нам оставили [сад?], который привезли в Москву. [Рядом?] с Форосом была [?] [?] [?] [дача?] Горелых. Мы [?] ездили [?] [уголок?]. Ездили в Севастополь, где нам показали Панораму обороны Севастополя (это ещё было до войны).\nОднажды Тему отправили в\n[вкладка / маргиналия на полях (карандаш/бумага):]\nСамсонов Т. П. Заб. «Чудеса» Ук., 1919 — [акценты?]\n[сверг? / св-к?] ВКП(б) 10.XI.1930. [?]\nХорошо экипировали его, сшили новое [костюм?]. Поехал, писал письма, был доволен. Но вот пришёл срок возвращаться и мы отправились на Курский вокзал встречать его. Было раннее утро и дождливо прохладно. Подошёл поезд и выходит наш Тема с чемоданом а в нарукавных брюках. Оказывается, часть почти его вещей было украдено, а ему выдали брюки («юбилейные» т. к. в тот год отмечался юбилей [стройки?]). И на перроне мы увидели мальчи- ка: он был в трусиках, а в руках у него был [чемоданчик?]. В этом [немногое?] у него был лавровый лист[?]. Его кто-то встречал.\nПомню как-то в детстве я упала на лестнице в подъезде и ударилась нос лицом о ступеньку и сломала нос. Маме было дома когда она открыла дверь, ей стало плохо: у меня из носа фонтаном лилась кровь. Хорошо, что кто-то был у мамы в гостях. Маме помогли. Меня положили на кушетку, голову вниз и положили холод. Вызвали врача. Врач посмотрел, но сказать ничего не мог т. к. мой нос был как картошка. На следующий день папа повёз меня в Кремлёвку, что на ул. Грановского и Воздвиженки. Видимо, мне сделали рент- ген и решили делать операцию. Операцию делал знаменитый в то время профессор Рауэр. Меня про- вели в операционную, дали наркоз и я ничего не помнила. Только проснулась в палате, да ещё [описала?] (мне было лет шесть). И я всё время звала папу. Мед. сёстры думали, что у меня [?] [малое?] и [жалели?] меня. Но к вечеру приехала мама [?] поставили кровать рядом с моей и так мама была всё время со мной. Когда меня возили на перевязку, я очень боялась анестезиологов и просила профессора делать перевязку без анесте- зиологов. [Однажды?] они [?] [?] В больнице мне часто давали моро- женое. Тема приходил мне [?] [?] и, конечно, [?] [?] А потом оказалось, что заболел ангиной. Нос получился у меня нормальный даже красивый. Когда брат в детстве дразнил меня, что у меня резиновый нос.\nМы часто ездили в д/о «Нагорное». Там было очень уютно, дом был небольшой одноэтажный. Там мы встречали много интересных людей: Ем. Ярославского [Богреевского?] и др. Я не запомнила их.\nОднажды мы с мамой были в д/о «Валуево» там мы познакомились с семьёй [Кортищевых?]. С Наташей мы до сих пор поддерживаем приятельские отношения хотя живём в одном доме.\nНеясное чтение\nНа одной странице читается «Валуево», на другой — «Васильки» (оба — дома отдыха; однозначно не сведены). Был там каток и мне очень хоте- лось научиться кататься на коньках. Я отаптала каток. Сделав 2–3 [шага?] я падала. Но здесь появился какой-то человек, взял меня за руку и начал учить кататься. Как потом я узнала это был Розенталь (жил в 1937 г. он был народным внешним торговцем) Немного о папином характере это был целеустремлённый человек, кото- рый верил в своё дело. Недаром он отдал много сил становлению Советской власти. Был очень принципи- альным, честным, порядочным, скромным, строгим человеком, добрым, обладая чувством юмора. Он любил семью, детей, жену. Но один раз сказал: «нет», он не изменял своего решения. Будучи уже школьницей, я что-то просила его, он сказал мне: «нет. Не будь цыганкой!»\nКогда папа был Управляющим делами ЦК — за ним были закреплены 2 машины. Шофёр одной был скромный человек, его фамилия была Новиков. (Как я уже упоминала одним летом его семья жила у нас на даче.) У нас всегда кто-то жил на 2 этаже: Павлиновские, Пастухов, Метелин, Верич[?]. Папа всегда следил, что не надо огоражи- ваться, он был за общественные дачи, огород и т. д.\nНо пользоваться машинами мог только он. Мама не могла позволить себе взять машину и ехать на дачу. Шофёр Новиков говорил: «Ева Константиновна, давайте я вас довезу до дачи, у вас малые руки, тяжело.» Иногда мама соглашалась, но просила оставлять её не на автобусной остановки, а до дачи она шла пешком, т. к. боялась, что дети увидят машину и скажут отцу.\nМама рассказывала, что [какой-то?] [?] с Севера прислал отцу в подарок икру и красную рыбу. Папа сказал нарочному, что он ничего не [просил?] не просит и посылку он принять не может. Нарочный говорит: «И что мне делать с этой посылкой?» Отец отвечал: «Отвезите тому, кто вас послал.»\nВ то время было [нехватка? / неходоро?] с продук- тами, и отцу давали заказы. Однажды он приносит домой 2 [купона?] из заказа и говорит маме: «Вот 2 [купона?]: одну из ОГПУ, а другую из ЦК. Выбирай. Можно только одну.» Как не хотелось маме 2, она не могла себе этого сделать. Она знала, что отец не разрешит.\nНас не баловали ни едой, ни одеждой. Сыр и колбаса — к празднику. Кон- феты тоже. Бабушка варила много варенья вот это мы ели. Фрукты нам давали, давала бабушка (она вела хозяйство). Вечером, когда мы ложились спать и попросим [ещё?], она [?] к нам и каждому давала то мандарин, то яблоко. А так обед был: суп, второе и что-нибудь на 3-е. Каждое воскресенье бабушка пекла пироги (а [особенно?] она великолепно). Особенно мы полюбили пироги с картошкой, потому что это были любимые пироги папы.\nПомню как-то в классе 5-ом мне за поведение за неделю поставили «посредственно», это было ужасно, т. к. я училась хорошо, и никогда не полу- чала за поведение плохие оценки. Я тут всячески [?] [выпросила?] из школы без [пакета?] не наберёжную[?] во время перемены, как [?] и [опишите?] оценку за поведение. Я не знала, как сказать родителям об этом. Я под- [писала?] [?] в дневнике [?] мне родителей в дневнике [?] [?] Я [?] и сама расписалась. Через неделю папа, просматривая мой дневник, увидел что-то [подписанное?]. Он спрашивает маму: «Кто это подписала?» Я быстро в ответ: «Мама.» Он [увидел?] что это не подпись мамы. Мне пришлось выносить всё как было. Отец не ругал меня, а только сказал:\n«Больше никогда так[ого?] не делай. Это твоя подделка подпись.» На этом закончилось… без крика, без нравоуч[ений]. Я поняла.\nЧасто папа подходил ко мне и говорил: «Хорошая девочка. Самсонов- [ский?] характер» и целовал меня в нос но, к сожалению, у меня не совсем Самсоновский характер, у меня не [хва- тает?] его твёрдости, Внешне я похожа на него.\nВ детстве папа нам часто расска- зал о своей родине, о своём детст- ве. Бывало вечером в саду мы садились скамейку, и папа начинал свой рас- [сказ?]. Известно, что отец выходец из Бесса- [ра]бии (ныне Молдавия), с. Михайлёны, было украинское село. Мы так и не знали ни его отца, ни мать, ни его братьев, ни сестёр. Так он покинул свои родные края (но не по своей воле) где-то в 1908–10 годах. После революции Бессарабия отошла Румынии, и он больше не был на родине. «После [Отечеств.?] войны мы как думали туда, но временно там [были?] [другие?] [?] Отцу [было?] как бы не поменять родных, принимая во внимание его [?] (ВЧК, ЦК, Коминтерн[?].) Только он нам сказал, что [маму?] [его?] звали Елизавета. Он много рассказывал о своём [детстве?]. Семья была бедная, отец его [?] У них был небольшой дом у реки и был у них большой пёс «Ков- [?]». Так мы его и запомнили. Лес [?] [?] , Папа говорил, как вечером усталый крестьянин на коне, а [?] за ними. Дорога в село [?] много их домов. Только крестьянин [устал?], пёс хватал лошадь за хвост передними лапами упирался [когтями?] в задние ноги и останавливал [?] [?] [кричит?] на лошадь, бьёт [?] , а лошадь стоит. [?] он видит, что в этом [виноват?] [?] Он слезает с коня, отгоняет [пса?] [?] на лошадь. А пёс опять не пускает коня. Так несколько раз. Потом он пел нам украинские и другие песни. «Реве та стогне, [Дніпр?] [?]» А потом пел песни, которые [он знал?], [из?] события того времени: напевы Порт-Артура, Царский манифест, [песни?]\n[вкладка на полях:]\n[?] 10.XI.1930 [ВКП(б)?]\nСамсонов [Т. П.?] [Заб.?] «Чудеса» [Ук.?], 1919 — [акценты?]\nПримечание\nСледующий лист — повтор того же текста; отдельный сюжет не приводится. студентов. Я запомнила некоторое из них: «Гей, матросы, на!..» Или [пели?]: «Гей, Отчизна наша, гей, Порт-Артур уже не твой…»\nЦарский манифест: «Отпустили крестьян на свободу 19 февраля, Только не дали воли народу Вот вам милость дворян и царя.»\nСтуденческие волнения;\n(Студенческие демонстра-\nции тогда разгоняли\nказаки)\n«А казаки пусть ликуют,\nПусть нагайками их дуют\nБей сильнее, бей сильнее\nИ в тюрьму сажай!»\nО правлении Николая II: «Правит Витте, правит\nИ направо, и налево, Тяже[?]\nМне подписываю сам,\nЯ, кровавый Николай.»\nМы с интересом слушали его рассказы, ведь это были рассказы очевидца. Мы долго сидели рядом, потом разглядывали звёздное небо, и папа показывал нам звёзды. У папы был хороший голос и слух. Он прекрасно пел. Как я уже писала, мама очень сильно заболела: она часто лежала в больнице, потом её отправили в санаторий, долго она была [в?] [?] . Мама и отец делали всё возможное, чтобы вылечить её. Особенно мама. Мама всегда делала всё возможное, чтобы помочь. Она тоже любила петь, у неё был хоро- ший голос и хороший слух.\nМама рассказывала, (отец ещё был Управляющим делами ЦК) что как-то ночью раздался телефонный звонок из «Кремлёвки» (телеф[он?]). Папа спросил, ничего не поняв сначала, [взял?] [?] бумаги и карандаш и начал за- писывать: «Диктуйте, Аллилуева…» Мама говорит ему, что это жена Сталина. Это было поздно ночью, когда забеременела Аллилуева. Отцу позвонили для того, чтобы он всё организовал как полагается.\nСобытия на озере Хасан. Прочитав сообщение о нападении японцев на нашу территорию отец воспринял очень взволнованно. Он приказал следить за событиями, делал вырезки из газет на эту тему, (По-моему, они некоторые из них сохранил\nПримечание\nСледующий лист — повтор того же текста; совпадает с предыдущей страницей, отдельный сюжет не приводится. У нас в саду были качели, [на железном?] стержне и на [двух?] досках. Там [?] завязал[и?] [верёвки?], но Темка всё-таки [сел?] [?] качели были не крепкие, [и они?] сва- [лились?]. [?] и с этим [?] сва- [лился?] на землю, [?] [бежал?], не [?] рукой, разбил [палец? / руку?]. Быстро сообщили родителям, [они?] приехали, забрали его, отвезли в [больницу?], где нало- жили гипс.\n1937–1938 г.г.\nПрочитав в газете [сообщение?] о «преда- тельстве» Тухачевского, [Якира?] и др., отец очень был [возмущён / взволнован?]. Он [совсем?] не мог понять этого. [Потом?] [начались?] аресты многих его [товарищей?] с которыми он [работал? / дружил?], работая в ВЧК, их [?] [?] и др. Были арестованы [сотрудники?] ВЧК–ОГПУ, отцу [подсунули? / подали?], но его не [тронули?] одного.\nМама рассказывала, [что когда она была?] в Сереб- ряном [бору?] она ночью [?] [?] едет [?] машина. Она [думала?], что к нам. Только тогда, когда [машина?] [?] проезжала, она на какое-то [время?] останавливалась. В 1938 г. отца отстранили от работы, и он был [без работы?] [несколько?] месяцев [?]. Потом Щербаков [тогда секретарь?] МК сделал отца директором [?]обрабатывающей пром[ышленности?].\nА мы с братом, приехав в Москву, объезжали все наши [знакомые?] и посещали сколько квартир [?] [?] дальше, мы сообщали эти [адреса?] маме. Был [?] опечатано [?] [?] квартир в нашем подъезде.\nОтец и мама всё это время [жили?] как под дамокловым мечом. Когда он уходит, [?] [?] были арестованы хорошие товарищи, ещё со времён ссылки: Борис [Санилов? / Санилин?], Метелин и др. А также его товарищи по фронту, по работе в ВЧК: Павлиновский, Иван [Берёзин? / Берёзов?], Миров, Белинский и др. Отец, видимо, не мог воспринять это. Он очень изменился, стал молчалив. Потом его [?] лишили некоторых привилегий: столовой, поликлиники, и др. Мама говорила ему позвонить и узнать в чём дело. Позвонил такому-то и т. д. отцу этого не сделали. Позже, спустя\nмного лет он признался маме, что он делал это для того, чтобы его фамилию перестали упоминать в этих списках. Да, отцу в этом [?] повезло: он один из близких соратников Ф. Э. Дзержинского кого не поглотила эта страшная ма- шина.\nПомню это: было в дни памяти Ленина и наш [?] руководитель спросил, кто из наших родителей встречался с Лениным и не может ли он рассказать ученикам об этих встречах. Я спросила папу и он пообещал прийти к нам на сбор. Я очень волновалась. Папа пришёл, он был одет в полувоенный костюм, со орденами. Он [?] [?] [?] и очень интересно рассказывал нам о своих встречах с В. И. Лениным. [Мне?] [нравилась?] и я была очень горда за своего отца.\nУ папы всегда была склонность к истории, литературе. Он сам писал стихи (они сохранились до сих пор), [?] написал роман «Разм[?]ство», но он не был опубликован, он всегда был занят (свои дела); он много писал, читал и вообще питал огромную любовь к книге.\nОн много лет отдал книжному делу. Он был директором издательства Академии наук, был директором киностудии «Межрабпомфильм» (это свя- зано с Коминтерном) работал в ин-те марксизма-ленинизма Маркса и Энгельса, [работал?] в [?] последнее место работы — Исполком[?]издат.\nПапа очень любил цветы. У нас в квартире все окна были заставлены цветами, он сам за ними ухаживал, поливал, пере- саживал, а вот весной, и летом на наших балконах были цветы и даже помидоры.\nПапа очень любил детей и умел с ними обращаться. Всегда ровный, спокойный но твёрдый, а иногда и строгий. Он очень много занимался моим старшим сыном. Они много играли, путешествовали по Москве. Папа очень много рассказывал ему. Мне было интересно с ним.\nТип: рукопись на клетчатой бумаге (тетрадь).\nВ 1951 г. он показал мне тетрадь, где он стал записывать свои воспоминания о своих встречах с выдающимися людьми той эпохи.\nЯ папе сказала: «Почему бы тебе не написать об этом книгу?» Он ответил: «Сейчас не время. Сейчас не время». Так он и не успел многого рассказать, что знал и видел, а видел он много, т.к. он очутился в центре величайших событий.\nТетрадь, которую он показал мне в 1951, вот сейчас лежит передо мной, и я будто слышу его голос, повествующий мне о тех событиях.\nОн встречался с В.И. Лениным. Несколько раз папа слушал выступления Ленина на разных заседаниях. Встретился же он в первый раз с Лениным зимою 1920–21 г. (об этой памятной встрече опубликовано в сборнике «Они охраняли В.И. Ленина». Вторая встреча с В.И. произошла в марте 1921 г. во время Конгресса Коминтерна в служебной обстановке в Кремле» (см. папины записи в заповедной тетради.)\nВстречи со Сталиным И.В.\nДело было в конце 1918 и в начале 1919 г. 3-я Армия, где отец был начальником Особого отдела, катастрофически отступала. И тогда в г. Глазов, где был штаб армии, прибыл Сталин И.В., Дзержинский Ф.Э. Отца вызвали в штаб, где он познакомился с Ф.Э., который по- требовал предоставить ему ряд нужных све- дений. Тут он и увидел в 1-ый раз Сталина. (см. папину тетрадь)\nВстречи с Ф.Э. Дзержинским\nПервая встреча состоялась в Глазове. С первой же встречи, как писал отец, у него с Ф.Э. установилось полное взаимопонимание. С Ф.Э. отец проработал с 1919 года до самой смерти Ф.Э. в 1926 году. Отцу приходилось работать с Ф.Э. не только по линии ЧК, но в Наркомпути, в ВСНХ СССР. Метод его работы — горение! Помимо того Ф.Э. был поразительно честен, никогда не кривил душой, он был по-рыцарски объективен. «Я никогда не плакал и не плачу, но когда пришлось бросить лопату земли на гроб Ф.Э. я заплакал». Папа искренне любил этого человека. (см. интересные воспоминания в тетради отца\nФраза обрывается у нижнего края страницы. Продолжение в доступных листах не найдено.\nСправочный указатель к главе (не часть рукописи) Люди Имя / обозначение Что сказано в тексте Татьяна Тимофеевна (рассказчица) В 1-м лице; ходила в школу уже грамотной; с братом на даче; дружила с Наташей; училась ориентироваться в лесу с папой Мама (Ева / Евдокия Константиновна — см. также стихи) Водила в дом отдыха «Васильки»; на юбилее 1976; вместе с женой Нексе покупала подарки детям; первой [подавала?] грибы папе Папа / отец (Самсонов Тимофей Петрович — по контексту тетради) Работал очень много, детей видели редко, по выходным; сам вёл огород и цветник на даче; любил копаться в земле; на даче у него жили знакомые на 2-м этаже; встречал актёров, писателей, режиссёров; директор «Межрабпомфильма»; вёл переговоры с Нексе; приглашал Нексе домой; взял Лудовкина[?] на дачу после аварии; учил дочь ориентироваться в лесу; ездил за грибами даже в последний год перед болезнью; оставил тетрадь воспоминаний Бабушка На даче стояла на крыльце, кричала детям «Вижу, вижу!» Брат рассказчицы Вместе «навели охоту» на огурцы; «рейды» к грядкам Наташа Корневцева[?] / Кортесцева[?] Подруга из дома отдыха «Васильки»; жила в 10-м подъезде; родители знакомы; старше рассказчицы на 1 год; училась в классе старше; дружбу сохранили Зинаида Николаевна Учительница / «что-то вроде гувернантки» у Наташи; учила девочек читать, писать, историю; водила в театр Папа Наташи Накормил обедом, уложил девочек отдыхать на диван Лада Собака — ирландский сеттер, ярко рыжего цвета; очень добрая; дружила с рассказчицей; однажды таскала за волосы (рассказчице ~5 лет) Дворовые собаки / дворняги Приходили на дачу летом; зимой у сторожа; ходили с детьми на реку, купаться не любили Юра Автор стихотворения на юбилей Тани и Саши, 11 сент. 1976; писал, когда все веселились Таня и Саша Юбиляры 11.09.1976; «семейный на двоих»; «Наш было 50» (50 лет — юбилей семьи/брака [?]) Роман На юбилее обнимал/целовал Тасю[?] Тася[?] Упомянута в стихе (с Романом) Ева Константиновна На юбилее: «все, кроме Евы Константиновны» (в стихе) Татьяна и Инна Пели песни на юбилее (стих) Надежда На юбилее (стих; строка не до конца ясна) Витя[?] На юбилее (стих; строка не до конца ясна) Мили[?] Черка[с/?] Актёр[?], приходил; связан с фильмом «Последний табор» Лудовкин[?] Кинорежиссёр (начертание в рукописи); подарил отцу книгу с автографом; награждён машиной к юбилею советского кино; авария с Зархи; ~3 недели на даче у отца в Серебряном Бору; вина в аварии признана за ним; допросу не подвергался (по договорённости) Зархи Режиссёр; ехал с Лудовкиным[?]; попал под колёса; тяжело ранен; умер через ~2 часа Жена Лудовкина[?] Знала, что он на даче у отца Мартин-Андерсен Нексе Датский писатель; переговоры со сценарием; не говорил по-русски; гостил с семьёй; жил в «Савой» на Рождественке; дарил книгу с автографом Жена Нексе В гостях; вместе с мамой покупала подарки детям Петер Сын Нексе, ~8 лет; не выпускал из рук игрушку (рогатый[?] кисун[?]) Дочка Нексе ~12 лет Жан Ришар-Блок Французский писатель; сценарий для киностудии; идея о борьбе во Франции Анри Барбюс Французский писатель; много раз в Москве по кино; сценарий «О Лейпцигском процессе г. М. Димитрова»; эпизоды с участием самого Барбюса Места Место Контекст Дом отдыха «Васильки» Знакомство с Наташей 10-й подъезд Жили и рассказчица, и Наташа Серебряный Бор Казённая дача; Лудовкин у отца; грибы Дача № 2, «1-ая просека» Адрес/положение участка Москва-река, сосновый бор Окрестности дачи Аллея из сирени, двухэтажный дом На даче; 1-й этаж — семья, 2-й — знакомые отца Река (на даче) Прогулки с дворнягами Гостиница «Савой», Рождественка Нексе в Москве Ярославское шоссе → Пушкино Поездка Лудовкина[?] и Зархи Об[ъ?]янкино[?] Ориентир места аварии «Межрабпомфильм» (кино-студия) Встречи отца, сценарии; папа — директор Серебр. Бор Съёмки «Последнего табора» Даты и числа Что Значение Возраст рассказчицы в эпизоде с Ладой ~5 лет Наташа старше на 1 год Жизнь на даче ~13–14 лет Юбилей Тани и Саши 11 сентября 1976 «Наш было 50» 50 (лет брака/семьи — по контексту стиха) Дети Нексе Петер ~8, дочь ~12 Дети Нексе остались ещё на 2 дня Лудовкин на даче у отца ~3 недели Зархи умер через ~2 часа после аварии Яблони на даче 4 Кошки однажды завели 3 Предметы / растения / животные на даче Огород: морковка, огурцы, кабачки, свёкла, репа, помидоры, картошка Ягоды/деревья: смородина, малина, вишни, 4 яблони Цветы: сирень, пионы, гвоздики, лилии[?], петунии, вьющийся душистый горох Животные: кошки, собаки, кролики; сеттер Лада; летние дворняги Книги с автографами (у семьи «и сейчас»): Лудовкина[?], Нексе Сюжеты (кратко) Детская дружба с Наташей Корневцевой[?] / Кортесцевой[?], обучение с Зинаидой Николаевной, побег с дивана весной. Казённая дача в Серебряном Бору: огород отца, шалость с огурцами, бабушка «Вижу, вижу». Животные: Лада (сеттер), 3 кошки, дворняги; осенью пёс уходил, понурив голову; ~13–14 лет на даче; в последний год не пришёл. Юбилей 11.09.1976 — стихи Юры Тане и Саше («50»). Отец и культура: актёры, Нексе, Жан Ришар-Блок, Барбюс / Димитров, Лудовкин[?] и гибель Зархи, укрытие на даче, цитата из тетради отца. Грибная традиция с отцом (солнце в лесу, сортировка, продолжили после). Замечания по чтению Имена Лудовкин[?], Корневцева[?]/Кортесцева[?], часть строк стиха (5–8) и ряд однословных мест — с [?]. Один из листов — обрезанный повтор предыдущей записи. «Валуево» (стр. 064) и «Васильки» (стр. 051) — оба чтения на своих страницах; не объединять. Стр. 060 по содержанию близка к стр. 058; надёжных новых фактов не даёт. Внутренние номера −2− … −5− на ранних листах — нумерация автора тетради. ← Дача, отдых, юбилеи · Оглавление тетради · Документы в тетради →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/08-otec-harakter/","summary":"Рассказы о принципиальности, подарках, саде, студентах, 1951 год.","title":"Характер отца"},{"content":"Текст по рукописной тетради Татьяны Тимофеевны «Наша родословная: Самсоновы». Голос — от первого лица. [?] — неразборчивые места. Номера страниц указаны в комментариях.\nСм. также оцифрованные документы: Самсонов Т. П. .\nТип: коллаж на клетчатой бумаге (альбомная страница).\nЭлементы страницы Вверху слева — фотокопия / оттиск удостоверения (то же, что полнее на стр. 075): УДОСТОВЕРЕНИЕ 1919 г. 16 Января выданно тов. Самсонову Т.П. в том, что мною ему подарен для ношенія мой личный револьвер системы «Кольта» № 75350, что и удостоверяю: председатель Всероссійской Чрезвычайной Коммисіи: [подпись] Ф. Дзержинский Вверху справа — портрет Ф.Э. Дзержинского (фото); рядом частично виден печатный биографический текст о Самсонове (полный текст — на стр. 079).\nПо центру — рукописная вставка:\nВставка.\nИз встреч с И.В. Сталиным.\nКисловодск. 1923 г. И.В. приехал в Кисловодск на лечение.\n«В конце своего лечения И.В. сделал мне предложение посту- пить к нему секретарем в Аппарат ЦК. На это я ответил, что так как т. Дзержинский питает ко мне доверие и я долго работаю под его руковод- ством, то прежде, чем ответить, я бы хотел посоветоваться с ним по этому вопросу. И.В., улыбнувшись, сказал: „Ну, что ж, посоветуйся и скажи мне“. (Отец остался с Дз.)\nОтец назначен Управляющим делами ЦК ВКП(б). Случилось так, что отец встретился с И.В. в „Доме Союзов“. Они поздоровались, и И.В. сказал: „Я знаю, ты крепкий хозяин. Нам в аппарате ЦК ну- жен такой“.»\nВнизу — обрез/фрагмент другой фотографии (мужской костюм, лацкан с значком); текста нет.\nСправа — края других вклеенных листов/фотографий (частично перекрывают сетку).\nТип: фотография (без рукописного текста на лицевой стороне).\nЧёрно-белый портрет лысого мужчины средних/старших лет в тёмном костюме, белой рубашке и тёмном галстуке; на лацкане — значок (орден/нагрудный знак, круглый). Фон светлый.\n[Оборот этой фотографии — стр. 074. По контексту альбома и надписи на обороте — Т.П. Самсонов; изображение согласуется с портретом отца на других страницах.]\nТип: оборот фотографии (стр. 073). Рукопись красными чернилами + карандашные пометы.\nТекст на обороте ориентирован по диагонали/под углом к краям карточки.\nКрасные чернила (посвящение) Уважаемому человеку\n[и другу?] из доброго сердца\nо Ф.Э. Дзержинском\nС уважением\nТ.П. Самсонов\n25/VI – 47 г.\n[Вторая строка: уверенно читается «… из доброго сердца»; начало строки спорно — «и другу» / «человеку»; повтор «человеку» после первой строки менее естественен, поэтому «и другу?» с пометкой.]\nКарандаш 4/10 9/12 06 – 1/XII\n[каталожные / архивные / инвентарные пометы; расшифровка назначения неизвестна] Пятна (коричневатые) на картоне — без текста.\nТип: альбомная страница — рукописный заголовок + вклейки документов.\nРукописный заголовок (синие/фиолетовые чернила) Удостоверение, выданное отцу\nДзержинским Ф.Э.\nОсновное удостоверение (машинопись / типографский бланк, дореформенная орфография) В правом верхнем углу бланка: N – 15\nУДОСТОВЕРЕНИЕ 1919 г. 16 Января выданно тов. Самсонову Т.П. в том, что мною ему подарен для ношенія мой личный револьвер системы «Кольта» № 75350, что и удостоверяю: председатель Всероссійской Чрезвычайной Коммисіи: [рукописная подпись] Ф. Дзержинский Внизу слева Ещё один (меньший) оттиск/фото того же «Удостоверения» (тот же текст 16.I.1919, подпись Дзержинского).\nВнизу справа — документ / карточка «От Коллегии ГПУ» Печатный текст (частично):\nОт Коллегии ГПУ Почетное звание чекиста требует бдительности, решительности и храбрости. Рукописное обращение (справа):\nТоварищу\nСамсонову\nТимофею\nПетровичу\n[за?] выдающуюся борьбу\nс контрреволюцией\nНиже: «нагрудный знак за» + круглая печать (ГПУ / смежное ведомство; на оттиске видны буквы вроде «Г.П.У.» / «НКВД» — не всё читается)\n«Председатель ГПУ» + подпись [Менжинский? / неразборчиво]\nТип: газетная вырезка, вклеенная; сверху — рукописная ссылка.\nРукописная помета (над вырезкой) (Правда 1929 год\n20 июля)\n[Дата согласуется с 3-й годовщиной смерти Ф.Э. Дзержинского (20.VII.1926) и фразой в тексте «погиб вот уже три года назад».]\nПечатный текст вырезки О Дзержинском.\nНесмотря на то, что Дзержинский по- гиб вот уже три года назад, как-то труд- но свыкнуться с мыслью, что его действительно уже нет среди нас. Да оно и понятно. Дзержинский по поруче- нию нашей партии и самого Владимира Ильича Ленина выполнял такие огромные трудности практически революционных задач, которые были по плечу только революционеру-гиганту, каким был первый чекист. На его долю выпала наитруднейшая работа по укреплению диктатуры пролетариата в нашей стране.\nИ в качестве главы ВЧК, и в качестве руководителя нашего народного хозяйст- ва Дзержинский всюду развивал неимо- верный трудовой темп и работу. Он походил на гигантский станок, который беспре- станно жужжал, жил под собой и раскиды- вал все то, что становилось на пути развития пролетарской революции в на- шей стране, что мешало нашему успеш- ному социалистическому строительству.\nВеликий, кто имел счастье работать рядом с покойным Дзержинским, помнит с каким жаром и яростью он обруши- вался на тех товарищей, которые хотя бы в какой-либо степени поднимали во- прос о невыполнении директив партии, [для проведения / при проведении?] [их / в?] [капитализме / ?]. Помню, как на одном из заседаний колле- гии ВЧК, кажется в 1921 году, кто-то из товарищей заикнулся о том, что ЦК по одному вопросу, на взгляд этого това- рища, принял поспешное решение. Дзер- жинский так отчитал этого товарища, что тот не знал, куда ему деться. В за- ключение Дзержинский заявил, что он не допустит, чтобы на коллегии ВЧК под- нимались разговоры об отмене решений ЦК партии. Так как дело касалось одно- го из военных вопросов, то ясно, что ре- шение ЦК партии должно было быть выполнено безоговорочно. И оно было вы- полнено. Эта беззаветность Дзержинско- го в проведении решений партии сказа- лась и в его последнем выступлении на июльском пленуме ЦК 1926 г., когда он как лев бросался на троцкистско- оппозиционных демагогов, пытавшихся ослабить монолитность, единство и стой- кость той партии, верным сыном кото- рой являлся Дзержинский.\nНаши враги изображали Дзержинско- го как жестокосердого, кровожадного садиста, а между тем, среди многих старых и молодых чекистов не прихо- дилось встречать столь отзывчивых к человеческому страданию людей. Но классовая ненависть к врагам рабочего класса, капиталистам, помещикам и их приспешникам так глубоко сидела в Дзержинском, что он со всей своей рево- люционера-большевика беспощадно рас- правлялся с теми, кто мешал трудящим- ся освободиться от ига капитала и на- [ционализма? / натиска?]. Дзержинский обладал и большим великодушием. Помню, как-то один из бывших железнодорожников получил [право?] пы- тать себя[?] за Дзержинского и потребовал на гаража ВЧК машину, как для предсе- дателя ВЧК. Машину ему выслали, но в результате мнимый председатель очутил- ся в ВЧК перед лицом самого Дзержин- ского. Шантажист дрожал, как осиновый лист. Дзержинский же спокойно подошел к нему и шутя сказал: «Так это вы и думали, что Дзержинский — а?» Бедный шантажист извинялся о пощаде, указывая на свое пролетарское происхождение. Дзержинский его простил и тут же отпустил. Впоследствии этот железно- дорожник исправился и стал честным ра- ботником.\nОсобенным свойством характера этого огромного революционера-большевика было то, что при всех трудностях, создававшихся в работе, быстро находил пути выхода. В период гражданской вой- ны […]\n[…] в борьбе с политической контрраз- ведкой было такое количество трудных моментов, когда работники трудились почти теряясь, не имея никакой возможности попасть на следы врагов, повсюду ко- павших против нас зло. В таких случаях мы шли к Дзержинскому и, следуя его советам и указаниям, успешно отражали происки наших многочисленных врагов. Помню, в день 25-й годовщины ре- волюционной марксистской раскалы[?] и покойный Мархлевский рассказывал в кругу близких друзей такой эпизод из подпольной работы Дзержинского. В Вар- шаве двое жандармов ввязались[?] на квартиру разыскивающегося Дзержин- ского и должны были его арестовать. Они вбежали с обыска. Дзержинский выско- чил, не придаваясь к двери. Быстро вы- скользнул за дверь, щелкнул ключом и запер жандармов в комнате. Таким обра- зом он спасся от ареста.\nНародная смелость и решимость, как всем известно, не покидала Дзержинского и в дальнейшей, уже в октябрьский пе- риод, при решении вопросов огромного революционного и государственного зна- чения.\nВзять хотя бы те трудности, которые встали перед нашей страной при вос- становлении промышленности после империалистической и гражданской вой- ны. Получив в наследство разваленное на- родное хозяйство, наша обнищалая страна должна была своими силами, окруженная колючей проволокой блока- ды, восстановить промышленность и транспорт. Нужны были человеческие усилия для того, чтобы развернуть дело переустройства нашего народного хозяй- ства на новых социалистических нача- лах. Дзержинский — во главе ВСНХ СССР. Тщательно изучая нужды про- мышленности, он ведет хозяйственные руководящие кадры, а через них и все трудящиеся массы по пути восстановле- ния и реконструкции народного хозяй- ства. Для этой работы требуются коло- ссальные средства. Надо их найти. Тут и обнаруживаются исключительные ка- чества Дзержинского. Революционному орга- ну ВСНХ СССР дается директива по- строить свою работу по ревизии промыш- ленных учреждений и предприятий не из формальных начал, а по существу, путем взыскания мертво лежащих мате- риалов и денежных средств, изъятия не- ликвидных ценностей, борьбы с тенден- циями некоторых хозяйственников, от- влекающих огромные средства промыш- ленности на нужды, прямо к ней не относящиеся и т. д., и т. п. Работа по поднятию производительности труда, борьба за режим экономии, за упрощение и рационализацию промышленного уп- равленческого аппарата и т. д., и т. п. также относятся к числу важнейших за- слуг Дзержинского по поднятию и ре- организации нашего народного социали- стического хозяйства.\nОсобо наглядно он уделял вопросу борьбы с частно-капиталистическими элементами в нашей стране. В одном из своих многочисленных записок перед нами, революционными работниками ВСНХ, Дзержинский ставил задачу зорко на- блюдать за тем, чтобы наши хозяйствен- ные органы не попадали в лапы частни- ков, в лапы нэпманов. Дзержинский при всех условиях всегда оставался на гене- ральной ленинской линии нашей пар- тии, мужественно за нее боролся и слав- но погиб за партию в борьбе с дезорга- низаторами-троцкистами.\nСАМСОНОВ.\n[Мелкий газетный шрифт; отдельные слова и стыки колонок на снимке смазаны — места с [?] и […] не достраивались по смыслу сверх читаемого.]\nТип: фото на альбомном листе + рукописная подпись сверху.\nРукопись (над фото) Тюрьма в Ливерпуле,\nгде сидел отец, за выступление\nна антивоенном митинге.\nФото Чёрно-белое изображение тюремного / казённого здания за высокой каменной стеной; длинный корпус с трубами/дымоходами, ряд окон. Передний план — тёмная трава/земля.\nФото наклеено на бумагу с зубчатым (фигурным) верхним краем.\nТип: фотографии; рукописного текста нет.\nДва смежных чёрно-белых снимка (разворот / два кадра) тюремных или казённых корпусов за кирпичными/каменными стенами; трубы, крыши, длинные стены.\n[По контексту стр. 077 — продолжение видов тюрьмы в Ливерпуле (или того же комплекса); отдельной подписи на этой странице нет.]\nНижняя часть листа — пустая.\nТип: альбомная коллажная страница (удостоверение, портреты, групповое фото, подписи).\nВверху слева Снова оттиск Удостоверения 16.I.1919 (револьвер «Кольта» № 75350, подпись Ф. Дзержинского) — тот же документ, что на стр. 072 / 075.\nВверху справа Портрет лысого мужчины (Дзержинский / или тот же тип портрета, что на 072) + печатная биографическая врезка:\nСАМСОНОВ Тимофей Петрович, член ВКП(б) с 1919 г., награжден ор- деном Красного знаме- ни, директор общества «Межрабпомфильм». Из- бран в члены Моссове- та второй раз (Дзер- жинский район.) По центру слева Портретное фото: мужчина в тёмной шапке (папаха/меховая) и тёмной застёгнутой куртке/гимнастёрке — Т.П. Самсонов (отец).\nРукопись справа от портрета Управляющий делами\nЦК ВКП(б)\n(1927 – 1934)\n[Последняя цифра года окончания: на снимке читается как 1934; при сомнении — 193[4?].]\nВнизу — групповое фото Заседание за длинным столом; около десяти мужчин.\nСтрелка и подпись справа: ← Папа (указывает на фигуру ближе к правому краю стола).\nРукопись под групповым фото Коллегия ВЧК\nВ центре: Ф.Э. Дзержинский, Менжинский\nСправочный указатель к главе (не часть рукописи) Лица Имя Роль на страницах 071–079 Самсонов Тимофей Петрович (отец, «папа») Автор записей/тетрадей; начальник Особого отдела 3-й армии (кон. 1918 – нач. 1919); работал с Дзержинским 1919–1926 (ЧК, Наркомпути, ВСНХ); Управляющий делами ЦК ВКП(б) (1927–1934); член ВКП(б) с 1919; орден Красного Знамени; директор «Межрабпомфильм»; депутат Моссовета (Дзержинский район, 2-й раз); сидел в тюрьме в Ливерпуле за выступление на антивоенном митинге; автор статьи «О Дзержинском» (подпись САМСОНОВ) Татьяна Тимофеевна (дочь, автор рукописи) В 1951 г. видела отцовскую тетрадь; предлагала написать книгу; хранит тетрадь В.И. Ленин Встречи с отцом; выступления; первая личная встреча зима 1920–21; вторая — март 1921, Конгресс Коминтерна, Кремль И.В. Сталин Глазов, кон. 1918 / нач. 1919 (с Дзержинским); Кисловодск 1923 (лечение; предложение стать секретарём в Аппарате ЦК — отец отказался, остался с Дзержинским); 1927, «Дом Союзов» — реплика о «крепком хозяине» Ф.Э. Дзержинский Глазов 1918/19; подарил отцу личный револьвер «Кольт» № 75350 (уд. 16.I.1919); совместная работа до смерти 1926; похороны (отец бросал лопату земли); статья отца 1929; групповое фото Коллегии ВЧК Менжинский Упомянут на групповом фото Коллегии ВЧК («в центре: … Менжинский»); возможная подпись на карточке ГПУ (стр. 075) — неуверенно Мархлевский Упомянут в статье Самсонова (эпизод о подполье Дзержинского в Варшаве) Даты и места (как в тексте) Кон. 1918 – нач. 1919 — 3-я армия отступает; штаб в г. Глазов; приезд Сталина и Дзержинского; знакомство отца с Ф.Э.; первое увиденное Сталина. 16 января 1919 — удостоверение: Дзержинский дарит Самсонову Т.П. личный револьвер системы «Кольта» № 75350. Зима 1920–21 — первая встреча отца с Лениным (см. сборник «Они охраняли В.И. Ленина»). Март 1921 — вторая встреча с Лениным, Конгресс Коминтерна, служебная обстановка в Кремле. 1919 – 1926 — работа отца с Дзержинским (до смерти Ф.Э. в 1926). 1923, Кисловодск — Сталин на лечении; предложение секретарства в Аппарате ЦК; отец остаётся с Дзержинским. 1927 — отец назначен Управляющим делами ЦК ВКП(б); встреча со Сталиным в «Доме Союзов». 1927 – 1934 — период «Управляющий делами ЦК ВКП(б)» (по подписи к портрету). 20 июля 1929 — «Правда»; статья Самсонова «О Дзержинском». 25/VI/1947 — посвящение на обороте фото: Т.П. Самсонов. 1951 — отец показал дочери тетрадь с записями о встречах. Ливерпуль — тюрьма, где сидел отец «за выступление на антивоенном митинге». Документы / артефакты на страницах Удостоверение ВЧК 16.I.1919 (револьвер «Кольт» № 75350) — копии на 072, 075, 079. Карточка/документ Коллегии ГПУ о почётном звании чекиста / нагрудном знаке — 075. Вырезка «Правда», 20.VII.1929, «О Дзержинском», подпись САМСОНОВ — 076. Фото тюрьмы в Ливерпуле + виды зданий — 077, 078. Портрет отца в шапке; био-врезка «Межрабпомфильм» / Моссовет — 079. Групповое фото «Коллегия ВЧК» (Дзержинский, Менжинский в центре; «Папа» отмечен стрелкой) — 079. «Заповедная тетрадь» / «папина тетрадь» / «тетрадь отца» — неоднократно отсылается как источник подробностей. Сборник «Они охраняли В.И. Ленина» — публикация о первой встрече с Лениным. Учреждения (как названы) Особый отдел 3-й армии ЧК / ВЧК / Коллегия ВЧК Наркомпути ВСНХ СССР Аппарат ЦК / ЦК ВКП(б) «Дом Союзов» ГПУ (Коллегия ГПУ) Моссовет (Дзержинский район) общество «Межрабпомфильм» Конгресс Коминтерна; Кремль Замечания по качеству чтения 071: цитата отца о слезах на похоронах Дзержинского — «не плакал и не плачу» (не «таскал/тащу»); «метод работы — горение». 074: вторая строка посвящения — [и другу?] из доброго сердца. 076: газетный шрифт мелкий; несколько мест в середине колонок (эпизод с жандармами, отдельные прилагательные) помечены [?] / […]. 078: текста нет (только фото). 073: текста нет (только портрет). ← Характер отца · Оглавление тетради · Продолжение (стр. 080–089) →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/09-dokumenty-v-tetradi/","summary":"Портреты, удостоверение Дзержинского, грамоты (стр. 072–079).","title":"Документы в тетради"},{"content":"Продолжение рукописной тетради Татьяны Тимофеевны: биографические записи об отце, затем рассказ о сестре Гене.\nПо рукописной тетради «Наша родословная. Самсоновы».\nПродолжение истории Тимофея Петровича (стр. 080–086) Ф. Э. Дзержинский; Беленький (Виленский?); папа.\nПохороны (ок. 1926?). Ф. Э. Дзержинский; папа.\nПолный лист тетради, стр. 080 — коллаж снимков и подписи автора.\nЧтение Подписи (синие чернила, справа от верхнего снимка):\nФ. Э. Дзержинский Беленький[?] / Виленский[?] Папа.\nПодписи (нижний снимок):\nПохороны (192[6?]) Ф. Э. Дзержинский Папа несёт [?]\nКак в рукописи (стр. 080) **[фото, верх]** Трое мужчин в зимней одежде у здания. Подписи (синие чернила, справа): Ф. Э. Дзержинский Беленький[?] / Виленский[?] Папа. **[фото, низ]** Толпа на мостовой, похоронная процессия; вывеска «… СЫР». Подписи: Похороны (192[6?]) Ф. Э. Дзержинский Папа несёт [?] Александровский централ (Сибирь), 1910. «Здесь сидел отец летом 1910 года».\nПолный лист тетради, стр. 081 — встречи отца; Александровский централ.\nЧтение Отец встречался со многими деятелями той эпохи: в т. ч. Молотов В. М., Ворошилов К. Е., Фрунзе М. В., Каганович Л. М., Вышинский А. Я., Куйбышев В. В., Хрущёв Н. С., Микоян А. И., Калинин М. И., Каминский И. И., Бухарин Н. И., Ягода Г. Г., Орджоникидзе Г. К., Андреев А. А., Буденный, [?] М. Ф., Киров С. М., Антонов-Овсеенко В. А., Горький А. М., Клара Цеткин, Котовский, Артём, Орлов (Отец работал в «Межрабпомфильме» с 1934–36 г.)\nПервые встречи с Артёмом относятся к 1910 г. Мы вместе с ним сидели летом 1910 г. в Александ- ровском каторжном пересылочном Централе в ожидании отправки на место поселения на р. Лену. (Смотри воспоминания отца в его тетради)\nПодпись на снимке (см. figure выше):\nАлександровский Централ (Сибирь) (Здесь сидел отец летом 1910 года)\nКак в рукописи (стр. 081) Отец встречался со многими деятелями той эпохи: в т. ч. Молотов В. М., Ворошилов К. Е., Фрунзе М. В., Каганович Л. М., Вышинский А. Я., Куйбышев В. В., Хрущёв Н. С., Микоян А. И., Калинин М. И., Каминский И. И., Бухарин Н. И., Ягода Г. Г., Орджоникидзе Г. К., Андреев А. А., Буденный, [?] М. Ф., Киров С. М., Антонов-Овсеенко В. А., Горький А. М., Клара Цеткин, Котовский, Артём, Орлов (Отец работал в «Межрабпомфильме» с 1934–36 г.) Первые встречи с Артёмом относятся к 1910 г. Мы вместе с ним сидели летом 1910 г. в Александ- ровском каторжном пересылочном Централе в ожидании отправки на место поселения на р. Лену. (Смотри воспоминания отца в его тетради) **[фото]** Большое здание, толпа перед ним. Подпись: Александровский Централ (Сибирь) (Здесь сидел отец летом 1910 года) 1941, эвакуация.\nЧтение 1941 г. В мае к нам приехала Геня со своими маленькими детьми. Они были очень больны: туберкулёз, в очень серьёзной форме. Её мужа оставили в Куйбышеве (Самаре) он был военным. В это время отец был директором металлообрабаты- вающего завода. [Я?] очень [?] всех. И все наши [?] [?] стали [выезжать?]. Началась эвакуация Нас решили отправить в Куйбы- шев — это [мама?], её сын, бабушка и я [?] как мама. Потом мама вернулась в Москву, а мы остались в 2х комнатах, которые за- няли [?] с мужем. Затем, как известно, как я писала о маме, [?] очень была [эвакуирована?] в [?] [?] вместе с [?] и ку- [?] (мама [?] работала). Отец остался в Москве, он хотел вступить в армию, но по возрасту его не взяли. Наш дом был весь выселен и как говорят, заминирован, [?] [?] [комбинат?] недалеко от завода, а иногда он [?] в [?]. Он организовывал на заводе производство гранат для армии, вместе с рабочими он строил [?] [?] на [?] к Москве. (Читай его дневник «Записки чекиста»)\nИтак, все [?] разбрелись по свои[м] [?]. [?] умерли [?] и её [?] [?] призвали в армию и после уже не вернулись.\nПотом отец работал в Шатуре на торфоразработках, он был послан туда [?] партии. Затем он уехал в [?] Ленинграда. Потом мы возвратились в Москву в свои дом на 2 комнаты. Один [?] [?] [?] с [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] квартире [?] «[?]» переехали, несколько семей в том числе и наша, переехали в д. 11 кв. 116 по Б. Калужской. Отец не возражал и не делал никаких [?] «[?]» в этот дом, как он [?] «[?] не хотел, чтобы нас [?] ещё где-нибудь [?]».\nКак в рукописи (стр. 082) 1941 г. В мае к нам приехала Геня со своими маленькими детьми. Они были очень больны: туберкулёз, в очень серьёзной форме. Её мужа оставили в Куйбышеве (Самаре) он был военным. В это время отец был директором металлообрабаты- вающего завода. [Я?] очень [?] всех. И все наши [?] [?] стали [выезжать?]. Началась эвакуация Нас решили отправить в Куйбы- шев — это [мама?], её сын, бабушка и я [?] как мама. Потом мама вернулась в Москву, а мы остались в 2х комнатах, которые за- няли [?] с мужем. Затем, как известно, как я писала о маме, [?] очень была [эвакуирована?] в [?] [?] вместе с [?] и ку- [?] (мама [?] работала). Отец остался в Москве, он хотел вступить в армию, но по возрасту его не взяли. Наш дом был весь выселен и как говорят, заминирован, [?] [?] [комбинат?] недалеко от завода, а иногда он [?] в [?]. Он организовывал на заводе производство гранат для армии, вместе с рабочими он строил [?] [?] на [?] к Москве. (Читай его дневник «Записки чекиста») Итак, все [?] разбрелись по свои[м] [?]. [?] умерли [?] и её [?] [?] призвали в армию и после уже не вернулись. Потом отец работал в Шатуре на торфоразработках, он был послан туда [?] партии. Затем он уехал в [?] Ленинграда. Потом мы возвратились в Москву в свои дом на 2 комнаты. Один [?] [?] [?] с [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] квартире [?] «[?]» переехали, несколько семей в том числе и наша, переехали в д. 11 кв. 116 по Б. Калужской. Отец не возражал и не делал никаких [?] «[?]» в этот дом, как он [?] «[?] не хотел, чтобы нас [?] ещё где-нибудь [?]». 1948–1955, болезнь и смерть отца.\nЧтение 1948–1950 г.г. опять начались аресты ([?] врачей, Ленинградское дело и т. д. См. нашу историю, если интересно).\nОтец стал молчаливым, много занимался историей, писал свою книгу и никого не обсуждал. Ему, видимо, было очень тяжело.\n1953 г. умирает И. В. Сталин, затем после- довали события, в результате которых к власти пришёл Хрущёв.\nЗатем XX-ый съезд и знаменитое письмо[?] Отец очень был взволнован, он тяжело переживал всё происшедшее. Все погибли его близкие товарищи: Кедров, Мороз, Павлуновский, Петров, Сеньков, Метелин и др. Практически были уничтожены члены I Коллегии ВЧК, остался один отец. Никто не может дать ответ на этот вопрос. Почему[?]\n[Однажды?] он входит в комнату с [?] [?], подходит к маме и спрашивает: «Ты [?] что такое культ личности[?]» Мама отвечает: «Да, [?]», а он [?] [?] «Ну вот, но не иду» и сказал: «Ну [?] ты не понимаешь. Этот культ [?] [?] будут строить[?]. [?] он называл [?]».\n1955 г. В декабре 54 года у папы случился инсульт, он был недвижим, и мы все надеялись, но скорее [?] но потом повторный удар, очень тя- жёлый, отца забрали в больницу ([?] к этому [?] всесоюзный [?] [?] больницу [Страшно?] [?] [?] и мать отца проводит там дни, дни в больнице. Осенью, они с мамой, отец в санатории в «Кратово» [?] [?] Потом [?] [?] [?] [?] его [?] в больницу, откуда он не вернулся.\nСкончался он 28 октября (пятница день) 1955 года. Нас ещё [?] пригласили в больницу и предупредили, что положение критическое. Мы хотели пройти к нему но нам врач не посоветовал, т. к. он был [?] [?] А в 23.30 нам позвонили из больницы что он скончался. Мама, [?] на квартире и [?] «Ну, всё кончено. Всё кончено. К [?] [?] Саша, он [?] и сказал ей: «[?] [?] в [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?]\nТекст на этой странице обрывается; дальше — другие записи тетради.\nКак в рукописи (стр. 083) 1948–1950 г.г. опять начались аресты ([?] врачей, Ленинградское дело и т. д. См. нашу историю, если интересно). Отец стал молчаливым, много занимался историей, писал свою книгу и никого не обсуждал. Ему, видимо, было очень тяжело. 1953 г. умирает И. В. Сталин, затем после- довали события, в результате которых к власти пришёл Хрущёв. Затем XX-ый съезд и знаменитое письмо[?] Отец очень был взволнован, он тяжело переживал всё происшедшее. Все погибли его близкие товарищи: Кедров, Мороз, Павлуновский, Петров, Сеньков, Метелин и др. Практически были уничтожены члены I Коллегии ВЧК, остался один отец. Никто не может дать ответ на этот вопрос. Почему[?] [Однажды?] он входит в комнату с [?] [?], подходит к маме и спрашивает: «Ты [?] что такое культ личности[?]» Мама отвечает: «Да, [?]», а он [?] [?] «Ну вот, но не иду» и сказал: «Ну [?] ты не понимаешь. Этот культ [?] [?] будут строить[?]. [?] он называл [?]». 1955 г. В декабре 54 года у папы случился инсульт, он был недвижим, и мы все надеялись, но скорее [?] но потом повторный удар, очень тя- жёлый, отца забрали в больницу ([?] к этому [?] всесоюзный [?] [?] больницу [Страшно?] [?] [?] и мать отца проводит там дни, дни в больнице. Осенью, они с мамой, отец в санатории в «Кратово» [?] [?] Потом [?] [?] [?] [?] его [?] в больницу, откуда он не вернулся. Скончался он 28 октября (пятница день) 1955 года. Нас ещё [?] пригласили в больницу и предупредили, что положение критическое. Мы хотели пройти к нему но нам врач не посоветовал, т. к. он был [?] [?] А в 23.30 нам позвонили из больницы что он скончался. Мама, [?] на квартире и [?] «Ну, всё кончено. Всё кончено. К [?] [?] Саша, он [?] и сказал ей: «[?] [?] в [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] *Текст на этой странице обрывается; дальше — другие записи тетради.* Могила отца; посетители из КГБ.\nЧтение Так он и не выполнил своё обещание написать «Записки чекиста» и историю своей жизни, и также его [?] [?] [?] Он так много знал, и всё унёс с собой. Похоронен он на Ново-Девичьем кладбище. В день памяти (20 декабря) к его могиле ежегодно приходили комсомольцы из КГБ ([несколько?] человек) и приносили цветы на его могилу. И один раз ко мне приходили из КГБ, они интересовались материалами отца для своего музея. В чекистском клубе КГБ есть Почётный зал. Это их музей. Как с братом принимали туда, и мы видели материалы об отце. Там [?] стенд посвящён [?] папе. Папа оставил свой след в истории нашей страны, (как это будут рассматривать в настоящее время? Не знаю).\nСнимки на листе (см. figure выше): люди у памятника на кладбище зимой; собака; группа людей зимой на кладбище.\nПодпись (справа):\n«[?] [?] в [?] [?] [?] КГБ приходили на могилу отца и приносили цветы.»\nПодпись (нижний кадр):\n[?] [?] [?] [?]\nКак в рукописи (стр. 084) Так он и не выполнил своё обещание написать «Записки чекиста» и историю своей жизни, и также его [?] [?] [?] Он так много знал, и всё унёс с собой. Похоронен он на Ново-Девичьем кладбище. В день памяти (20 декабря) к его могиле ежегодно приходили комсомольцы из КГБ ([несколько?] человек) и приносили цветы на его могилу. И один раз ко мне приходили из КГБ, они интересовались материалами отца для своего музея. В чекистском клубе КГБ есть Почётный зал. Это их музей. Как с братом принимали туда, и мы видели материалы об отце. Там [?] стенд посвящён [?] папе. Папа оставил свой след в истории нашей страны, (как это будут рассматривать в настоящее время? Не знаю). **[фото, верх]** Люди у памятника на кладбище зимой; собака. Подпись (справа): «[?] [?] в [?] [?] [?] КГБ приходили на могилу отца и приносили цветы.» **[фото, низ]** Группа людей зимой на кладбище. Подпись: [?] [?] [?] [?] Должности и биография Т. П. Самсонова (список).\nЧтение Отец 1. Член Челябинского Совета (1918), комиссар труда 2. Делегат XVI конференции ВКП(б) (1929 г.) № 570 мандат 3. Делегат XVI съезда ВКП(б) (1930 г.), мандат № 685 (Зав. отделом ЦК ВКП(б)) 4. Делегат XVII конференции ВКП(б) (1932 г.), мандат № 398 5. Делегат XVII съезда ВКП(б) (1934 г.), мандат № 570 6. Член Моссовета избран дважды от Дзержинского района.\nСамсонов Тимофей Петрович, крест., род. 1888 Бессарабская губ., рев. работа с 1906 г., а-к (анархо-коммунист), арест. 4 раза: 1906, 1907, 1910, 1917 г.г., суд. 4 раза: Одесса, Суд. Палата в 1908 г., 120 ст., приг. 1½ г. креп[ости?], втор[ично?] тем же суд. в 1909 г., 102 ст., приг. ссылка на пос. (поселение), третий раз в 1910 г. Окр. Суд. за подготовку экспроприа- ции, приг. 5 л. тюр. и в четвёртый раз в 1917 г. в Ливерпуле (Англия) Корон. Суд за антимилитарист. выступление. Отбывал: Хотин, Каменец- Подольск, Кишинёв, Уэльтон; поселение Иркутск. губ. Киренск у. тюр. 5 лет, ссылка 4 года, эмигр. 2 г.; чл. ВКП(б) («Участники русского революционного движения…»; Всесоюзное общество полит. каторжан и сс. поселенцев; Москва, 1927 г.)\nКак в рукописи (стр. 085) Отец 1. Член Челябинского Совета (1918), комиссар труда 2. Делегат XVI конференции ВКП(б) (1929 г.) № 570 мандат 3. Делегат XVI съезда ВКП(б) (1930 г.), мандат № 685 (Зав. отделом ЦК ВКП(б)) 4. Делегат XVII конференции ВКП(б) (1932 г.), мандат № 398 5. Делегат XVII съезда ВКП(б) (1934 г.), мандат № 570 6. Член Моссовета избран дважды от Дзержинского района. Самсонов Тимофей Петрович, крест., род. 1888 Бессарабская губ., рев. работа с 1906 г., а-к (анархо-коммунист), арест. 4 раза: 1906, 1907, 1910, 1917 г.г., суд. 4 раза: Одесса, Суд. Палата в 1908 г., 120 ст., приг. 1½ г. креп[ости?], втор[ично?] тем же суд. в 1909 г., 102 ст., приг. ссылка на пос. (поселение), третий раз в 1910 г. Окр. Суд. за подготовку экспроприа- ции, приг. 5 л. тюр. и в четвёртый раз в 1917 г. в Ливерпуле (Англия) Корон. Суд за антимилитарист. выступление. Отбывал: Хотин, Каменец- Подольск, Кишинёв, Уэльтон; поселение Иркутск. губ. Киренск у. тюр. 5 лет, ссылка 4 года, эмигр. 2 г.; чл. ВКП(б) («Участники русского революционного движения…»; Всесоюзное общество полит. каторжан и сс. поселенцев; Москва, 1927 г.) Маме и папе в гостях у Повстухи (Гвостухи).\nТот же визит: второй кадр.\nПолный лист тетради, стр. 086 — у Гвостухи.\nЧтение Маме и папа в гостях у Гвостухи.\nПодписи на листе:\n(В очках и с усами сидит Гвостуха)\nА на этой снимке мама —\nСестра Геня и брат Тёма (начало, стр. 087–089) Как в рукописи (стр. 086) Маме и папа в гостях у Гвостухи. **[фото, слева и справа]** Групповые снимки в комнате с книжными шкафами. Подписи: (В очках и с усами сидит Гвостуха) А на этой снимке мама — \u0026lt;a id=\u0026#34;genya-tyoma\u0026#34;\u0026gt;\u0026lt;/a\u0026gt; Сестра Геня и брат Тёма (начало, стр. 087–089) Сестра и брат; письмо-стихи Гени, 1936.\nЧтение Сестра и брат Моя сестра\nКак я уже писала, у нас в семье было 3 детей: Геня (1920), Тёма (1923) и я Таня (1926) Геня родилась в Москве в 1920 в феврале, а умерла в 1941. Геня (Евгения) была дочерью отца от первого брака. Его жена умерла, оставив 2х летнюю дочь. Мама приняла её как родную. Мы с братом долгое время не знали, что она наша сводная сестра. Мы вместе росли, не зная различия. Мы были похожи с ней и внешне. Она была талантлива, её тянуло к литературе. В 16 лет она написала «Письмо к сестре», посвящённое мне.\nПисьмо к сестре.\nМилое письмо, Танюша, получила. Оно разбудило всё грусти моей. Твои слова: «Я как тебя люблю.»\nТвоё письмо так полно детской ласки, И в час тоски и грустных дум Я вспоминаю твои глазки, Я так люблю их, так люблю\nНе раз с тобой шутили и играли, Не раз и ссорились из-за пустяков, А голос твой так чист и нежно ласков От него дороже самых милых голосов.\nПиши мне, Таня, дорогая, Я так люблю твои танины письма, Я их читаю отдыхом, Они меня не дают скучать.\nПрощай, сестричка дорогая, Всё только пой и так играй, И будь как прежде дорогая, Весёлая, счастливая, родная.\nЕй было 16 лет. 1 декабря 1936. Звенигород.\nЭто стихотворение Геня прислала мне из санатория, где она лечилась по поводу тубер- кулёза.\nМать Гени, первая жена отца, уехала к [?] [?] [?] [?] [?] [?] к жене в «Петроград» ([?] [?] в 1-ом [?] [?] (Геня родилась в Москве в 1920 [?] [?] [?] [?] [?] [?] Отец женился [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?]\nКак в рукописи (стр. 087) **Сестра и брат** **Моя сестра** Как я уже писала, у нас в семье было 3 детей: Геня (1920), Тёма (1923) и я Таня (1926) Геня родилась в Москве в 1920 в феврале, а умерла в 1941. Геня (Евгения) была дочерью отца от первого брака. Его жена умерла, оставив 2х летнюю дочь. Мама приняла её как родную. Мы с братом долгое время не знали, что она наша сводная сестра. Мы вместе росли, не зная различия. Мы были похожи с ней и внешне. Она была талантлива, её тянуло к литературе. В 16 лет она написала «Письмо к сестре», посвящённое мне. **Письмо к сестре.** Милое письмо, Танюша, получила. Оно разбудило всё грусти моей. Твои слова: «Я как тебя люблю.» Твоё письмо так полно детской ласки, И в час тоски и грустных дум Я вспоминаю твои глазки, Я так люблю их, так люблю Не раз с тобой шутили и играли, Не раз и ссорились из-за пустяков, А голос твой так чист и нежно ласков От него дороже самых милых голосов. Пиши мне, Таня, дорогая, Я так люблю твои танины письма, Я их читаю отдыхом, Они меня не дают скучать. Прощай, сестричка дорогая, Всё только пой и так играй, И будь как прежде дорогая, Весёлая, счастливая, родная. Ей было 16 лет. 1 декабря 1936. Звенигород. Это стихотворение Геня прислала мне из санатория, где она лечилась по поводу тубер- кулёза. Мать Гени, первая жена отца, уехала к [?] [?] [?] [?] [?] [?] к жене в «Петроград» ([?] [?] в 1-ом [?] [?] (Геня родилась в Москве в 1920 [?] [?] [?] [?] [?] [?] Отец женился [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] О сестре Гене, болезнь, работа.\nЧтение [?] ей было лет 21–22, она думала о том, как примет её маленькая девочка, суме- ет ли она принять её и стать матерью. Она очень боялась этой встре- чи и вот встреча. Потом [?] маму в свой номер. По словам мамы она увидела маленькую девочку 1½–2 лет сидящую на кровати, [?] [?] [?] как девочка увидела её, она сказала «Мама!» Мама [?] этот контакт [?] [?] [?] [?] [?] мама [?] [?] [?] [?] [?] в семье моя ([?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Как-то на даче [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?]\nВ детстве мы все трое были очень дружны: играли вместе. [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Но лет в 14–15 с Геной случилось беда. Она заболела тяжёлой болезнью. Что [?] [?] [?] [?] [?] [?] Родители сделали всё чтобы вылечить её. Её отправили то в [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Её взяли в «Пионерскую правду». Она даже печаталась там, но это было недолгое затишье. [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?]\nКак в рукописи (стр. 088) [?] ей было лет 21–22, она думала о том, как примет её маленькая девочка, суме- ет ли она принять её и стать матерью. Она очень боялась этой встре- чи и вот встреча. Потом [?] маму в свой номер. По словам мамы она увидела маленькую девочку 1½–2 лет сидящую на кровати, [?] [?] [?] как девочка увидела её, она сказала «Мама!» Мама [?] этот контакт [?] [?] [?] [?] [?] мама [?] [?] [?] [?] [?] в семье моя ([?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Как-то на даче [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] В детстве мы все трое были очень дружны: играли вместе. [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Но лет в 14–15 с Геной случилось беда. Она заболела тяжёлой болезнью. Что [?] [?] [?] [?] [?] [?] Родители сделали всё чтобы вылечить её. Её отправили то в [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Её взяли в «Пионерскую правду». Она даже печаталась там, но это было недолгое затишье. [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] Письмо-стихи сестре (продолжение / вставка).\nЧтение [вставка / письмо на отдельном листе; края обрезаны]\nМилая и родная моя сестричка! [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?]\n(края листа обрезаны; часть строк не читается)\n← Документы в тетради · Оглавление тетради · Сестра Геня и брат Тёма (стр. 090–098) →\nКак в рукописи (стр. 089) **[вставка / письмо на отдельном листе; края обрезаны]** Милая и родная моя сестричка! [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] [?] *(края листа обрезаны; часть строк не читается)* *← [Документы в тетради](/vospominaniya/dnevnik/09-dokumenty-v-tetradi/) · [Оглавление тетради](/vospominaniya/dnevnik/) · [Сестра Геня и брат Тёма (стр. 090–098)](/vospominaniya/dnevnik/11-prodolzhenie-090-099/) →* ← Документы в тетради · Оглавление тетради · Сестра Геня и брат Тёма →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/10-prodolzhenie-080-089/","summary":"Отец; начало истории сестры Гени.","title":"Продолжение истории Тимофея Петровича; сестра Геня"},{"content":"Вложенное письмо к сестре (листы 089–090): отдельный документ .\nПродолжение рассказа о сестре Гене и брате Тёме: конец письма, судьба Гени, семейные фотографии и воспоминания о брате.\nПо рукописной тетради «Наша родословная. Самсоновы».\nНа стр. 093 брат назван Тимофей Тимофеевич (Тёма); дальше в рукописи о нём часто пишется «Женя».\nПродолжение письма-вставки сестре.\nЧтение [вставка / отдельный лист; правый край обрезан / блик]\nХорошо вышивала[?]. У меня остались твои работы, мне очень[…] Я часто вспоминаю тебя и жалко, что тебя нет. Прости меня, родная, если за что-то не то сделала когда. Я была еще юной и глупой. Прости меня, я так люблю тебя.\nP.S. Ты была талантлива, твои стихи доказательство этому[?]\n(края листа обрезаны; часть окончаний строк не читается)\nКак в рукописи (стр. 090) **[вставка / отдельный лист; правый край обрезан / блик]** Хорошо вышивала[?]. У меня остались твои работы, мне очень[…] Я часто вспоминаю тебя и жалко, что тебя нет. Прости меня, родная, если за что-то не то сделала когда. Я была еще юной и глупой. Прости меня, я так люблю тебя. P.S. Ты была талантлива, твои стихи доказательство этому[?] *(края листа обрезаны; часть окончаний строк не читается)* Судьба сестры Жени, 1939–1941.\nЧтение И она пригласила Женю к себе. Женя уехала. Мама переживала очень, но мы этого не замечали. У мамы был сильный характер. Мама обратилась к известному московскому врачу о том, что Женя собирается замуж. Женя встретила там молодого лейтенанта и видимо, влюбилась. Врач сказал маме: «Ну, что можно сделать? Только не надо заводить детей.»\nКак-то осенью 39-го или 40-го года Женя приехала к нам со своим мужем и она уже ждала ребенка. Для её здоровья это было не к чему, и в это время её [мать? / муж?] уезжает в Магадан и оставляет её одну с маленьким ребенком (родился мальчик, его назвали Кима[?]), это уже было ей не под силу и её здоровье началось ухудшаться. Она приехала к нам в мае 1941 года с сыном. Конечно, у нас сделали всё, чтобы окружить[?] её, ребенка взяла бабушка, чтобы Женя могла ночью спать. Мама обратилась к врачам, но здоровье её здорово ухудшилось. Её лечили, но прошел июнь и 22 июня началась война. Началась эвакуация, и нас родители решили отправить в Куйбышев, где работал её муж. И вот мы отправились: Женя, её сын, бабушка и я. Нас отвозила мама. Мама побыла с нами некоторое время, постаралась устроить нас. Нашли Жене, мужу, нам 2 комнаты в военном общежитии. Мама нашла женщину, которая ухаживала бы за мальчиком. Женю положили в больницу. Мне было 14, а бабушке 77–78 лет. [Первое время ещё успела?] мама уехать, и мы остались с бабушкой с маленьким ребенком. [Николай?] много работал. Женя — в больнице. В начале сентября мальчик заболел дизентерией, его положили в больницу, оттуда он не вернулся. Ему было ме- сяцев 10. Женя об этой утрате нам не говорила. Она была [тихая?]. Я на- вещала её в больнице, но она была слаба. В октябре месяце её не стало. Ей было 21. Вот такая судьба моей сестры. Когда она приехала к нам, то она сказала маме: «Ты — моя мама»[?]. Мне очень жаль, что её нет. Она была мне всегда нужна, хотя в молодости я [несколько?] это понимала. Мне очень жаль, что её нет. Она была хорошая, добрая, талантлива, хорошо пела. Мы с ней были очень похожи. Как-то став перед зеркалом вдвоём, она сказала: «Вот сестра[?] Самсонова[?].»\nКак в рукописи (стр. 091) И она пригласила Женю к себе. Женя уехала. Мама переживала очень, но мы этого не замечали. У мамы был сильный характер. Мама обратилась к известному московскому врачу о том, что Женя собирается замуж. Женя встретила там молодого лейтенанта и видимо, влюбилась. Врач сказал маме: «Ну, что можно сделать? Только не надо заводить детей.» Как-то осенью 39-го или 40-го года Женя приехала к нам со своим мужем и она уже ждала ребенка. Для её здоровья это было не к чему, и в это время её [мать? / муж?] уезжает в Магадан и оставляет её одну с маленьким ребенком (родился мальчик, его назвали Кима[?]), это уже было ей не под силу и её здоровье началось ухудшаться. Она приехала к нам в мае 1941 года с сыном. Конечно, у нас сделали всё, чтобы окружить[?] её, ребенка взяла бабушка, чтобы Женя могла ночью спать. Мама обратилась к врачам, но здоровье её здорово ухудшилось. Её лечили, но прошел июнь и 22 июня началась война. Началась эвакуация, и нас родители решили отправить в Куйбышев, где работал её муж. И вот мы отправились: Женя, её сын, бабушка и я. Нас отвозила мама. Мама побыла с нами некоторое время, постаралась устроить нас. Нашли Жене, мужу, нам 2 комнаты в военном общежитии. Мама нашла женщину, которая ухаживала бы за мальчиком. Женю положили в больницу. Мне было 14, а бабушке 77–78 лет. [Первое время ещё успела?] мама уехать, и мы остались с бабушкой с маленьким ребенком. [Николай?] много работал. Женя — в больнице. В начале сентября мальчик заболел дизентерией, его положили в больницу, оттуда он не вернулся. Ему было ме- сяцев 10. Женя об этой утрате нам не говорила. Она была [тихая?]. Я на- вещала её в больнице, но она была слаба. В октябре месяце её не стало. Ей было 21. Вот такая судьба моей сестры. Когда она приехала к нам, то она сказала маме: «Ты — моя мама»[?]. Мне очень жаль, что её нет. Она была мне всегда нужна, хотя в молодости я [несколько?] это понимала. Мне очень жаль, что её нет. Она была хорошая, добрая, талантлива, хорошо пела. Мы с ней были очень похожи. Как-то став перед зеркалом вдвоём, она сказала: «Вот сестра[?] Самсонова[?].» Женя и Тёма Самсоновы.\n1934 год — «Мне 11 лет».\nНоябрь 1925. Семья Самсоновых.\nПолный лист тетради, стр. 092 — семейные снимки.\nЧтение Подписи к снимкам (см. figures выше):\nЖеня и Тёма Самсоновы.\n1934 год. Мне 11 лет.\nМой брат и сестра (Тёма и Женя). Мне еще тогда не было.\nНоябрь 1925 год. Семья Самсоновых. Бабушка Вера Осиповна Соловьева; Женя; Мама (ей 25 лет); Тёма; Папа (ему 37 лет). Меня еще не было.\nКак в рукописи (стр. 092) **[фото, верх слева]** Двое детей в матросских костюмах. Подпись: Женя и Тёма Самсоновы. **[фото, верх справа]** Портрет юноши (1934). Подписи: 1934 год Мне 11 лет. **[подпись под левым фото]** Мой брат и сестра (Тёма и Женя) Мне еще тогда не было. **[фото, низ]** Семейная группа, ноябрь 1925. Подписи: Ноябрь 1925 год Семья Самсоновых. Бабушка Вера Осиповна Соловьева Женя Мама (ей 25 лет) Тёма Папа (ему 37 лет) Меня еще не было. Брат — Самсонов Тимофей Тимофеевич. «После войны».\nПолный лист тетради, стр. 093 — «Мой брат».\nЧтение Мой брат.\nПодпись у портрета (см. figure выше): После войны.\nМой брат, Самсонов Тимофей Тимофеевич, родился в г. Москве 27 апреля 1923 года.\nНас было трое и мы все были в детстве очень дружны. Мы играли вместе, если слу- чалось дрались, потом опять дружили, ссорились из-за кошки (с кем она будет спать). Однажды для нашего спокой- ствия родители завели нам по котенку, чтобы никому не было обидно. Когда мы играли дома, то Женя всегда изображала со- баку, которая сторожила наш дом. Для этого строи- лась будка, Тёма влезал под стол, на стол накидывалось какое-нибудь покрывало и там жил наш «пес». Однажды играя мы придумали себе дом. Это были шкафы, один шкаф небольшой где были наши книжки, послужил домом для меня. Женя выбрала наш платяной шкаф. Это был город, а Тёма был начальник сторожки, у него были ключи от шкафов. На «день» он нас выпускал, а на «ночь» запирал. Случилось так, что он не смог открыть шкаф, в котором сидела я. Я очень испу- галась что я не выйду из него и начала плакать, приговаривая: «мне душно, мне не хватает воздуха»! Женя испугалась и бросилась на кухню к бабушке, крича: «Таня задыхается». Пришла бабушка и шкаф открыла. Я вышла на свободу.\nТёма пошел в школу, когда еще мы жили на Моховой. Школа находилась на ул. Фрунзе (Знаменка) и его провожали в школу. Здание этой школы старинное, оно стоит до сих пор. Теперь там Центральная детская музыкальная школа. Когда мы с Наташей приходили (Наташа — наша дом. работница), то меня поражала тишина (шли уроки), и я боялась кашлянуть. Потом переезд на ул. Серафимовича и Тёма стал посещать школу им. Менжинского (это где-то в центре). Там же училась Женя.\nНа даче мы большую часть времени проводили на реке. Когда провели канал и Москва-река стала глубокой, то у нас открылась станция «Округ».\nКак в рукописи (стр. 093) **Мой брат.** **[фото, справа]** Мужчина в форме; подпись: *После войны.* Мой брат, Самсонов Тимофей Тимофеевич, родился в г. Москве 27 апреля 1923 года. Нас было трое и мы все были в детстве очень дружны. Мы играли вместе, если слу- чалось дрались, потом опять дружили, ссорились из-за кошки (с кем она будет спать). Однажды для нашего спокой- ствия родители завели нам по котенку, чтобы никому не было обидно. Когда мы играли дома, то Женя всегда изображала со- баку, которая сторожила наш дом. Для этого строи- лась будка, Тёма влезал под стол, на стол накидывалось какое-нибудь покрывало и там жил наш «пес». Однажды играя мы придумали себе дом. Это были шкафы, один шкаф небольшой где были наши книжки, послужил домом для меня. Женя выбрала наш платяной шкаф. Это был город, а Тёма был начальник сторожки, у него были ключи от шкафов. На «день» он нас выпускал, а на «ночь» запирал. Случилось так, что он не смог открыть шкаф, в котором сидела я. Я очень испу- галась что я не выйду из него и начала плакать, приговаривая: «мне душно, мне не хватает воздуха»! Женя испугалась и бросилась на кухню к бабушке, крича: «Таня задыхается». Пришла бабушка и шкаф открыла. Я вышла на свободу. Тёма пошел в школу, когда еще мы жили на Моховой. Школа находилась на ул. Фрунзе (Знаменка) и его провожали в школу. Здание этой школы старинное, оно стоит до сих пор. Теперь там Центральная детская музыкальная школа. Когда мы с Наташей приходили (Наташа — наша дом. работница), то меня поражала тишина (шли уроки), и я боялась кашлянуть. Потом переезд на ул. Серафимовича и Тёма стал посещать школу им. Менжинского (это где-то в центре). Там же училась Женя. На даче мы большую часть времени проводили на реке. Когда провели канал и Москва-река стала глубокой, то у нас открылась станция «Округ». Брат — дача, школа, друзья.\nЧтение (спасшего из воды). Женя проводит там все дни, плавая[?], [дежурными?], а они на- [?] на лодке и следили за купаю- щимися. Однажды эти дежурные угости- ли его водой (а было ему лет 14). Родители были расстроены, но не ругали его. Отец поговорил с ним серьёзно, а потом часто подшучивал над ним. Но это слу- чилось только однажды.\nНадо сказать, что в нашем доме вино не почиталось. Мы никогда не видели, чтобы родители пили вино в нашем присутствии. Мы никогда не видели даже в «подполье» [сосудов?]. [Оно?] [было?] у нас [можно?] в буфете стоять, [вдруг?] в графинчике даже время. Иногда с мороза папа позволял себе выпить одну рюмку.\nЛетом Женя всегда строил шалаши, хорошо играл на пианино, показывал нам разные фокусы. Вечером мы очень любили играть в волейбол и играли хорошо, по-настоящему.\nКогда я пошла в школу, меня опре- делили в школу № 13 недалеко от дома, на Софийской набережной. И мы стали с Женей видеться реже, т. к. я училась в 1-ю смену, а Женя — во 2-ую. Потом мама перевела его в школу, поближе к своей работе, чтобы иметь возможность следить за ним. Мама тогда работала в Железнодорожном райкоме, на Краснопрес- ненской, и Женя ездил туда каждый день.\nНемного позже Женя стал интересоваться фотографией, и в нашем альбоме есть фотографии, снятые им. Хорошо играл в шахматы!\nПотом появились новые друзья у него и у меня. Его лучшие друзья были Лёва Уралов (или Льва), [а Женю он называл Миша?]. Лёва жил в нашем подъезде на 8-ом этаже. Они были очень дружны. К сожалению Лёва погиб во время войны, на фронте.\nА пока они вместе проводили время, вместе [прогуливали?] уроки. А делали они так: Лёва учился в I смену, а Женя — во 2-ую. Они встречались между этажами в подъезде и вместе проводили время в дворе! Они очень хорошо были[?] морячками[?], т. к.\nКак в рукописи (стр. 094) (спасшего из воды). Женя проводит там все дни, плавая[?], [дежурными?], а они на- [?] на лодке и следили за купаю- щимися. Однажды эти дежурные угости- ли его водой (а было ему лет 14). Родители были расстроены, но не ругали его. Отец поговорил с ним серьёзно, а потом часто подшучивал над ним. Но это слу- чилось только однажды. Надо сказать, что в нашем доме вино не почиталось. Мы никогда не видели, чтобы родители пили вино в нашем присутствии. Мы никогда не видели даже в «подполье» [сосудов?]. [Оно?] [было?] у нас [можно?] в буфете стоять, [вдруг?] в графинчике даже время. Иногда с мороза папа позволял себе выпить одну рюмку. Летом Женя всегда строил шалаши, хорошо играл на пианино, показывал нам разные фокусы. Вечером мы очень любили играть в волейбол и играли хорошо, по-настоящему. Когда я пошла в школу, меня опре- делили в школу № 13 недалеко от дома, на Софийской набережной. И мы стали с Женей видеться реже, т. к. я училась в 1-ю смену, а Женя — во 2-ую. Потом мама перевела его в школу, поближе к своей работе, чтобы иметь возможность следить за ним. Мама тогда работала в Железнодорожном райкоме, на Краснопрес- ненской, и Женя ездил туда каждый день. Немного позже Женя стал интересоваться фотографией, и в нашем альбоме есть фотографии, снятые им. Хорошо играл в шахматы! Потом появились новые друзья у него и у меня. Его лучшие друзья были Лёва Уралов (или Льва), [а Женю он называл Миша?]. Лёва жил в нашем подъезде на 8-ом этаже. Они были очень дружны. К сожалению Лёва погиб во время войны, на фронте. А пока они вместе проводили время, вместе [прогуливали?] уроки. А делали они так: Лёва учился в I смену, а Женя — во 2-ую. Они встречались между этажами в подъезде и вместе проводили время в дворе! Они очень хорошо были[?] морячками[?], т. к. 1941; фронт; возвращение с войны.\nЧтение у Лёвы был дядя-моряк. Мальчишки растари- вали[?] брюки и вставляли клинья так, чтобы получились клёши. Они очень гордились этими клёшами. А тельняшек не было. Тогда они брали бумагу и разрисовывали под тельняшку. Потом вставляли эту бумагу под рубашку так, чтобы её было видно.\nДружили с нашими друзьями[?]: Илюшей и Колей Стрелковыми. Так тянуло[сь?] их [теснее?] до июня 1941 года. Женя кончал девятый класс, а Лёва — то ли 8-ой, то ли 9, точно не помню.\nИ вот наступило 22 июня 1941 года. Всё переменилось. В июле мы уехали в эвакуацию, а папа, мама и Женя остались в Москве. Папа [пошёл?] работать на завод «Красный факел», который был на Софийской набережной. Теперь его уже нет. Снесли. И во время воздушных тревог дежурили на крыше «Ударника», сбрасывая вниз зажигательные бомбы.\n16 октября 1941. В Москве — паника. Как я уже писала, мама работала в Железнодорожном райкоме. Было ре- шено вывезти парт. актив из Москвы. Из райкома вызывали машину, она ездила по адресам работников, соби- рая их, а потом доставляла на площадь перед Казанским вокзалом. А потом их загрузили в вагоны, отправили в Тамбовскую область. Мама выехала из Москвы с Тасей и Дусей (наша дом. работница), а папа остался в Москве. Попали они в райцентр Моршанск Тамбовской области, это в 200 км от Тамбова. Оттуда Женя был призван в армию. Сначала он какое-то время обучался в Свердловске, а оттуда — на фронт. Свои фронтовые дни он подробно описал в своей книге «49-й гвардейский минометный». Он прошёл от Сталинграда до Берлина. Был ранен, контужен, но всегда возвращался в свой полк. А после битвы под Сталин- градом (от их полка осталось 20%) их прислали в Москву на формирование. Это было так неожиданно, мы все были счастливы, увидев его на пороге дома. Он был грязный-грязный, в [бане?] были вши. Его тут же посадили в ванну, (Хорошо, что у нас была горячая вода), [втирали?] его бельем. Приняли в\nКак в рукописи (стр. 095) у Лёвы был дядя-моряк. Мальчишки растари- вали[?] брюки и вставляли клинья так, чтобы получились клёши. Они очень гордились этими клёшами. А тельняшек не было. Тогда они брали бумагу и разрисовывали под тельняшку. Потом вставляли эту бумагу под рубашку так, чтобы её было видно. Дружили с нашими друзьями[?]: Илюшей и Колей Стрелковыми. Так тянуло[сь?] их [теснее?] до июня 1941 года. Женя кончал девятый класс, а Лёва — то ли 8-ой, то ли 9, точно не помню. И вот наступило 22 июня 1941 года. Всё переменилось. В июле мы уехали в эвакуацию, а папа, мама и Женя остались в Москве. Папа [пошёл?] работать на завод «Красный факел», который был на Софийской набережной. Теперь его уже нет. Снесли. И во время воздушных тревог дежурили на крыше «Ударника», сбрасывая вниз зажигательные бомбы. 16 октября 1941. В Москве — паника. Как я уже писала, мама работала в Железнодорожном райкоме. Было ре- шено вывезти парт. актив из Москвы. Из райкома вызывали машину, она ездила по адресам работников, соби- рая их, а потом доставляла на площадь перед Казанским вокзалом. А потом их загрузили в вагоны, отправили в Тамбовскую область. Мама выехала из Москвы с Тасей и Дусей (наша дом. работница), а папа остался в Москве. Попали они в райцентр Моршанск Тамбовской области, это в 200 км от Тамбова. Оттуда Женя был призван в армию. Сначала он какое-то время обучался в Свердловске, а оттуда — на фронт. Свои фронтовые дни он подробно описал в своей книге «49-й гвардейский минометный». Он прошёл от Сталинграда до Берлина. Был ранен, контужен, но всегда возвращался в свой полк. А после битвы под Сталин- градом (от их полка осталось 20%) их прислали в Москву на формирование. Это было так неожиданно, мы все были счастливы, увидев его на пороге дома. Он был грязный-грязный, в [бане?] были вши. Его тут же посадили в ванну, (Хорошо, что у нас была горячая вода), [втирали?] его бельем. Приняли в Катюши, Берлин, женитьба, характер.\nЧтение поехал. Но дома он не очень, а потом в январе он вышел со своей постели. С ним при- ходили его родня. Мы всегда встречали их с радостью. Мама, как любая другая мать, хотела что-то сделать для сына, как-то облегчить его участь. У нас был знакомый генерал-лейтенант Павел Александрович. И мама хотела при- строить брата к нему. Но Женя отказался, сказав, что [штабной?] он быть не хочет.\nЖеня всегда был и есть очень честный, принципиальный, порядочный человек.\nВскоре их [опять?] куда-то отправили и мы не видели его уже до конца войны. Он служил на «Катюшах».\nВо время своего пребывания в Москве он встречался со своим лучшим другом детства — Левой. Лева еще был в Москве. Потом его [все?], он попал в военное училище, оттуда он и отбыл на фронт. Вскоре он погиб в бою.\nА для Жени дальше было: битва под Курском, переправа через р. Одер и взя- тие Берлина. Конец войны он встретил в Берлине. Его не сразу отпустили домой, он ещё досиживал какое-то время. Домой он вернулся весной 1947 года. В Берлине он женился на Клавдии Георгиевне Всеволодовой (Сима). Она тоже прошла войну, но в 3-ем эшелоне. Она была Бухгалтером. Она из Воронежа.\nЖеня всегда принимал к нам своих однополчан. Помню в году −43 или −44 у нас жил его товарищ. Он вышел из госпиталя, он потерял ногу. Он был с Украины, из гор. Сумы. Вскоре он уехал домой.\nВесной −45-го приехали два [калеки?], ребята Жени из его «Катюши». Их можно было понять. Они прошли всю войну, вернулись победителями. Они тоже прожили у нас какое-то время, а потом — по домам.\nВ конце войны солдаты с фронта присылали домой посылки с разными вещами. Наш Женя не прислал ни одной. Он говорил: «Нам ничего не нужно. У нас всё есть». Таков его характер.\nКак в рукописи (стр. 096) поехал. Но дома он не очень, а потом в январе он вышел со своей постели. С ним при- ходили его родня. Мы всегда встречали их с радостью. Мама, как любая другая мать, хотела что-то сделать для сына, как-то облегчить его участь. У нас был знакомый генерал-лейтенант Павел Александрович. И мама хотела при- строить брата к нему. Но Женя отказался, сказав, что [штабной?] он быть не хочет. Женя всегда был и есть очень честный, принципиальный, порядочный человек. Вскоре их [опять?] куда-то отправили и мы не видели его уже до конца войны. Он служил на «Катюшах». Во время своего пребывания в Москве он встречался со своим лучшим другом детства — Левой. Лева еще был в Москве. Потом его [все?], он попал в военное училище, оттуда он и отбыл на фронт. Вскоре он погиб в бою. А для Жени дальше было: битва под Курском, переправа через р. Одер и взя- тие Берлина. Конец войны он встретил в Берлине. Его не сразу отпустили домой, он ещё досиживал какое-то время. Домой он вернулся весной 1947 года. В Берлине он женился на Клавдии Георгиевне Всеволодовой (Сима). Она тоже прошла войну, но в 3-ем эшелоне. Она была Бухгалтером. Она из Воронежа. Женя всегда принимал к нам своих однополчан. Помню в году −43 или −44 у нас жил его товарищ. Он вышел из госпиталя, он потерял ногу. Он был с Украины, из гор. Сумы. Вскоре он уехал домой. Весной −45-го приехали два [калеки?], ребята Жени из его «Катюши». Их можно было понять. Они прошли всю войну, вернулись победителями. Они тоже прожили у нас какое-то время, а потом — по домам. В конце войны солдаты с фронта присылали домой посылки с разными вещами. Наш Женя не прислал ни одной. Он говорил: «Нам ничего не нужно. У нас всё есть». Таков его характер. После войны — Воробьёво, книги, пенсия.\nЧтение После возвращения он пошел учиться в школу геодезистов и стал геодезистом. В это время я уже кончила 10 класс и жила у Симы. Некоторое время они жили у мамы, а потом в 1949 г. уехали в Воробьёво, где у Симы были мать и сестра. Вот так Женя оказался в Воробьёво. Там он учился в вечернем ин-те, но по-моему он не закончил его. Детей у них не было, т. к. Сима была боль- на туберкулезом. Ей врачи не рекомендо- вали иметь детей. Женя долгое время работал в каком-то институте (тресте), где он был начальником отдела [изданий?]. Он объездил всю Центральную Россию. Семьи уже нет. Женя — не имеет. К нам он приезжает, навещает нас. Он выпустил две книги об отце и о своем [папке? / полке?]. Первая — «Рядовой ре- волюционер» посвященная «светлой памяти Тимофея Петровича Самсонова», а вторая — «49-ый гвардейский минометный».\nЯ опять повторяю: «Женя был и есть очень порядочный, честный, принципиаль- ный человек. До конца своей жизни он останется коммунистом. Он очень отзывчивый человек, готовый всегда помочь любому, кто нуждался в этом. На работе он пользовался авторитетом и любовью своих коллег.»\nОн очень увлеченный человек. У него хорошие руки. Будучи на пенсии он занялся ещё историей Воробьёва, выступает в школах, где он расска- зывает ребятам о войне, о боевых действиях под Воронежем. Выступал он по местному телевидению на эту же тему. Он член Комитета ветеранов войны, где очень активно работает. А ещё он в большой дружбе с город- ской библиотекой, ему отвели комнату, где он устраивает различные выставки. Например: «ВО-серия российского флота» (ведь наш флот зарождался в Воронеже) Он всё время занят какими-нибудь делами. В Библиотеке он «лечит» книги. Он научился переплетному делу и переплетает книги, которые нуждаются в «ремонте».\nКак в рукописи (стр. 097) После возвращения он пошел учиться в школу геодезистов и стал геодезистом. В это время я уже кончила 10 класс и жила у Симы. Некоторое время они жили у мамы, а потом в 1949 г. уехали в Воробьёво, где у Симы были мать и сестра. Вот так Женя оказался в Воробьёво. Там он учился в вечернем ин-те, но по-моему он не закончил его. Детей у них не было, т. к. Сима была боль- на туберкулезом. Ей врачи не рекомендо- вали иметь детей. Женя долгое время работал в каком-то институте (тресте), где он был начальником отдела [изданий?]. Он объездил всю Центральную Россию. Семьи уже нет. Женя — не имеет. К нам он приезжает, навещает нас. Он выпустил две книги об отце и о своем [папке? / полке?]. Первая — «Рядовой ре- волюционер» посвященная «светлой памяти Тимофея Петровича Самсонова», а вторая — «49-ый гвардейский минометный». Я опять повторяю: «Женя был и есть очень порядочный, честный, принципиаль- ный человек. До конца своей жизни он останется коммунистом. Он очень отзывчивый человек, готовый всегда помочь любому, кто нуждался в этом. На работе он пользовался авторитетом и любовью своих коллег.» Он очень увлеченный человек. У него хорошие руки. Будучи на пенсии он занялся ещё историей Воробьёва, выступает в школах, где он расска- зывает ребятам о войне, о боевых действиях под Воронежем. Выступал он по местному телевидению на эту же тему. Он член Комитета ветеранов войны, где очень активно работает. А ещё он в большой дружбе с город- ской библиотекой, ему отвели комнату, где он устраивает различные выставки. Например: «ВО-серия российского флота» (ведь наш флот зарождался в Воронеже) Он всё время занят какими-нибудь делами. В Библиотеке он «лечит» книги. Он научился переплетному делу и переплетает книги, которые нуждаются в «ремонте». Поздравления от Саши.\nЧтение [вклейка, верх — чёрные чернила]\nТаня, любимая! Счастья тебе и здоровья! Пусть все беды остаются в 1931 г. Я люблю тебя. Понадеюсь[?], живи в покое, удовольствии, без огорчений! Чтоб было всё хорошо. Целую и люблю твой Саша [росчерк]\n[подпись альбома, справа, синие чернила; красные подчёркивания]\nПоздравление с Новым годом от Саши,\n[вклейка, низ — синие чернила]\nТаня! Я тебя люблю! Саша\n[подпись автора альбома]\nНе помню в связи с каким событием он написал мне. Я тоже его люблю.\n← Тимофей Петрович; сестра Геня (стр. 080–089) · Оглавление тетради · Дядя Тёма: документы и Сталинград →\nКак в рукописи (стр. 098) **[вклейка, верх — чёрные чернила]** Таня, любимая! Счастья тебе и здоровья! Пусть все беды остаются в 1931 г. Я люблю тебя. Понадеюсь[?], живи в покое, удовольствии, без огорчений! Чтоб было всё хорошо. Целую и люблю твой Саша [росчерк] **[подпись альбома, справа, синие чернила; красные подчёркивания]** Поздравление с Новым годом от Саши, **[вклейка, низ — синие чернила]** Таня! Я тебя люблю! Саша **[подпись автора альбома]** Не помню в связи с каким событием он написал мне. Я тоже его люблю. *← [Тимофей Петрович; сестра Геня (стр. 080–089)](/vospominaniya/dnevnik/10-prodolzhenie-080-089/) · [Оглавление тетради](/vospominaniya/dnevnik/) · [Дядя Тёма: документы и Сталинград](/vospominaniya/dnevnik/12-brat-front-103-108/) →* ← Продолжение истории Тимофея Петровича; сестра Геня · Оглавление тетради · Дядя Тёма: документы и Сталинград →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/11-prodolzhenie-090-099/","summary":"Геня; брат Тёма.","title":"Сестра Геня и брат Тёма"},{"content":"Документы и свидетельства брата Тимофея Тимофеевича (Тёмы) военных лет.\nФронтовые письма — коллекция «Письма с фронта» Удостоверение: «За оборону Сталинграда» Событие: Оборона Сталинграда Не путать с отцом Тимофеем Петровичем (биография ) Ниже — снимок из тетради и указатели к документам. Полные тексты писем и бланка — на отдельных страницах.\nЭкзамен по гражданской обороне Экзамен по гражданской обороне.\nЧтение Экзамен по гражданской обороне.\nКак в рукописи (стр. 101) Экзамен по гражд. обороне. Стр. 102 — alternate scan того же снимка, что на стр. 101. Отдельным публичным кадром не показываем.\nФронтовые письма (коллекция) Письма с этих листов тетради опубликованы как отдельные документы:\nЛист Документ 103 11.08.1943 — подпись «Дмитрий» 104 28.07.1944 — «Дмитрий», повреждённый лист 105–106 14.06.1943 — Тимоша, лицо и оборот 107 13.07.1944 — Тимоша Дмитрий (103–104): карточка — фамилия и точная связь с семьёй пока не установлены; не отождествлять с другими Дмитриями и не приравнивать к Тимоше / Тёме.\nТимоша (105–107): форма имени из письма; см. Самсонов Т. Т. — не смешивать автоматически с домашним «Тёма» без контекста тетради.\nВсе письма: «Письма с фронта» .\nУдостоверение «За оборону Сталинграда» Отдельная страница документа:\nУдостоверение — Самсонов Тимофей Тимофеевич На бланке: указ 22.12.1942; запись о вручении 23.09.1943; 79-й гвардейский миномётный полк.\nПолучатель — Тимофей Тимофеевич, не Тимофей Петрович.\nСвязанные материалы Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма) Дмитрий — письма 103–104 (не Тёма) Письма с фронта Удостоверение «За оборону Сталинграда» Оборона Сталинграда Не Самсонов Тимофей Петрович ← Сестра Геня и брат Тёма · Оглавление тетради · Таня: детство и школа →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/12-brat-front-103-108/","summary":"Документы дяди Тёмы и Сталинград.","title":"Дядя Тёма: документы и Сталинград"},{"content":"По рукописной тетради «Наша родословная. Самсоновы». Голос Татьяны Тимофеевны; неразборчивое — в квадратных скобках.\nРождение, семья, детство Таня Самсонова (Кривошеина) Татьяна Тимофеевна родилась 2 сентября 1926 в г. Москве.\nВ это время моя семья жила в «Метрополе» (это был I-й дом Советов) номер 405 или 407. Родилась я в роддоме им. Грузимана[?] (на Арбате) где 31 год спустя родился мой младший сын.\nРодилась я в семье служащих. Отец мой, Самсонов Тимофей Петрович, был активным борцом за дело революции. Подробно биографию отца описал мой брат в своей книге «Рядовой революции». Мама моя Самсонова (Морозова) Евдокия Константиновна (или как звал её отец «Ева») была служащей, а затем партработником. Себе я помню лет с 3х-4х. Многое, что я помню, я описала в своих рассказах о маме, папе, сестре и брате. В детстве мы были очень дружны: вместе играли, дрались, мирились… Детство моё было прекрасным, о нём я вспоминаю с теплотой. Я благодарна своим родителям за их любовь, теплоту, внимание, заботу. Конечно, как самую младшую меня баловали. Мы в детстве не знали лишений. Наша «команда» (брат и сестра и я) была очень дружной. Вспоминается как-то летом на даче мы в чем-то провинились, и бабушка пожаловалась родителям, когда они приехали с работы. Мама очень рассердилась и наказала страшно, а я к ним примкнула. Мама поставила нас под балконом, а сами мы стали строем: Гена, Леля и я. А мама подошла к окну, смотрела на нас, чтобы мы смирно стояли и крикнула: «Руки по швам!» А в это время мимо проходила бабушка, а я ей сказала: «Чтоб ты пропала, старая!» (мне было лет 5). Потом нас простили, т.к. начинался дождик. Помню, у нас была собака ирландский сеттер, она была рыжая и звали её «Лавка» (Папа еще в то время иногда занимался охотой). Это была добрейшая и очень умная собака. Как-то я сидела на лестнице, ведущей на балкон, и плакала. По какому поводу – не помню. Ко мне подошла сзади Лавка и начала лизать мне волосы, а потом лицо. Мне ужас как хотелось плакать. Я обняла её и мы долго сидели вместе на ступеньках!\nКогда мы еще жили на Воздвиженке, у нас была дом. работница Наташа. Мне было наверно лет 2–3. Иногда у меня бывали итальянки[?] мокрые. Она стеснялась их и больно шлепала меня. Когда это случалось, я забиралась под кровать и сидела там тихо-тихо. Потом мне тоже хотелось стать няней и также шлепать мам[?]. А также я хотела быть прачкой и стирать белье.\nГулять нас водили в Александровский сад. Там не было так многолюдно, как сейчас. Если была зима, то мы катали с горок, а если осень [зачёркнуто], в саду было много опавших листьев и луж. Конечно, мы с удовольствием шлёпали по лужам, загребая листья. Иногда папа проводил нас в Кремль. (тогда он был закрыт для публики) У папы был пропуск и он нас водил туда. Это было тогда, когда мы жили на Воздвиженке.\nМы жили на 4 этаже, поднимались пешком, т.к. там тогда лифта не было. Перила на лестнице были красиво сделаны. Красивое литьё с каким-то узором. Однажды я просунула голову в отверстие в этом рисунке, потом подняла голову и она у меня застряла. Я попробовала освободиться, но не тут-то было. Я не могла вынуть голову. Я заплакала, а вместе со мной и Леля. Потом я как-то сумела освободиться…\nПотом мы переехали в новый дом на ул. Серафимовича [подъезд и номер квартиры скрыты]. Окна у нас выходили на Москву-реку и на задний двор, который мы называли «вонючкой». Первая девочка, с которой я познакомилась, была Раиса Фишер. Она тоже жила в этом подъезде, только на 9-ом этаже. Оказалось, что наши родители (особенно отцы) были хорошо знакомы. А потом я познакомилась с Мариной Тахер (Ушевой), она жила в 10 подъезде. Она объявила мне «У меня умер папа, а мама сидит у бабушки и плачет.» Позже Марина получила учёную степень [подробности в публичной версии не уточняем]. А потом в доме отдыха «Волынское», где мы были с мамой, я познакомилась с Наташей Сорокиной. Она тоже жила в 10 подъезде на 7 этаже. Мы с ней подружились. Мы себе играли вместе. Вместе нас учила читать и писать милая женщина Зинаида Николаевна (она видимо, была учительницей). Она была у Наташи вроде гувернантки. Вспоминается один случай. Это было еще до школы. Я была у Наташи, нас накормили, А потом её папа уложил нас отдыхать на большой диван. И оставил нас. Мне ужасно это не понравилось, и я решила убежать. Я тихонько встала с дивана, тихонько открыла дверь и «ворвалась» на свободу. Наташа и позже оставалась связана с нашим домом [точные нынешние подъезд и учёная степень в публичной версии не приводим].\nНа даче я [зачёркнуто] тоже отличалась. Мне, помню, было года 4. На соседней даче (№1) жили Крыловы и Мильчаковы. У Мильчаковых был сын Толя. В то время он был уже большой мальчик. Он пошел на речку удить рыбу. А я, и что мне взбрело в голову, пошла к ним и сказала: «Ваш Толя утонул!» Там начался переполох, конечно. Побежали на речку, Толю нашли. Зачем я это сделала? Не знаю. Объяснить не могу.\nЯ всю жизнь люблю воду. Люблю купаться где только можно. Мама рассказывала, что когда мне было месяцев 9-10, она брала меня на речку, на пляж. Посадит меня, говоря: «Сиди, никуда не ходи.» А сама шла купаться. Москва-река тогда была мелкой, её можно было перейти в брод. Только мама отходила от меня, я вставала и влезала в воду. (а мне ж в 9-10 месяцев). Когда люди начинали кричать: «Чья девочка? Чья девочка?» Мама, конечно, знала, что это её дитё. Уже в преклонном возрасте я, когда могу, купаюсь. Только вот нога не позволяет. (артрит).\nЯ рано научилась кататься на коньках. Как я уже писала, научилась я кататься в д/о «Волынское» где мы были с мамой. И помог мне научиться Ротенгольц, он тоже отдыхал там. (Я еще не ходила в школу).\n[зачёркнуто: Потом] В 8 лет меня определили в школу №19, что на Софийской набережной. Я пошла в школу уже умея писать и читать. Наша школа – это старое здание, как раз напротив Кремля. До революции это был пансион для девочек, где готовили домашних учительниц. В этом пансионе в молодые годы музыку преподавал сам Рахманинов.\nИ вот я в 1-ом классе. Нас собрали во дворе школы. Меня привела мама. Нас с Раисой поставили в пару и повели в школу. Нашей учительницей была славная Нина Ивановна Авдеева. Она была уже в возрасте. Наш класс был 19 Это была добрая, умная, опытная учительница. Она никогда не повышала на нас голоса. Она любила детей и мы ей отвечали тем же. В большую перемену нас выводили в буфет. Всё делали организованно, без сутолоки, без криков и толкотни. В это лето у нас в квартире был ремонт, и мы еще жили на даче. Мама попросила разрешения не приводить меня в школу дней 7-10, объяснив, что я уже \u0026ldquo;грамотная\u0026rdquo;: умею читать, писать и считать. Разрешение было получено, и я пришла в школу через дней 10. Я вошла в класс, села за парту рядом с Раисой (так нас посадили 1-го сентября), оказалось, что моё место занято и меня посадили еще с кем-то, не помню Нина Ивановна очень много нам читала о природе (Бианки и др), умела чистописать \u0026ldquo;капель, волосяная линия\u0026rdquo; ( У нас был отдельный урок чистописания). Воспоминаю свою первую учительницу с теплотой и благодарностью. Она нас многому научила. Спасибо ей.\nВ младших классах нас провожали в школу и встречали. Не знаю почему, но меня во дворе мальчишки звали \u0026ldquo;Варвара\u0026rdquo;. Когда я шла из школы, они кричали: \u0026ldquo;Варвара\u0026rdquo; идет!\u0026quot; Я в ужасе махала портфелем в разные стороны, бегала за ними. Вообще я была очень непоседливая, подвижная и смешливая девчонка. Я легко лазила через заборы, хорошо плавала, дралась…!\nИ вот прошли 4 года, и мы очутились в 5-ом классе. Нашим классным руководителем была Зинаида Николаевна Ган[?] преподаватель русского языка. Ходили слухи, что она была прежде актрисой. Хорошо помню, как на уроке литературы она, объясняя нам былины и народные сказания, пела русские песни. И мы сидели, как вкопанные.\nОбъясняя правила грамматики ( правописание суффиксов прилаг. \u0026ldquo;ан\u0026rdquo;, \u0026ldquo;ян\u0026rdquo;) она подходила к окну и, указывая на стекло, раму и подоконник говорила: \u0026ldquo;Стеклянный, оловянный, деревянный\u0026rdquo; - исключения и пишутся с 2 \u0026ldquo;НН\u0026rdquo;\nМы уже в это время были пионерами, нашей пионервожатой была Галя Челищева из 8 или 9-го класса. Она много проводила с нами времени, да мы и сами были очень активны. Наше звено: Инна Гребнева, Марина Такхер, Кира Пронуцкая, и да еще какие-то мальчики (не помню кто) были самыми активными: мы каждый день выпускали свою газету \u0026ldquo;Красный галстук\u0026rdquo;. (Мы все собирались у Инны дома), проводили сборы, часто ходили в театр. Раньше на Театральной площади, напротив Малого театра был Центральный детский театр. Вот туда-то мы и ходили почти всем звеном. В праздники мы всегда украшали наш класс. В школу мы ходили всегда вместе: Инна, Зоя Жертунова, Марина и я. Мы собирались около 13-го подъезда, где жила Инна на 2-ом этаже. Иногда мы стучали ей в окно, А потом всей компанией шли в школу. Во 2-ом дворе, где магазин, был фонтан. И, конечно, когда он не работал, мы лазили туда. Однажды не то осенью, не то весной в фонтане была вода и льдинки. Мы там, конечно, хотели походить по этим льдинкам, но наша обувь не подходила для этого. А случилось это перед занятиями, утром. А вот у Инны были резиновые ботики, она пошла вперед, ( она была водолазом) чтобы измерить глубину. Она прошла весь фонтан, а перед тем как вылезти из него, она оступилась и со всего размаху полетела спиной в воду. Мы кинулись её поднимать, вылезла, ей пришлось идти домой и переодеться. Мы её дружно ждали. Иногда зимой перед занятиями мы дружно в 7³⁰ шли на каток на \u0026ldquo;церковке\u0026rdquo; и катались до 8, а потом переодевшись шли в школу.\nУчилась я хорошо, но ужасно не любила математику. (Тогда был учебник Киселёва[?]) Я его ненавидела всей душой! что-то откуда-то выплывает и всплывает, кто-то отправился в пункт А в пункт Б и т.д. Закончив 5-ый класс я с преогромным удовольствием утопила этот учебник в Москве - реке.\nНаша компания была очень дружной. Иногда собрав немного денег, мы ходили в парке \u0026ldquo;Морозовка\u0026rdquo;, это не у Горького и покупали себе мороженое. Выбирали по незнакомым нам названиям: \u0026ldquo;Ту[т?], фрукты, сандве и. т. д.\nИногда в начале лета мы ездили друг другу на дачу ( к Зоре Грановско[й?] к Инне Гребневой и наоборот).\n37-38 годы мы переживали по-своему. Мы никак не могли понять куда девались люди и почему они были врагами народа. А учились мы в 3 или 4 классе. Из нашего класса исчезла Нина Сидорова, а из нашего подъезда – Павловские, Розенгольц, Каллинович, Миля Мулина, Пухалевские, Светлана Хана, Мелендук, Бененсон, Нина Цыто\u0026hellip; У нас в учебнике истории были портреты Пухалевого, Егорова, Блюхера. Мы в лучшем случае заклеивали их. А потом нам всюду казались шпионы. И у нас в доме появилась новая жиду[?]. В нашем классе это была Леля Кабукова. Нас поразило то, как она была одета. До этого мы не обращали внимания на одежду. Вокруг нас взрослые и дети были одеты одинаково. А здесь у девочки котиковое манто, которое не сдавали в раздевалку а уносили домой и приносила после уроков их дом.работница Паша. И это в 4-ом классе! Однажды Леля пригласила меня к себе (жили они в 1-ом подъезде на 5-ом этаже). Дело было днем. Отец её, Богдан Захарович, был дома. Он спросил как меня зовут и, когда он услышал, что моя фамилия \u0026ldquo;Самсонова\u0026rdquo;, он сказал: \u0026ldquo;Да, я знал твоего отца, когда вас еще не было\u0026rdquo; Я была прелестна[?] в том доме. Но без свободы бедная Лелька была ограничена: гулять во двор её не пускали.\nНаш двор. Прежде чем писать о том, как мы проводили время во дворе, надо сказать о том, что во дворе было всегда много детей, не то что сейчас. Имели мы в приятелях друзей и большие, и маленькие. Зимой у нас был каток и горка на Церковке. Весной и осенью катались на велосипедах, играли в волейбол и разные игры: \u0026ldquo;Оры и чаруки\u0026rdquo;, \u0026ldquo;Казаки и разбойники\u0026rdquo;, \u0026ldquo;Штандарт\u0026rdquo; и еще, что забыла. А то просто ходили по кру- во дворе: из одного двора в другой.\nНаш клуб.\nНаш клуб помещался в 3-м подъезде на 1-ом этаже. Вход был и со двора, и с улицы. Заведывала клубом Марта Яковлевна Рубен. Славная была тетенька. Добрая. к ребятам относилась очень хорошо. Вот сейчас я думаю, как она могла выносить наш крик и гам. В клубе всегда было много ребят. Зимой во дворе было холодно, и все валили в клуб. В клубе было 5 комнат. Одна небольшая — кабинет Марты Яковлевны, вторая — игровая: посередине стоял стол, а на нем небольшой биллиард с шарами. Шариками, были столики для шахмат и шашек. В третьей комнате занимались различными кружками. Мы с Инной занимались в авиамодельном. Был довольно большой зал со сценой. В клубе были различные кружки: фото, музыкальный, ритмика, драматический, [зачёркнуто: Кра] военно-морской.\nДрамкружок, как помню, ставил 2 пьесы: \u0026ldquo;Совы\u0026rdquo; и \u0026ldquo;Любовь Яровая\u0026rdquo;. В пьесе \u0026ldquo;Любовь Яровая\u0026rdquo; принимали участие мы с Инной. Она играла старуху-мать, которая ищет своих сыновей, а я — Дуньку. Любовь Яровую играла Неля[?], Ярового — сын Марты Як. Игорь, и другие. Пьеса имела успех. Потом у Нели Шабуровой родилась идея: поставить \u0026ldquo;Бахчисарайский фонтан\u0026rdquo;. (В то время Неля училась в балетной школе). Я тоже принимала участие в этой постановке ( я была одной из жен хана) Марию исполняла, конечно, Неля. А музыкой заведывала Надя Пиндина. У нас не было партитуры балета, и музыку она подбирала сама: и Чайкова, и Шуберта, и др. Костюмы тоже делали сами, а также и декорации. Балет тоже имел успех. А вечерами собиралась молодежь постарше. Проводились занятия военноморского кружка, иногда бывали и танцы. Но это все было для старших, а не для малышей. Сколько радости и пользы приносил наш клуб. В наш клуб приходили не только ребята нашего двора, но и ребята из соседних дворов. Как я уже писала мы были очень активны. Когда с Толей Воздвиженским пацанами (Наташа, Шурик, Федор, Кречкин), мы выпустили прекрасную газету. Потом мы узнали, адрес Наташенька, купили цветы и отправились к нему домой. Позвонили в дверь, нам открыли, вроде Наташи не было дома, мы передали цветы. И все же нам удалось увидеть пса Веселого, которого тоже били на Полюсе.\nВо время в событий в Испании мы тоже не остались в стороне. В Москве был открыт музей, посвященный событиям в Испании. Он находился в Лопухинском переулке, у Кропоткинской ( Пречистенка) улицы. Мы узнали через Антонину маму, что туда приедет делегация из Испании. Несколько человек наших отправились туда. Нас не пропустили, но делегации все не было и не было, мы сидели на ступеньках лестницы и ждали. Потом нам захотелось есть, мы купили буханку черного хлеба и еще сидели на ступеньках, уплетали. Как раз в это время появилась делегация. Им показали музей, затем их пригласили к столу, а нас построили и вывели к ним в зал. Мы что-то говорили, а потом повесили им свои галстуки. А они нам дали небольшие презенты.\nНедалеко шофера была фабрика \u0026ldquo;Красный Октябрь\u0026rdquo;. Нас водили туда на экскурсии, где мы могли есть [зачёркнуто] даром конфеты, сколько душа пожелает. А в предпраздничные дни нас приглашали в клуб фабрики, где мы принимали участие в концерте, за что нас опять кормили конфетами.\nОдним словом мы откликались на любые события, которые происходили в стране. А нам в это время было лет 11–12.\n6-ой класс \u0026ldquo;а\u0026rdquo;. Успеваемость хорошая, а дисциплина – хуже быть не может. Особенно на уроках физики. Мы за что-то не взлюбили учительницу, и она, бедная, ничего не могла сделать с нашим классом. Может быть из-за того, что у нее было немного странное произношение /в.м. \u0026ldquo;Сообщающиеся сосуды называются такие сосуды\u0026rdquo;– говорит она, а мы умирали от хохота. Как-то перед ее уроком мы сдвинули все парты, закрыв проход. И как раз было на урок пришел директор. А в это время в дверь прокричала чья-то Аля Казакова, ученица 6„б\u0026rdquo;, помогла нам. В конце концов собрали родительское\nсобрание и решили разделить наш класс, слив его с 6„б\u0026quot;. В конце уч. года так было и сделано. Я попала в 7„б\u0026quot;, а также Кира Троянская, Таня Розенберг, Лева Мадерян и еще кто-то, не помню. Это явилось наказанием для нашего дружного класса за плохую дисциплину. Ну, чего делать? Все равно все уроки мы были вместе.\nЛежат: Таня Смирнова, Ира Воронина I-ый ряд сидят: 1. Таня Розенберг 2. Светлана Богородская 3. Инна Гребнева 4. Марина Такер (Усиева) 5. Зоя Мартынова 6. Таня Самсонова 7. Стелла Бургафт 8. —\nII ряд (сидят) 1. Леля Кобукова 2. Роза Кохлова 3. — 4. Панова Зинаида Николаевна 5. Надя Степанова 6. Валя Шевченко 7. Галя Костырева 8. Нонна Иванова\nIII ряд (стоят) 1. Валя Иванова 6. Лиля Маталова 2. Люда Смирнова 7. Вова Волков 3. Раиса Фишер 8. Женя Зайцев 4. Зоря Граховская 9. Олег Марабочкин. 5. Кира Пронюкай\nКлассное фото Наш 6 «а». Подписи к рядам — на листе тетради.\nРукопись по страницам Как в рукописи (стр. 109) Таня Самсонова (Кривошеина) Татьяна Тимофеевна родилась 2 сентября 1926 в г. Москве. В это время моя семья жила в «Метрополе» (это был I-й дом Советов) номер 405 или 407. Родилась я в роддоме им. Грузимана[?] (на Арбате) где 31 год спустя родился мой младший Сын Сергей. Родилась я в семье служащих. Отец мой, Самсонов Тимофей Петрович, был активным борцом за дело революции. Подробно биографию отца описал мой брат в своей книге «Рядовой революции». Мама моя Самсонова (Морозова) Евдокия Константиновна (или как звал её отец «Ева») была служащей, а затем партработником. Себе я помню лет с 3х-4х. Многое, что я помню, я описала в своих рассказах о маме, папе, сестре и брате. В детстве мы были очень дружны: вместе играли, дрались, мирились… Детство моё было прекрасным, о нём я вспоминаю с теплотой. Я благодарна своим родителям за их любовь, теплоту, внимание, заботу. Конечно, как самую младшую меня баловали. Мы в детстве не знали лишений. Наша «команда» (брат и сестра и я) была очень дружной. Вспоминается как-то летом на даче мы в чем-то провинились, и бабушка пожаловалась родителям, когда они приехали с работы. Мама очень рассердилась и наказала страшно, а я к ним примкнула. Мама поставила нас под балконом, а сами мы стали строем: Гена, Леля и я. А мама подошла к окну, смотрела на нас, чтобы мы смирно стояли и крикнула: «Руки по швам!» А в это время мимо проходила бабушка, а я ей сказала: «Чтоб ты пропала, старая!» (мне было лет 5). Потом нас простили, т.к. начинался дождик. Помню, у нас была собака ирландский сеттер, она была рыжая и звали её «Лавка» (Папа еще в то время иногда занимался охотой). Это была добрейшая и очень умная собака. Как-то я сидела на лестнице, ведущей на балкон, и плакала. По какому Как в рукописи (стр. 110) поводу – не помню. Ко мне подошла сзади Лавка и начала лизать мне волосы, а потом лицо. Мне ужас как хотелось плакать. Я обняла её и мы долго сидели вместе на ступеньках! Когда мы еще жили на Воздвиженке, у нас была дом. работница Наташа. Мне было наверно лет 2–3. Иногда у меня бывали итальянки[?] мокрые. Она стеснялась их и больно шлепала меня. Когда это случалось, я забиралась под кровать и сидела там тихо-тихо. Потом мне тоже хотелось стать няней и также шлепать мам[?]. А также я хотела быть прачкой и стирать белье. Гулять нас водили в Александровский сад. Там не было так многолюдно, как сейчас. Если была зима, то мы катали с горок, а если осень [зачёркнуто], в саду было много опавших листьев и луж. Конечно, мы с удовольствием шлёпали по лужам, загребая листья. Иногда папа проводил нас в Кремль. (тогда он был закрыт для публики) У папы был пропуск и он нас водил туда. Это было тогда, когда мы жили на Воздвиженке. Мы жили на 4 этаже, поднимались пешком, т.к. там тогда лифта не было. Перила на лестнице были красиво сделаны. Красивое литьё с каким-то узором. Однажды я просунула голову в отверстие в этом рисунке, потом подняла голову и она у меня застряла. Я попробовала освободиться, но не тут-то было. Я не могла вынуть голову. Я заплакала, а вместе со мной и Леля. Потом я как-то сумела освободиться… Потом мы переехали в новый дом на ул. Серафимовича [подъезд и № квартиры скрыты]. Окна у нас выходили на Москву-реку и на задний двор, который мы называли «вонючкой». Первая девочка, с которой я познакомилась, была Раиса Фишер. Она тоже жила в этом подъезде, только на 9-ом этаже. Оказалось, что наши родители (особенно отцы) были хорошо знакомы. А потом я познакомилась с Мариной Тахер (Ушевой), она жила в 10 подъезде. Она объявила мне «У меня умер папа, а мама сидит у бабушки и плачет.» Позже Марина получила учёную степень [не уточняем в public]. А потом в доме отдыха «Волынское», где мы были с мамой, я познакомилась Как в рукописи (стр. 111) с Наташей Сорокиной. Она тоже жила в 10 подъезде на 7 этаже. Мы с ней подружились. Мы себе играли вместе. Вместе нас учила читать и писать милая женщина Зинаида Николаевна (она видимо, была учительницей). Она была у Наташи вроде гувернантки. Вспоминается один случай. Это было еще до школы. Я была у Наташи, нас накормили, А потом её папа уложил нас отдыхать на большой диван. И оставил нас. Мне ужасно это не понравилось, и я решила убежать. Я тихонько встала с дивана, тихонько открыла дверь и «ворвалась» на свободу. Наташа и позже оставалась связана с нашим домом [точные нынешние подъезд и степень — не в public]. На даче я [зачёркнуто] тоже отличалась. Мне, помню, было года 4. На соседней даче (№1) жили Крыловы и Мильчаковы. У Мильчаковых был сын Толя. В то время он был уже большой мальчик. Он пошел на речку удить рыбу. А я, и что мне взбрело в голову, пошла к ним и сказала: «Ваш Толя утонул!» Там начался переполох, конечно. Побежали на речку, Толю нашли. Зачем я это сделала? Не знаю. Объяснить не могу. Я всю жизнь люблю воду. Люблю купаться где только можно. Мама рассказывала, что когда мне было месяцев 9-10, она брала меня на речку, на пляж. Посадит меня, говоря: «Сиди, никуда не ходи.» А сама шла купаться. Москва-река тогда была мелкой, её можно было перейти в брод. Только мама отходила от меня, я вставала и влезала в воду. (а мне ж в 9-10 месяцев). Когда люди начинали кричать: «Чья девочка? Чья девочка?» Мама, конечно, знала, что это её дитё. Уже в преклонном возрасте я, когда могу, купаюсь. Только вот нога не позволяет. (артрит). Я рано научилась кататься на коньках. Как я уже писала, научилась я кататься в д/о «Волынское» где мы были с мамой. И помог мне научиться Ротенгольц, он тоже отдыхал там. (Я еще не ходила в школу). [зачёркнуто: Потом] В 8 лет меня определили в школу №19, что на Софийской набережной. Я пошла в школу уже умея писать и читать. Наша школа – это старое здание, как раз напротив Кремля. До революции это Как в рукописи (стр. 112) был пансион для девочек, где готовили домашних учительниц. В этом пансионе в молодые годы музыку преподавал сам Рахманинов. И вот я в 1-ом классе. Нас собрали во дворе школы. Меня привела мама. Нас с Раисой поставили в пару и повели в школу. Нашей учительницей была славная Нина Ивановна Авдеева. Она была уже в возрасте. Наш класс был 19 Это была добрая, умная, опытная учительница. Она никогда не повышала на нас голоса. Она любила детей и мы ей отвечали тем же. В большую перемену нас выводили в буфет. Всё делали организованно, без сутолоки, без криков и толкотни. В это лето у нас в квартире был ремонт, и мы еще жили на даче. Мама попросила разрешения не приводить меня в школу дней 7-10, объяснив, что я уже \u0026#34;грамотная\u0026#34;: умею читать, писать и считать. Разрешение было получено, и я пришла в школу через дней 10. Я вошла в класс, села за парту рядом с Раисой (так нас посадили 1-го сентября), оказалось, что моё место занято и меня посадили еще с кем-то, не помню Нина Ивановна очень много нам читала о природе (Бианки и др), умела чистописать \u0026#34;капель, волосяная линия\u0026#34; ( У нас был отдельный урок чистописания). Воспоминаю свою первую учительницу с теплотой и благодарностью. Она нас многому научила. Спасибо ей. В младших классах нас провожали в школу и встречали. Не знаю почему, но меня во дворе мальчишки звали \u0026#34;Варвара\u0026#34;. Когда я шла из школы, они кричали: \u0026#34;Варвара\u0026#34; идет!\u0026#34; Я в ужасе махала портфелем в разные стороны, бегала за ними. Вообще я была очень непоседливая, подвижная и смешливая девчонка. Я легко лазила через заборы, хорошо плавала, дралась…! И вот прошли 4 года, и мы очутились в 5-ом классе. Нашим классным руководителем была Зинаида Николаевна Ган[?] преподаватель русского языка. Ходили слухи, что она была прежде актрисой. Хорошо помню, как на уроке литературы она, объясняя нам былины и народные сказания, пела русские песни. И мы сидели, как вкопанные. Как в рукописи (стр. 113) Объясняя правила грамматики ( правописание суффиксов прилаг. \u0026#34;ан\u0026#34;, \u0026#34;ян\u0026#34;) она подходила к окну и, указывая на стекло, раму и подоконник говорила: \u0026#34;Стеклянный, оловянный, деревянный\u0026#34; - исключения и пишутся с 2 \u0026#34;НН\u0026#34; Мы уже в это время были пионерами, нашей пионервожатой была Галя Челищева из 8 или 9-го класса. Она много проводила с нами времени, да мы и сами были очень активны. Наше звено: Инна Гребнева, Марина Такхер, Кира Пронуцкая, и да еще какие-то мальчики (не помню кто) были самыми активными: мы каждый день выпускали свою газету \u0026#34;Красный галстук\u0026#34;. (Мы все собирались у Инны дома), проводили сборы, часто ходили в театр. Раньше на Театральной площади, напротив Малого театра был Центральный детский театр. Вот туда-то мы и ходили почти всем звеном. В праздники мы всегда украшали наш класс. В школу мы ходили всегда вместе: Инна, Зоя Жертунова, Марина и я. Мы собирались около 13-го подъезда, где жила Инна на 2-ом этаже. Иногда мы стучали ей в окно, А потом всей компанией шли в школу. Во 2-ом дворе, где магазин, был фонтан. И, конечно, когда он не работал, мы лазили туда. Однажды не то осенью, не то весной в фонтане была вода и льдинки. Мы там, конечно, хотели походить по этим льдинкам, но наша обувь не подходила для этого. А случилось это перед занятиями, утром. А вот у Инны были резиновые ботики, она пошла вперед, ( она была водолазом) чтобы измерить глубину. Она прошла весь фонтан, а перед тем как вылезти из него, она оступилась и со всего размаху полетела спиной в воду. Мы кинулись её поднимать, вылезла, ей пришлось идти домой и переодеться. Мы её дружно ждали. Иногда зимой перед занятиями мы дружно в 7³⁰ шли на каток на \u0026#34;церковке\u0026#34; и катались до 8, а потом переодевшись шли в школу. Училась я хорошо, но ужасно не любила математику. (Тогда был учебник Киселёва[?]) Я его ненавидела всей душой! что-то откуда-то выплывает и всплывает, кто-то отправился в пункт А в пункт Б и т.д. Закончив 5-ый класс я с преогромным удовольствием утопила этот учебник в Москве - реке. Наша компания была очень дружной. Иногда собрав немного денег, мы ходили Как в рукописи (стр. 114) в парке \u0026#34;Морозовка\u0026#34;, это не у Горького и покупали себе мороженое. Выбирали по незнакомым нам названиям: \u0026#34;Ту[т?], фрукты, сандве и. т. д. Иногда в начале лета мы ездили друг другу на дачу ( к Зоре Грановско[й?] к Инне Гребневой и наоборот). 37-38 годы мы переживали по-своему. Мы никак не могли понять куда девались люди и почему они были врагами народа. А учились мы в 3 или 4 классе. Из нашего класса исчезла Нина Сидорова, а из нашего подъезда – Павловские, Розенгольц, Каллинович, Миля Мулина, Пухалевские, Светлана Хана, Мелендук, Бененсон, Нина Цыто... У нас в учебнике истории были портреты Пухалевого, Егорова, Блюхера. Мы в лучшем случае заклеивали их. А потом нам всюду казались шпионы. И у нас в доме появилась новая жиду[?]. В нашем классе это была Леля Кабукова. Нас поразило то, как она была одета. До этого мы не обращали внимания на одежду. Вокруг нас взрослые и дети были одеты одинаково. А здесь у девочки котиковое манто, которое не сдавали в раздевалку а уносили домой и приносила после уроков их дом.работница Паша. И это в 4-ом классе! Однажды Леля пригласила меня к себе (жили они в 1-ом подъезде на 5-ом этаже). Дело было днем. Отец её, Богдан Захарович, был дома. Он спросил как меня зовут и, когда он услышал, что моя фамилия \u0026#34;Самсонова\u0026#34;, он сказал: \u0026#34;Да, я знал твоего отца, когда вас еще не было\u0026#34; Я была прелестна[?] в том доме. Но без свободы бедная Лелька была ограничена: гулять во двор её не пускали. Наш двор. Прежде чем писать о том, как мы проводили время во дворе, надо сказать о том, что во дворе было всегда много детей, не то что сейчас. Имели мы в приятелях друзей и большие, и маленькие. Зимой у нас был каток и горка на Церковке. Весной и осенью катались на велосипедах, играли в волейбол и разные игры: \u0026#34;Оры и чаруки\u0026#34;, \u0026#34;Казаки и разбойники\u0026#34;, \u0026#34;Штандарт\u0026#34; и еще, что забыла. А то просто ходили по кру- Как в рукописи (стр. 115) во дворе: из одного двора в другой. Наш клуб. Наш клуб помещался в 3-м подъезде на 1-ом этаже. Вход был и со двора, и с улицы. Заведывала клубом Марта Яковлевна Рубен. Славная была тетенька. Добрая. к ребятам относилась очень хорошо. Вот сейчас я думаю, как она могла выносить наш крик и гам. В клубе всегда было много ребят. Зимой во дворе было холодно, и все валили в клуб. В клубе было 5 комнат. Одна небольшая — кабинет Марты Яковлевны, вторая — игровая: посередине стоял стол, а на нем небольшой биллиард с шарами. Шариками, были столики для шахмат и шашек. В третьей комнате занимались различными кружками. Мы с Инной занимались в авиамодельном. Был довольно большой зал со сценой. В клубе были различные кружки: фото, музыкальный, ритмика, драматический, [зачёркнуто: Кра] военно-морской. Драмкружок, как помню, ставил 2 пьесы: \u0026#34;Совы\u0026#34; и \u0026#34;Любовь Яровая\u0026#34;. В пьесе \u0026#34;Любовь Яровая\u0026#34; принимали участие мы с Инной. Она играла старуху-мать, которая ищет своих сыновей, а я — Дуньку. Любовь Яровую играла Неля[?], Ярового — сын Марты Як. Игорь, и другие. Пьеса имела успех. Потом у Нели Шабуровой родилась идея: поставить \u0026#34;Бахчисарайский фонтан\u0026#34;. (В то время Неля училась в балетной школе). Я тоже принимала участие в этой постановке ( я была одной из жен хана) Марию исполняла, конечно, Неля. А музыкой заведывала Надя Пиндина. У нас не было партитуры балета, и музыку она подбирала сама: и Чайкова, и Шуберта, и др. Костюмы тоже делали сами, а также и декорации. Балет тоже имел успех. А вечерами собиралась молодежь постарше. Проводились занятия военноморского кружка, иногда бывали и танцы. Но это все было для старших, а не для малышей. Сколько радости и пользы приносил наш клуб. В наш клуб приходили не только ребята нашего двора, но и ребята из соседних дворов. Как я уже писала мы были очень активны. Когда с Толей Воздвиженским пацанами (Наташа, Шурик, Федор, Кречкин), мы выпустили прекрасную газету. Потом мы узнали, адрес Как в рукописи (стр. 116) Наташенька, купили цветы и отправились к нему домой. Позвонили в дверь, нам открыли, вроде Наташи не было дома, мы передали цветы. И все же нам удалось увидеть пса Веселого, которого тоже били на Полюсе. Во время в событий в Испании мы тоже не остались в стороне. В Москве был открыт музей, посвященный событиям в Испании. Он находился в Лопухинском переулке, у Кропоткинской ( Пречистенка) улицы. Мы узнали через Антонину маму, что туда приедет делегация из Испании. Несколько человек наших отправились туда. Нас не пропустили, но делегации все не было и не было, мы сидели на ступеньках лестницы и ждали. Потом нам захотелось есть, мы купили буханку черного хлеба и ~~еще~~ сидели на ступеньках, уплетали. Как раз в это время появилась делегация. Им показали музей, затем их пригласили к столу, а нас построили и вывели к ним в зал. Мы что-то говорили, а потом повесили им свои галстуки. А они нам дали небольшие презенты. Недалеко шофера была фабрика \u0026#34;Красный Октябрь\u0026#34;. Нас водили туда на экскурсии, где мы могли есть ~~[зачёркнуто]~~ даром конфеты, сколько душа пожелает. А в предпраздничные дни нас приглашали в клуб фабрики, где мы принимали участие в концерте, за что нас опять кормили конфетами. Одним словом мы откликались на любые события, которые происходили в стране. А нам в это время было лет 11–12. 6-ой класс \u0026#34;а\u0026#34;. Успеваемость хорошая, а дисциплина – хуже быть не может. Особенно на уроках физики. Мы за что-то не взлюбили учительницу, и она, бедная, ничего не могла сделать с нашим классом. Может быть из-за того, что у нее было немного странное произношение /в.м. \u0026#34;Сообщающиеся сосуды называются такие сосуды\u0026#34;– говорит она, а мы умирали от хохота. Как-то перед ее уроком мы сдвинули все парты, закрыв проход. И как раз было на урок пришел директор. А в это время в дверь прокричала чья-то Аля Казакова, ученица 6„б\u0026#34;, помогла нам. В конце концов собрали родительское Как в рукописи (стр. 117) собрание и решили разделить наш класс, слив его с 6„б\u0026#34;. В конце уч. года так было и сделано. Я попала в 7„б\u0026#34;, а также Кира Троянская, Таня Розенберг, Лева Мадерян и еще кто-то, не помню. Это явилось наказанием для нашего дружного класса за плохую дисциплину. Ну, чего делать? Все равно все уроки мы были вместе. Лежат: Таня Смирнова, Ира Воронина I-ый ряд сидят: 1. Таня Розенберг 2. Светлана Богородская 3. Инна Гребнева 4. Марина Такер (Усиева) 5. Зоя Мартынова 6. Таня Самсонова 7. Стелла Бургафт 8. — II ряд (сидят) 1. Леля Кобукова 2. Роза Кохлова 3. — 4. Панова Зинаида Николаевна 5. Надя Степанова 6. Валя Шевченко 7. Галя Костырева 8. Нонна Иванова III ряд (стоят) 1. Валя Иванова 6. Лиля Маталова 2. Люда Смирнова 7. Вова Волков 3. Раиса Фишер 8. Женя Зайцев 4. Зоря Граховская 9. Олег Марабочкин. 5. Кира Пронюкай Школа и война {#shkola-i-voyna} Связанные материалы Кривошеина Татьяна Тимофеевна Школьные годы Семейный фотоальбом — класс 6 «а» Москва семейная ← Дядя Тёма: документы и Сталинград · Оглавление тетради · Школа и война →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/13-tanya-detstvo-i-shkola/","summary":"Детство и школа Татьяны Тимофеевны.","title":"Таня: детство и школа"},{"content":"По рукописной тетради. Голос Татьяны Тимофеевны.\nПредвоенный класс 7 класс (последний предвоенный). (1940-1941)\nВ июне я поехала к Инне на дачу в Горкину. Рядом с её дачей была дача Героя Сов. Союза Филиппов (это 2-ой пилот экипажа Громова М.М., который после Чкалова летал в Америку через северный полюс). У него был сын, которого почему то все звали Буба или Булька. Также недалеко от них была дача Храмовых и Майи и Мы дружили с Булькой. Ну, вам хорошо известно: мы с Инной вместе \u0026ldquo;влюбились\u0026rdquo; в Бульку. Но он не обращал на нас внимания, а мы старались из-за всех сил быть в их компании, всё старались. Но всё это мы внушили себе, что мы \u0026ldquo;влюблены\u0026rdquo; в него.\nПотом начались занятия. У нас в школе появился новый преподаватель физкультуры Он только что окончил физ. техникум и пришел в нашу школу вместе со своей дочей Валентиной. Она тоже была преподавателем физ-ры. Они были очень молодые. Его звали Джеймс Амбацу[?], он был перс по национальности, красивый, с черными глазами и волосами, а Валя была блондинкой небольшого роста. И наш новый преподаватель физ-ры развил бурную деятельность. Он сам очень хорошо играл в волейбол, он играл за \u0026ldquo;Спартак\u0026rdquo;. Нас он заразли волейболом. Я готова была играть каждый день, играла неплохо, учитывая дачный опыт. В команде нашей играли также Стелла Буршафт[?], Оля Казакова; больше никого не помню. Была у нас и команда мальчиков, с которыми мы тоже играли. В их команде был один мальчик Боря Медведев. Он учился в 9 кл. Высшей беседы[?] с художественной секцией школы. Видимо, я ему нравилась. Он отличал меня от других девочек. И когда я стала увлекаться гимнастикой он мне как-то сказал: \u0026ldquo;Валя Боленко, скромно тебе больше надо, чем гимнастика!\u0026rdquo; Очень жаль его, он погиб на фронте. Много наших мальчиков погибло на фронте. Как страшно уйти из жизни такими молодыми.\nМы / наша команда девочек и мальчиков [зачёркнуто: ходили на р. р.[?]] играли на районных соревнованиях и городских. Играли хорошо.\nВместе с этим я стала увлекаться гимнастикой. Даже была членом \u0026ldquo;Спартака\u0026rdquo; (физ-ра) Он достал нам там спартаковскую форму и мы с гордостью носили эти красные кубарики. Дело у меня и здесь шли хорошо, я также выступала на районных соревнованиях по гимнастике. Больше всего мне нравились разновысокие брусья. Нашего учителя физ. ры (Джеймс) упрекали в том, что многие ребята, кто занимался спортом, неважно учились. А он в оправдание всегда называл мою фамилию (Самсонова), говоря, что она хорошо учится.\nЗимой у Киры Пронькай был день рождения, и она всегда приглашала к себе подругок. Среди них была и я. А жила она в Зарядье, в Елоховом[?] переулке. Сейчас этого уже нет, — снесён. И вот мы устраивали танцы под патефон. И я впервые танцевала с мальчиком танго \u0026ldquo;Вояж[?] идёт\u0026rdquo; До сих пор я помню эту музыку. В общем — выросли.\nИнне Гребневой 1-го марта исполнилось 15 лет. И её приняли в комсомол. Как мы завидовали ей, но нам еще было 14.\nМы кончали 7-ой класс. Сдавали экзамены. Экзаменов было много. И тут случилась Беда: Нора, придя на экзамены, говорила, что у неё болит голова и бывает температура, но она приходила сдавать, училась она хорошо. И вот в какой-то день она не пришла, и мы узнали, что её положили в больницу. Наша команда, узнав где она, поехали туда. Но нас всех не пустили к ней, достаточно мы откомандировали Инну. Нора была плоха. У неё был менингит. Вскоре она умерла. Такая красивая и умная девочка была. Только-только начиналась жить и вдруг конец. Мы никак не могли принять это. Это была первая смерть для нас. Бедная Нора. Мы были на её похоронах, и не верилось нам, что её нет. На меня эти похороны произвели страшное впечатление. Это я видела в 1-ый раз, да ещё дело было к вечеру. Сдали экзамены, перешли в 8-ой класс, многие уже уехали на дачу. Мы в этом году опоздали с выездом. Приехала больная тетя с ребенком; Петя сдавал экзамены за 10-ый класс. Как раз 22 июня мы собрались на дачу. Это было воскресенье. И вот в 12 часов дня мы услышали страшное сообщение: началась война! Мы сидели у радиоприёмника всей семьёй. Тетю Затсепскую, т.к. у неё муж - военный, но мы все-таки поехали. Бабушка, Дуся, Женин сын и я, тетю положили в больницу, т.к. ей было нехорошо. Мама приехала к нам.\n3-го июля по радио выступил Сталин. Мы с девочками отправились в соседнее с тетей, чтобы тоже оказать помощь[?]. Нам дали участок с огурцами и сказали: «Помоги!» Мы стали полоть, а грядки были длиннющие, конца краю не видно. Солнечно немцки[?], но мы не сдавались. К концу дня нам удалось прополоть несколько грядок, да и все мы сопели свои силы[?]. На следующий день мы уже не пошли. Вскоре мы уехали с дачи и стали собираться в Куйбышев, где служил зять мой Николай.\nВсё. Мирная жизнь кончилась. Если я не ошибаюсь уже в июле случилось несколько налетов немцев. Самолетов на Москву.\nМои родители решили отправить нас и бабушку вместе с Женей. Мама поехала нас провожать. Ехали мы долго, очень обидно. Пропускали военные эшелоны. На одной из станций мы видели проводы мужчин, которых призывали. Женщины, которые их провожали, кричали так, что этот крик я запомнила на всю жизнь.\nИ вот мы доехали до Куйбышева (Самара[?]). Нас встретил Николай и как ни странно там были еще извозчики, и мы доехали до дома на извозчике.\nДом этот находился в центре города, на Некрасовской улице, она была направлена[?] перпендикулярно главной улице и шла круто вниз к Волге. Дом был 4х этажный. Это были вечные общежития: вписанные[?] коридоры, а по сторонам были клеточки. Наша камера находилась на 3-ем этаже. Эту большую комнату с двумя окнами перегородили, сделав так, что получилось 2 жилые комнаты и маленькая прихожая. Отопление было печное. Кухня была общая, большая с большой плитой, которая отапливалась дровами.\nВскоре мама нашла нам помощницу, договорилась с ней, т. к. надо было ухаживать за мальчиком. Женю скоро определили в больницу, я ходила к ней, что-то покупала ей на рынке. Потом мама уехала. И мы остались с Николай пока был в городе. Вскоре эта помощница ушла, и мы с бабушкой остались с мальчиком. Я что-то дала бабушке[,] менялась с маленьким, но вскоре он заболел дизентерией и его взяли в больницу, оттуда он не вернулся. Это было в начале сентября.\nС Николаем приехала его сестра Валентина, очаровательная личность. Потом в октябре умерла Женя. Мы ей не говорили о смерти маленького.\nВот так мы остались с бабушкой одни. 2 иждивенческие карточки. На них мы получали 400 граммов хлеба в день, 200 гр сахара в месяц, 600 гр крупы и всё. Я записалась в школу №74 недалеко от дома в 8-ой класс. Но вскоре это помещение школы заняли под госпиталь, а нас перевели в какую-то школу, далекую от дома, в 3-ю смену. Я приходила домой часов в 11. Но училась.\nБыли большие трудности у меня по хозяйству. Печь я топить не умела, дрова были сырые, иногда во двор привозили керосин… Я забыла упомянуть о том, что при входе в дом стояли дежурные, слушатели военной мед. академии. Дом принадлежал Военно-мед. академии. Я как-то занималась хозяйством, уж не помню, что делала. Стирала, чай-ли варила, как-то топила печь. Помыться было негде, только в бане. Туалет был далековато от нашей комнаты. Нам одним с бабушкой трудновато и голодовато. Потом Николай уехал, но перед отъездом он привез нам картошки и капусты. Я ходила на рынок, но рынок был дорогой. Деньги родители присылали, но мне всегда было их трудно получить, т. к. у меня не было паспорта, мне исполнилось 15 лет. Каждый раз я ходила к директору школы с тем, чтобы он подписывал мне справку на получение денег. Потом папа договорился в Наркомате (Министерстве) о том, чтобы мне выдавали на аналогичном заводе, который подчинялся этому Наркомату, ежемесячно 600 рублей, а эти деньги у отца высчитывали из его зарплаты в Москве. Это немного облегчило мне существование. Но денег нехватало катастрофически. На рынке, помню, буханка хлеба стоила 70 рублей. Мама тоже присылала деньги.\nБудучи активной девочкой, я вступила в комсомол, принимала участие во всех мероприятиях. Училась хорошо. Здесь, в Куйбышеве, я встретила Лилю Кабулову, но они жили совсем в других условиях. Ваша мама, домработница Галя, папа брата, хорошая квартира, хорошая еда. Учились они тогда в спец. школе, где училась Светлана (дочь Сталина), Валя Меркулов и тому подобные.\nВстретила свою подругу Ирину Гребневу, но она жила далеко от меня, на Полевой улице. Они эвакуировались с Госпиталем, где работала её сестра. Они как-то были устроены. С ней была мама, бабушка, сестра, а я была одна в этом куйбышевском городе. Да и зима была холодная.\nВот так мы и жили. В академии бывали концерты (джаз Д. Красномань[?] и др), а после этого были танцы. Я иногда ходила туда вместе с Валентиной и тоже танцевала. У меня там был поклонник (слушатель). Звали его Ваня. И после концерта он провожал нас домой. Иногда я ходила в театр. Там был немецкий драматический театр. Помню, смотрела там пьесу «Таня» Арбузова и ещё что-то. Ходили с подружками в кино. Хорошо, что наш дом находился в центре, так что ходить было недалеко.\nНовый год 1942 я встретила у одной одноклассницы Люси Мамыкиной. Были ещё другие девочки: Люда Ермоленко, Лида Самхарлиева[?]. Там я впервые попробовала пиво.\nРядом с нашей комнатой жила семья Блохинных. У них был сын Марк, да ещё жила их родственница-девочка из Белоруссии. Мать его была врачом, а отец (тоже врач) был на фронте. Мы немного дружили. Даже картошку иногда варили в одной кастрюле, если у меня не было керосина. Итак, его картошка лежала внизу кастрюли, а моя — наверху.\nК весне стало голодно. И как-то Валентина привезла какую-то пшенку, и я обменяла отрез бумазеи на яйца.\nВесной к нам приехала мама с Дусей. Мама очень изменилась, похудела, постарела, а ей было всего 42 года. Она с трудом пробралась в Куйбышев. В это время Куйбышев был закрытым городом. С приездом мамы нам стало легче. Мама организовала питание. Я сдавала экзамены и перешла в 9-ый класс. Летом мы должны были отработать где-нибудь месяц или полтора. Меня взяли на протезный завод, где я работала в цеху и оформляла[?] заказы. Каждое утро я шла на завод Здесь впервые я услышала, как люди матерились. Одна женщина, которая меня оскалила[?], говорила мне, чтобы я не обижалась и не волновалась, вроде это так у них принято. Так я проработала месяц с небольшим. А в это время мама старалась достать пропуск в Москву. Она писала отцу, в свой райком, но положительного ответа не получала. Чем мы жили? Не знаю. Мама привезла с собой какие-то продукты, потом меняли вещи на рынке. Но как я уже писала, мама встретила своего сослуживца из Райкома. Он был завхозом у них. И он приехал в Куйбышев с тем, чтобы вывезти семью 1-го секретаря Райкома. У них был специальный вагон. Мама просила его взять нас в Москву, но он побоялся, т.к. у нас не было пропуска. Тогда мама решила, что мы поедем вместе с ними до станции в Рязанской области, откуда моя бабушка и Дуся были родом. Это — село Попсуново (Богослово). У бабушки там жили её брат и две сестры. Итак, прощай Куйбышев. Впереди Москва! Позади неустроенная и голодовская жизнь, но жизнь: с её горестями и небольшими радостями.\nНас посадили в салон-вагон, который был основательно запружен. Нам спальных мест нехватило. Где мы спали? Не помню. Помню только что бабушка все время сидела в кресле. Сколько мы ехали? Не помню. Помню то, что ночью мы подъехали к какой-то станции в Рязанской области. Быстро выгрузились и остались одни. Поезд ушел. Темнота. Никакой станции не видно. Вдруг мы увидели железнодорожника, который шел проверяя рельсы (ступая по ним). У него мы узнали, что станцию разбомбили и есть вагон для ожидающих. Мы решили, что не пойдем туда, а решили перейти через рельсы и пойти в поле. Перетащили вещи, а вещей было многовато. Перетащили бабушку и сели на вещах ждать рассвета. Вдруг слышим гул самолета, такой нездоровый, и видим прямо над нами фашистский самолет с крестами. Он пролетел прямо над нашими головами, очень низко летел. Потом мы узнали, что таким путем они летали бомбить аэродром, который находился недалеко от Рязани и Солотчи. Стало светать и мы увидели несколько домиков. Мы с мамой пошли туда, и мама попросила разрешения переждать какое-то время у них, пока мы с Дусей уйдём до Попсуново (родное село бабушки и Дуси), договорились о том, чтобы все мамой и бабушкой приехали бы на лошади и забрали их. Мы отправились в путь. Идти было далеко, км 18. Наконец мы добрались до дома, бабушкиного брата, дяди Миши. Он был удивлен, увидев нас. Нас покормили и я пошла в сад, легла на траву и заснула. А дядя Миша отправился в правление попросить лошадь, чтобы привезти оставшихся на станции. Он уехал. Ну к вечеру приехали мама и бабушка. Надо сказать, что бабушка не была у себя на родине с тех пор, когда её увезли в Москву и определили няней к немцам. Он был управляющим пивоваренных заводов. Итак мы очутились в деревне. В колхозе нам дали немного хлеба. А так мы ели в основном щавелевый суп, подбеленный молоком. Мама стала сразу писать и телеграфировать в Москву отцу и в райком с просьбой о пропуске в Москву. А в это время меня «призвали» раз на работу в колхозе. Мы с девочками пололи капусту и еще что-то, а потом купались в Оке. Это село расположено на высоком берегу Оки. В селе был еще монастырь, тогда не работающий. Колокольня была выше колхоза[?], и она служила немцам ориентиром. Ночью иногда были воздушные тревоги. Били в подвешенный старый рельс. Сначала мы выходили из избы, а потом перестали. Мы с мамой поехали в город, но продуктов нам нехватало, и мы с мамой отправились в соседнее село на рынок, продавать кое-какие вещи и купить [все/?] продукты. Мы встали с мамой в ряд, развесив наши вещи. Надо было видеть мамину мимику[?] в это время. Все чуть не плакали. Но к середине дня мы распродали своё барахло. Купили картошки, ржаной муки и отправились в обратный путь. А идти было далековато. Ну, наконец мы дошли до дома. Теперь мы стали печь свой хлеб. И вот, наконец, пришел долгожданный пропуск в[?] ее Райкома, но там указано только мамино имя, а меня не было. Но мы решили ехать вместе, а бабушку на время оставили со ее сестрой тетей Ларисой.\nМы с мамой поехали в Москву, да в том, что у мамы был пропуск, а у меня нет. Билеты достать трудно. Перед кассой огромная очередь. Но ма- ме, что у нее сохранился документ, подтверждающий, что она имеет отношение к Ж/д транспорту. И билет ей давали вне очереди. У нас было много багажа. Мы ехали не местным поездом от станции к станции, пересаживаясь на каждой станции. Мы выгружали все вещи, мама шла в кассу, а я стояла на перроне. Итак от станции к станции. Наконец мы доехали до Раменского. Там мы сели на электричку и доехали до Москвы. Вытащили свой багаж, сдали в камеру хранения и на выход. Волновались, т.к. у меня пропуска не было. Тогда мама сообразила и говорит: «У тебя есть метрика, подтверждающая, что ты из Москвы и живешь, что потеряла маму.» Так мы и сделали, нас пропустили.\nБудучи в Куйбышеве, я очень тосковала по Москве. Мне казалось, что когда я приеду в Москву, то просто лежу на мостовую.\nСели на метро и добрались до дома. Отец был дома, он подал нам улыбку, которая ему что-то не шла. Встретил нас холодно. Наша квартира была совсем не похожа на нашу. 2 комнаты были заняты временно работниками Совнаркома. А потом, я уже упоминала, у нас пропало много вещей: постельное белье, занавески, посуда, хороший ковер из столовой, прекрасный обеденный стол из ореха, книги, ноты и прочая мелочь. Мы вернулись в разграбленное гнездо…\nКарточек у нас еще не было. Хорошо, что к маме отнеслись очень добро в районе. Хлебзавод дал нам черные ржаные сухари, которые они делали для фронта, несколько буханок хлеба. Кондитер. фабрика им. Бабаева дала маме бутылки 2 какого-то сиропа и. т. д. А потом мы получили карточки: маме — рабочую, а я — иждивенческую. Так началась наша новая жизнь в Москве.\nНаш двор не был похож на довоенный, знакомых было мало, мало кто еще вернулся. Но надо было жить в новых условиях. Никого. Никого из старых знакомых не было. Школа закрыта. Тогда я и Ира Баранова (я встретила её, они жили в доме-«передвижке») решили пойти в экстерн, они был в помещении Горного института. Там мы начали заниматься, но я как-то не приспособилась к таким занятиям. Там я познакомилась с братьями Лекшевыми: Юрой и Валерой. А потом оказалось, что наше имя[?] будет работать. Мы пошли туда я очутилась в 9-м классе. Почти начались занятия, наших старых почти никого не было. В школе холодно, она не отапливалась. И вот однажды в воскресенье нас попросили разгрузить дрова, которые в сарае школы. Мы пришли и я увидела мальчишку в сапогах[?], который влез на самый верх дров и ногами начал скидывать дрова. Он был чернявый, вьющиеся[?]. Оказалось, что он тоже из нашего класса. Звали его Кривошеин Саша. В нашем классе учился Юрко Лекшев[?], Юра Субботин. Мы выбрали старосту[?]. Мальчишки проказничали, а я даже извинялась за них перед учителями. В классе было одинаково[?], и мы во время уроков иногда вставали, подкидывали дрова в печку. Наши мальчики нас не слушались — всецело они были увлечены девочками из 10класса. Юра — только Лидия[?], Юра Субботин — Эля[?], Саша — Тамара. В нашем классе почти не было никого из нашего старого класса. Потом стали появляться новые: Инна Грейс[?], Марина Таксер (дочь Чаева), Рая Фишер и др. Учителя тоже были новые. Остались только учитель химии («дядя Ваня») физики (Чаев ВаПечников[?] — славный был человек), математики (Постников Василий Михайлович, он же был и директор. Его звали «Каракатица»). На уроках физики я списывала контрольные у Кривошеина, который сидел за мной). Ему же дала рекомендацию в Комсомол а потом он был избран комсоргом нашего класса. Мальчики относились с уважением, да и только. Я в это время была увлечена морским летчиком, Героем Советского Союза, Геннадием Цоколаевым[?]. Он сын маминой подруги Зинаиды Александровны. Он был под Ленинградом. Я очень подружилась с Зинаидой Ал. В ее квартире жили мама и сестра Зины[?].\nТоже письмо с фронта. Это письмо от раненного товарища, который приходил к нам вместе с другими друзьями папы, это было в то время, когда их полк пребывал на переформировании после битвы под Сталинградом. Тогда я училась в 9-ом классе. 1943 год.\nДалее — коллекция «Письма с фронта» .\nРукопись по страницам Как в рукописи (стр. 118) 7 класс (последний предвоенный). (1940-1941) В июне я поехала к Инне на дачу в Горкину. Рядом с её дачей была дача Героя Сов. Союза Филиппов (это 2-ой пилот экипажа Громова М.М., который после Чкалова летал в Америку через северный полюс). У него был сын, которого почему то все звали Буба или Булька. Также недалеко от них была дача Храмовых и Майи и Мы дружили с Булькой. Ну, вам хорошо известно: мы с Инной вместе \u0026#34;влюбились\u0026#34; в Бульку. Но он не обращал на нас внимания, а мы старались из-за всех сил быть в их компании, всё старались. Но всё это мы внушили себе, что мы \u0026#34;влюблены\u0026#34; в него. Потом начались занятия. У нас в школе появился новый преподаватель физкультуры Он только что окончил физ. техникум и пришел в нашу школу вместе со своей дочей Валентиной. Она тоже была преподавателем физ-ры. Они были очень молодые. Его звали Джеймс Амбацу[?], он был перс по национальности, красивый, с черными глазами и волосами, а Валя была блондинкой небольшого роста. И наш новый преподаватель физ-ры развил бурную деятельность. Он сам очень хорошо играл в волейбол, он играл за \u0026#34;Спартак\u0026#34;. Нас он заразли волейболом. Я готова была играть каждый день, играла неплохо, учитывая дачный опыт. В команде нашей играли также Стелла Буршафт[?], Оля Казакова; больше никого не помню. Была у нас и команда мальчиков, с которыми мы тоже играли. В их команде был один мальчик Боря Медведев. Он учился в 9 кл. Высшей беседы[?] с художественной секцией школы. Видимо, я ему нравилась. Он отличал меня от других девочек. И когда я стала увлекаться гимнастикой он мне как-то сказал: \u0026#34;Валя Боленко, скромно тебе больше надо, чем гимнастика!\u0026#34; Очень жаль его, он погиб на фронте. Много наших мальчиков погибло на фронте. Как страшно уйти из жизни такими молодыми. Мы / наша команда девочек и мальчиков [зачёркнуто: ходили на р. р.[?]] играли на районных соревнованиях и городских. Играли хорошо. Вместе с этим я стала увлекаться гимнастикой. Даже была членом \u0026#34;Спартака\u0026#34; (физ-ра) Как в рукописи (стр. 119) Он достал нам там спартаковскую форму и мы с гордостью носили эти красные кубарики. Дело у меня и здесь шли хорошо, я также выступала на районных соревнованиях по гимнастике. Больше всего мне нравились разновысокие брусья. Нашего учителя физ. ры (Джеймс) упрекали в том, что многие ребята, кто занимался спортом, неважно учились. А он в оправдание всегда называл мою фамилию (Самсонова), говоря, что она хорошо учится. Зимой у Киры Пронькай был день рождения, и она всегда приглашала к себе подругок. Среди них была и я. А жила она в Зарядье, в Елоховом[?] переулке. Сейчас этого уже нет, — снесён. И вот мы устраивали танцы под патефон. И я впервые танцевала с мальчиком танго \u0026#34;Вояж[?] идёт\u0026#34; До сих пор я помню эту музыку. В общем — выросли. Инне Гребневой 1-го марта исполнилось 15 лет. И её приняли в комсомол. Как мы завидовали ей, но нам еще было 14. Мы кончали 7-ой класс. Сдавали экзамены. Экзаменов было много. И тут случилась Беда: Нора, придя на экзамены, говорила, что у неё болит голова и бывает температура, но она приходила сдавать, училась она хорошо. И вот в какой-то день она не пришла, и мы узнали, что её положили в больницу. Наша команда, узнав где она, поехали туда. Но нас всех не пустили к ней, достаточно мы откомандировали Инну. Нора была плоха. У неё был менингит. Вскоре она умерла. Такая красивая и умная девочка была. Только-только начиналась жить и вдруг конец. Мы никак не могли принять это. Это была первая смерть для нас. Бедная Нора. Мы были на её похоронах, и не верилось нам, что её нет. На меня эти похороны произвели страшное впечатление. Это я видела в 1-ый раз, да ещё дело было к вечеру. Сдали экзамены, перешли в 8-ой класс, многие уже уехали на дачу. Мы в этом году опоздали с выездом. Приехала больная тетя с ребенком; Петя сдавал экзамены за 10-ый класс. Как раз 22 июня мы собрались на дачу. Это было воскресенье. И вот в 12 часов дня мы услышали страшное сообщение: началась война! Мы сидели у радиоприёмника всей семьёй. Тетю Затсепскую, т.к. у неё муж - военный, но мы все-таки поехали. Бабушка, Дуся, Женин сын и я, тетю положили в больницу, т.к. ей было нехорошо. Мама приехала к нам. *← [Дядя Тёма: документы и Сталинград](/vospominaniya/dnevnik/12-brat-front-103-108/) · [Оглавление тетради](/vospominaniya/dnevnik/) · [Школа и война (стр. 120–127)](/vospominaniya/dnevnik/14-shkola-i-voyna/) →* Как в рукописи (стр. 120) 3-го июля по радио выступил Сталин. Мы с девочками отправились в соседнее с тетей, чтобы тоже оказать помощь[?]. Нам дали участок с огурцами и сказали: «Помоги!» Мы стали полоть, а грядки были длиннющие, конца краю не видно. Солнечно немцки[?], но мы не сдавались. К концу дня нам удалось прополоть несколько грядок, да и все мы сопели свои силы[?]. На следующий день мы уже не пошли. Вскоре мы уехали с дачи и стали собираться в Куйбышев, где служил зять мой Николай. Всё. Мирная жизнь кончилась. Если я не ошибаюсь уже в июле случилось несколько налетов немцев. Самолетов на Москву. Мои родители решили отправить нас и бабушку вместе с Женей. Мама поехала нас провожать. Ехали мы долго, очень обидно. Пропускали военные эшелоны. На одной из станций мы видели проводы мужчин, которых призывали. Женщины, которые их провожали, кричали так, что этот крик я запомнила на всю жизнь. И вот мы доехали до Куйбышева (Самара[?]). Нас встретил Николай и как ни странно там были еще извозчики, и мы доехали до дома на извозчике. Дом этот находился в центре города, на Некрасовской улице, она была направлена[?] перпендикулярно главной улице и шла круто вниз к Волге. Дом был 4х этажный. Это были вечные общежития: вписанные[?] коридоры, а по сторонам были клеточки. Наша камера находилась на 3-ем этаже. Эту большую комнату с двумя окнами перегородили, сделав так, что получилось 2 жилые комнаты и маленькая прихожая. Отопление было печное. Кухня была общая, большая с большой плитой, которая отапливалась дровами. Вскоре мама нашла нам помощницу, договорилась с ней, т. к. надо было ухаживать за мальчиком. Женю скоро определили в больницу, я ходила к ней, что-то покупала ей на рынке. Потом мама уехала. И мы остались с Николай пока был в городе. Вскоре эта помощница ушла, и мы с бабушкой остались с мальчиком. Я что-то дала бабушке[,] менялась с маленьким, но вскоре он заболел дизентерией и его взяли в больницу, оттуда он не вернулся. Это было в начале сентября. Как в рукописи (стр. 121) С Николаем приехала его сестра Валентина, очаровательная личность. Потом в октябре умерла Женя. Мы ей не говорили о смерти маленького. Вот так мы остались с бабушкой одни. 2 иждивенческие карточки. На них мы получали 400 граммов хлеба в день, 200 гр сахара в месяц, 600 гр крупы и всё. Я записалась в школу №74 недалеко от дома в 8-ой класс. Но вскоре это помещение школы заняли под госпиталь, а нас перевели в какую-то школу, далекую от дома, в 3-ю смену. Я приходила домой часов в 11. Но училась. Были большие трудности у меня по хозяйству. Печь я топить не умела, дрова были сырые, иногда во двор привозили керосин… Я забыла упомянуть о том, что при входе в дом стояли дежурные, слушатели военной мед. академии. Дом принадлежал Военно-мед. академии. Я как-то занималась хозяйством, уж не помню, что делала. Стирала, чай-ли варила, как-то топила печь. Помыться было негде, только в бане. Туалет был далековато от нашей комнаты. Нам одним с бабушкой трудновато и голодовато. Потом Николай уехал, но перед отъездом он привез нам картошки и капусты. Я ходила на рынок, но рынок был дорогой. Деньги родители присылали, но мне всегда было их трудно получить, т. к. у меня не было паспорта, мне исполнилось 15 лет. Каждый раз я ходила к директору школы с тем, чтобы он подписывал мне справку на получение денег. Потом папа договорился в Наркомате (Министерстве) о том, чтобы мне выдавали на аналогичном заводе, который подчинялся этому Наркомату, ежемесячно 600 рублей, а эти деньги у отца высчитывали из его зарплаты в Москве. Это немного облегчило мне существование. Но денег нехватало катастрофически. На рынке, помню, буханка хлеба стоила 70 рублей. Мама тоже присылала деньги. Будучи активной девочкой, я вступила в комсомол, принимала участие во всех мероприятиях. Училась хорошо. Здесь, в Куйбышеве, я встретила Лилю Кабулову, но они жили совсем в других условиях. Ваша мама, домработница Галя, папа брата, хорошая квартира, хорошая еда. Учились они тогда в спец. школе, где училась Светлана (дочь Сталина), Валя Меркулов и тому подобные. Как в рукописи (стр. 122) Встретила свою подругу Ирину Гребневу, но она жила далеко от меня, на Полевой улице. Они эвакуировались с Госпиталем, где работала её сестра. Они как-то были устроены. С ней была мама, бабушка, сестра, а я была одна в этом куйбышевском городе. Да и зима была холодная. Вот так мы и жили. В академии бывали концерты (джаз Д. Красномань[?] и др), а после этого были танцы. Я иногда ходила туда вместе с Валентиной и тоже танцевала. У меня там был поклонник (слушатель). Звали его Ваня. И после концерта он провожал нас домой. Иногда я ходила в театр. Там был немецкий драматический театр. Помню, смотрела там пьесу «Таня» Арбузова и ещё что-то. Ходили с подружками в кино. Хорошо, что наш дом находился в центре, так что ходить было недалеко. Новый год 1942 я встретила у одной одноклассницы Люси Мамыкиной. Были ещё другие девочки: Люда Ермоленко, Лида Самхарлиева[?]. Там я впервые попробовала пиво. Рядом с нашей комнатой жила семья Блохинных. У них был сын Марк, да ещё жила их родственница-девочка из Белоруссии. Мать его была врачом, а отец (тоже врач) был на фронте. Мы немного дружили. Даже картошку иногда варили в одной кастрюле, если у меня не было керосина. Итак, его картошка лежала внизу кастрюли, а моя — наверху. К весне стало голодно. И как-то Валентина привезла какую-то пшенку, и я обменяла отрез бумазеи на яйца. Весной к нам приехала мама с Дусей. Мама очень изменилась, похудела, постарела, а ей было всего 42 года. Она с трудом пробралась в Куйбышев. В это время Куйбышев был закрытым городом. С приездом мамы нам стало легче. Мама организовала питание. Я сдавала экзамены и перешла в 9-ый класс. Летом мы должны были отработать где-нибудь месяц или полтора. Меня взяли на протезный завод, где я работала в цеху и оформляла[?] заказы. Каждое утро я шла на завод Как в рукописи (стр. 123) Здесь впервые я услышала, как люди матерились. Одна женщина, которая меня оскалила[?], говорила мне, чтобы я не обижалась и не волновалась, вроде это так у них принято. Так я проработала месяц с небольшим. А в это время мама старалась достать пропуск в Москву. Она писала отцу, в свой райком, но положительного ответа не получала. Чем мы жили? Не знаю. Мама привезла с собой какие-то продукты, потом меняли вещи на рынке. Но как я уже писала, мама встретила своего сослуживца из Райкома. Он был завхозом у них. И он приехал в Куйбышев с тем, чтобы вывезти семью 1-го секретаря Райкома. У них был специальный вагон. Мама просила его взять нас в Москву, но он побоялся, т.к. у нас не было пропуска. Тогда мама решила, что мы поедем вместе с ними до станции в Рязанской области, откуда моя бабушка и Дуся были родом. Это — село Попсуново (Богослово). У бабушки там жили её брат и две сестры. Итак, прощай Куйбышев. Впереди Москва! Позади неустроенная и голодовская жизнь, но жизнь: с её горестями и небольшими радостями. Нас посадили в салон-вагон, который был основательно запружен. Нам спальных мест нехватило. Где мы спали? Не помню. Помню только что бабушка все время сидела в кресле. Сколько мы ехали? Не помню. Помню то, что ночью мы подъехали к какой-то станции в Рязанской области. Быстро выгрузились и остались одни. Поезд ушел. Темнота. Никакой станции не видно. Вдруг мы увидели железнодорожника, который шел проверяя рельсы (ступая по ним). У него мы узнали, что станцию разбомбили и есть вагон для ожидающих. Мы решили, что не пойдем туда, а решили перейти через рельсы и пойти в поле. Перетащили вещи, а вещей было многовато. Перетащили бабушку и сели на вещах ждать рассвета. Вдруг слышим гул самолета, такой нездоровый, и видим прямо над нами фашистский самолет с крестами. Он пролетел прямо над нашими головами, очень низко летел. Потом мы узнали, что таким путем они летали бомбить аэродром, который находился недалеко от Рязани и Солотчи. Стало светать и мы увидели несколько домиков. Мы с мамой пошли туда, и мама попросила разрешения переждать какое-то время у них, пока мы с Дусей уйдём до Попсуново (родное село бабушки и Дуси), договорились о том, чтобы все Как в рукописи (стр. 124) мамой и бабушкой приехали бы на лошади и забрали их. Мы отправились в путь. Идти было далеко, км 18. Наконец мы добрались до дома, бабушкиного брата, дяди Миши. Он был удивлен, увидев нас. Нас покормили и я пошла в сад, легла на траву и заснула. А дядя Миша отправился в правление попросить лошадь, чтобы привезти оставшихся на станции. Он уехал. Ну к вечеру приехали мама и бабушка. Надо сказать, что бабушка не была у себя на родине с тех пор, когда её увезли в Москву и определили няней к немцам. Он был управляющим пивоваренных заводов. Итак мы очутились в деревне. В колхозе нам дали немного хлеба. А так мы ели в основном щавелевый суп, подбеленный молоком. Мама стала сразу писать и телеграфировать в Москву отцу и в райком с просьбой о пропуске в Москву. А в это время меня «призвали» раз на работу в колхозе. Мы с девочками пололи капусту и еще что-то, а потом купались в Оке. Это село расположено на высоком берегу Оки. В селе был еще монастырь, тогда не работающий. Колокольня была выше колхоза[?], и она служила немцам ориентиром. Ночью иногда были воздушные тревоги. Били в подвешенный старый рельс. Сначала мы выходили из избы, а потом перестали. Мы с мамой поехали в город, но продуктов нам нехватало, и мы с мамой отправились в соседнее село на рынок, продавать кое-какие вещи и купить [все/?] продукты. Мы встали с мамой в ряд, развесив наши вещи. Надо было видеть мамину мимику[?] в это время. Все чуть не плакали. Но к середине дня мы распродали своё барахло. Купили картошки, ржаной муки и отправились в обратный путь. А идти было далековато. Ну, наконец мы дошли до дома. Теперь мы стали печь свой хлеб. И вот, наконец, пришел долгожданный пропуск в[?] ее Райкома, но там указано только мамино имя, а меня не было. Но мы решили ехать вместе, а бабушку на время оставили со ее сестрой тетей Ларисой. Мы с мамой поехали в Москву, да в том, что у мамы был пропуск, а у меня нет. Билеты достать трудно. Перед кассой огромная очередь. Но ма- Как в рукописи (стр. 125) ме, что у нее сохранился документ, подтверждающий, что она имеет отношение к Ж/д транспорту. И билет ей давали вне очереди. У нас было много багажа. Мы ехали не местным поездом от станции к станции, пересаживаясь на каждой станции. Мы выгружали все вещи, мама шла в кассу, а я стояла на перроне. Итак от станции к станции. Наконец мы доехали до Раменского. Там мы сели на электричку и доехали до Москвы. Вытащили свой багаж, сдали в камеру хранения и на выход. Волновались, т.к. у меня пропуска не было. Тогда мама сообразила и говорит: «У тебя есть метрика, подтверждающая, что ты из Москвы и живешь, что потеряла маму.» Так мы и сделали, нас пропустили. Будучи в Куйбышеве, я очень тосковала по Москве. Мне казалось, что когда я приеду в Москву, то просто лежу на мостовую. Сели на метро и добрались до дома. Отец был дома, он подал нам улыбку, которая ему что-то не шла. Встретил нас холодно. Наша квартира была совсем не похожа на нашу. 2 комнаты были заняты временно работниками Совнаркома. А потом, я уже упоминала, у нас пропало много вещей: постельное белье, занавески, посуда, хороший ковер из столовой, прекрасный обеденный стол из ореха, книги, ноты и прочая мелочь. Мы вернулись в разграбленное гнездо… Карточек у нас еще не было. Хорошо, что к маме отнеслись очень добро в районе. Хлебзавод дал нам черные ржаные сухари, которые они делали для фронта, несколько буханок хлеба. Кондитер. фабрика им. Бабаева дала маме бутылки 2 какого-то сиропа и. т. д. А потом мы получили карточки: маме — рабочую, а я — иждивенческую. Так началась наша новая жизнь в Москве. Наш двор не был похож на довоенный, знакомых было мало, мало кто еще вернулся. Но надо было жить в новых условиях. Никого. Никого из старых знакомых не было. Школа закрыта. Тогда я и Ира Баранова (я встретила её, они жили в доме-«передвижке») решили пойти в экстерн, они был в помещении Горного института. Там мы начали заниматься, но я как-то не Как в рукописи (стр. 126) приспособилась к таким занятиям. Там я познакомилась с братьями Лекшевыми: Юрой и Валерой. А потом оказалось, что наше имя[?] будет работать. Мы пошли туда я очутилась в 9-м классе. Почти начались занятия, наших старых почти никого не было. В школе холодно, она не отапливалась. И вот однажды в воскресенье нас попросили разгрузить дрова, которые в сарае школы. Мы пришли и я увидела мальчишку в сапогах[?], который влез на самый верх дров и ногами начал скидывать дрова. Он был чернявый, вьющиеся[?]. Оказалось, что он тоже из нашего класса. Звали его Кривошеин Саша. В нашем классе учился Юрко Лекшев[?], Юра Субботин. Мы выбрали старосту[?]. Мальчишки проказничали, а я даже извинялась за них перед учителями. В классе было одинаково[?], и мы во время уроков иногда вставали, подкидывали дрова в печку. Наши мальчики нас не слушались — всецело они были увлечены девочками из 10класса. Юра — только Лидия[?], Юра Субботин — Эля[?], Саша — Тамара. В нашем классе почти не было никого из нашего старого класса. Потом стали появляться новые: Инна Грейс[?], Марина Таксер (дочь Чаева), Рая Фишер и др. Учителя тоже были новые. Остались только учитель химии («дядя Ваня») физики (Чаев ВаПечников[?] — славный был человек), математики (Постников Василий Михайлович, он же был и директор. Его звали «Каракатица»). На уроках физики я списывала контрольные у Кривошеина, который сидел за мной). Ему же дала рекомендацию в Комсомол а потом он был избран комсоргом нашего класса. Мальчики относились с уважением, да и только. Я в это время была увлечена морским летчиком, Героем Советского Союза, Геннадием Цоколаевым[?]. Он сын маминой подруги Зинаиды Александровны. Он был под Ленинградом. Я очень подружилась с Зинаидой Ал. В ее квартире жили мама и сестра Зины[?]. Как в рукописи (стр. 127) Тоже письмо с фронта. Это письмо от раненного товарища, который приходил к нам вместе с другими друзьями папы, это было в то время, когда их полк пребывал на переформировании после битвы под Сталинградом. Тогда я училась в 9-ом классе. 1943 год. *← [Таня: детство и школа (стр. 109–119)](/vospominaniya/dnevnik/13-tanya-detstvo-i-shkola/) · [Оглавление тетради](/vospominaniya/dnevnik/) · [Фронтовые письма друзей (стр. 128–133)](/vospominaniya/dnevnik/15-pisma-voennye-128-133/) →* Связанные материалы Кривошеина Татьяна Тимофеевна Эвакуация 1941 года Школьные годы ← Таня: детство и школа · Оглавление тетради · Письма товарищей военных лет →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/14-shkola-i-voyna/","summary":"Школа накануне войны; эвакуация.","title":"Школа и война"},{"content":"Вложенные в тетрадь письма военных лет и открытка. Полные тексты с чтением и дипломатической расшифровкой — в коллекции «Письма с фронта» .\nАвторская связка к письму товарища — в главе «Школа и война» (лист 127).\nПисьма (отдельные документы) Лист Документ 128–129 20.04.1943 — Миша Фриоленко к Тане (не брат Тёма) 131 «Танюша!» — Геннадий 132 18.11.1943 — Геннадий из госпиталя 133 29.11.1943 — Геннадий Новогодняя открытка Отдельная страница: Новогодняя открытка (лист 130) .\nНовогодняя открытка.\nЧтение Многоязычный бланк открытки (Levelezö-Lap / Postkarte / Carte postale…).\n«Таничка! Поздравляю с Новым годом…» — стихотворное поздравление; адрес и подпись требуют дальнейшей сверки.\nКак в рукописи (стр. 130) Таничка! Поздравляю С НОВЫМ ГОДОМ … Полная строчная расшифровка — по скану; неразборчивые места помечены [?].\n← Школа и война · Оглавление тетради · Юность и знакомство с Сашей →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/15-pisma-voennye-128-133/","summary":"Письма товарищей — коллекция документов.","title":"Письма товарищей военных лет"},{"content":"По рукописной тетради. Голос Татьяны Тимофеевны.\nПримечание\nСаша в семейной линии этой главы (прогулки, дом, «любовь на всю жизнь», брак) — Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988), муж Татьяны Тимофеевны.\nВ расшифровке школьного круга встречается также написание «Саша Кравченко» — не подменяем им полное имя мужа; канон сайта — А. Д. Кривошеин (Саша) по схемам и карточке . В гости к нам пришли Дуся Яншина (сестра М.М. Яншина), Зинаида Александровна и Геннадий. Это было прекрасно! Я была счастлива. На прощание он мне [вставка над строкой: поцеловал.] Так отмечали мы шестнадцатлетие. А потом я писала ему письма на фронт, а он по возможности отвечал. Две его письма каким-то образом сохранились у меня. Он выжил в этой войне, а погиб уже в мирное время: он ехал на своей \u0026ldquo;Волге\u0026rdquo; со страшной скоростью и погиб в автокатастрофе. Это случилось недалеко от Кисловодска.\nГлавные были люди: Александра Павловна (мама) и Дуся (Евдокия Михайловна, сестра). Была ещё Катюша, дочь Дуси. Мы с мамой много времени проводили у них. Здесь я познакомилась с Мих. Мих. Яншиным (народн. артист МХ[АТ?]). Встречала -Инну Горную (бывшая жена[?] Лишина), Массальского Павла Влад. (он играл во МХАТе, но его хорошо помнят по картине \u0026ldquo;Цирк\u0026rdquo;) и др. Однажды летом я была у Яншиных. Мих. Мих. был там. Мы сидели за столом, а потом Яншин пригласил всех в ресторан. А затем он подсел на руль и начал крутить по комнатам, а его мама Алекс. Павловна говорит ему: \u0026ldquo;Отпусти девочку, сегодня ты от меня не дай девочку на кабаках таскать\u0026rdquo;. Мне было мне ужасно хотелось пойти, но я не смела. Мое 16-летие мы скромно отметили дома. Только немножко пирог, ели как всегда винегрет и ещё что-то. Пришли Зин. Алекс., Геннадий (он был в это время в Москве), Дуся. Потом мы с мамой пошли их проводить. Было уже темно, можно было ходить по улицам до 12. (комендантский час). Прощаясь, на прощание Геннадий поцеловал меня. Это был мой первый поцелуй. А до этого он пригласил меня в \u0026ldquo;Эрмитаж\u0026rdquo; на какой-то концерт, мамину счастью не было предела. Мих. Мих. Яншин иногда водил меня на генеральные репетиции во МХАТ и театр \u0026ldquo;Ромэн\u0026rdquo;, где он был главн. режиссёром. Во МХАТе на генер. репетиции ставили пьесу \u0026ldquo;Русский вопрос\u0026rdquo; Симонова. У Тали[?] я видела его и Валентину Серову. Этим летом я часто посещала Зин. Александровну и Яншиных (они жили на ул. Грановского, рядом с правит. домом) в общей квартире. Они приходили к нам мыться, т.к. у нас в доме была горячая вода. Иногда к нам в \u0026ldquo;баню\u0026rdquo; приходил Мих. Мих. Яншин, генерал Павел Ив. Александрович (родственник Зин. Александровны)\nК середине 9-го класса нас разделили с мальчиками. Наша школа стала девичьей, а они перешли в 7-ю школу.\nЗнакомство с Сашей Потом они (Юра Пекишев, Юра Субботин, Саша Кравченко) поступили на военно-техническое отделение ин-та Стали и в 1943/44году были приняты на I курс ин-та. Мы их потеряли из вида. Но как-то они пришли к нам на вечер. Для нас они были уже студентами, и этим было заманчиво. Потом [они?] сидели около меня, поднялись в комнату где я готовилась на подготовительное отделение ин-та иностранных языков, т.к. я решила поступать[?]. В школе 2 [года?] изучая француз. язык как-то осенью ([занятий?] еще [не было?]) раздался звонок по телефону. Оказалось что звонит Саша Кравченко (он жил в 44 подъезде Как помню он рассказывал мне, он перебирал свои записи и в одной из книжек он нашел [наш] адрес[?] с телефоном и [оттуда] решил позвонить мне. [Сказали?] мне [подойти] к телефону. Сказал привет, а потом когда [начали?] разговор длился очень долго, [говорили?] долго, да и он тоже сказал: \u0026ldquo;Лучше пойдем погуляем\u0026rdquo; И однажды Саша предложил мне пойти погулять. А мне тогда [был?] Кравченко, музыкант лет 20-ти. (Ведь Геннадий был старше меня на 10 лет, кстати. Но [он?] не ладился[?] с папой, когда он родился). Итак мы отправились с Сашей погулять. Я все время думала возьмет ли он меня под руку Но он не брал, а брал меня за локоток, когда мы переходили улицу. Итак начались наши прогулки с ним по вечерам. Иногда к нам присоединялся Юра Субботин и его лучший друг Иногда как-то Юрка приглашал меня погулять и мы кружили набережной [Кремлевской? / крепостной?] [стены?], в Саду, [он] читал мне стихи Пушкина из \u0026ldquo;Евгений Онегин\u0026rdquo; Инна, моя лучшая подруга, еще не знала Сашу, я ей много рассказывала о нем и мы в то время с ней много разговаривали по телефону. Она решила разыграть Сашу и позвонить ему самой.\nИтак было сделано. Она пошла на свидание с Сашей, а я [что?] не находила себе места. Я и почувствовала, что он мне не безразличен. Я хорошо себя знаю, зачем я сделала это, не находя себе места. Ходила около дома, дожидаясь их. И вот внизу идет Инна[?], а рядом с ней Саша и Юра Субботин. Я очень рада была видеть их и как выяснилось потом Саше она не понравилась они просто остались друзьями, а мне все продолжало нравиться. Уже одно. Более [мне?] уже очень становилось нравиться[?]. Однажды Саша взял меня за руку и опустил ее в свой карман, чтобы погреть. В этом действии было столько нежности, что я до сих пор чувствую его прикосновение. Нам так было хорошо. Что мы могли желать. И вот однажды мне нужно было поехать к м. Динамо, где жила моя подруга А. Муранова и отдать ей журнал, который брала у нее. Я предложила Саше проводить меня туда. А он меня спросил: \u0026ldquo;А что я буду за это иметь?\u0026rdquo; Я, немного кокетничая, сказала: \u0026ldquo;Я тебе не скажу.\u0026rdquo; И мы отправились. От нашего дома до м. Динамо недалеко, но уж коротко[?], зашли на минуту[?]. [Распростившись?] у ее дома, Саша сказал \u0026ldquo;Ну, пора расставаться\u0026rdquo;. Мы сели на скамейку и никуда я не пошла. Потом поздно возвратились домой. Вот так началась наша любовь, которая продолжалась всю нашу жизнь. И теперь, когда его уже нет, мне очень одиноко и тоскливо без него. Это был необычный и необыкновенный человек. Столько нежности, любви, внимания, такта. Как-то он мне сказал, что готов отдать жизнь за меня. Он избаловал меня, потому мне так трудно без него. Мы договорились, что мы поженимся через 4 года, когда кончим институт. Но не сдержали своего слова и поженились через 3. Хотя моя подруга Ира Петровская уверяла Сашу, что \u0026ldquo;Таня-то влюбляется[?] [в] мальчишек[?] недолго и быстро с ними расстается но все оказалось, моя Саша всерьез[?]. Как-то Саша пригласил меня к себе домой. Мне было очень страшно и боязно. Со мной пошла моя подруга Ира. Мы позвонили в дверь, открыл Саша. Мы с Ирой были одеты почти одинаково: темная юбка и белые свитера.\nПравда, у меня была маленькая брошь. Мы прошли в комнату, закрыв дверь. Но Сашиной, маме своя крепость пошла на меня. Она зашла в комнату, я её подвела. Вот, Саша нас представил и начался разговор. Сашина мама очень хорошо вышивала и стала показывать нам свои работы. Вот так состоялось наше знакомство.\nУ Саши в институте были хорошие друзья, дружная компания. Но меня они не знакомили с ними. И вот однажды он пригласил меня к себе в институт на танцы. А я чувствовала себя неловко, т. к. чувствовала, что меня рассматривают. Только слышала: «Зара (т.е. Саша) свою девушку привёл[?]». Так я познакомилась с его ребятами и влилась в их компанию.\nВсе праздники мы отмечали вместе, в основном у меня, т. к. квартира у нас была большая. Но ребята с девушек денег не брали, были джентльманами. Но деньги они получали оригинальным способом. Времена были трудными. Они в своей профсоюзе получали ордера на материал. Покупали самую дешевую, а потом продавали на рынке. Саша не умел торговать, он стоял и держал морду[?].\nКогда я училась на подготовительном отделении, Саша каждый вечер встречал меня у метро «Библиотека им.Л.[?]», и мы шли гулять.\nПотом его родители довольно часто приглашали меня на обед. Там были еще какие-то люди.\nВ День Победы мы с ним с утра пошли по Москве. Какое было ликование! Какая радость!\nЛетом 1945 года Янушины пригласили меня в дом-отдыха МХАТ\u0026rsquo;а на Пестовском водохранилище. Поехали мы туда на пароходе с Зинаидой Александровной. Дом-отдыха этот был необычный: там каждому актеру давали отдельную комнату, где можно жи[ть] его семье. Еду готовили сами, только актеру давали какую-то еду. Мы готовили сами. Домик, в котором мы жили, стоял на берегу водохранилища. Там жили: мать Янушина Александра Павловна, его сестра Дуся, его племянница Катюша, И вот приехали мы с Зин. Алекс. Комната была большая. В это время в здесь работали на с/х работах студенты студии ЛХАТ\u0026rsquo;а. Этим вечером я вышла из дома и увидела, что ребята играют в волейбол. Я в то время умела играть и меня взяли в команду. Хорошо поиграли. И вдруг я вижу идет высоченный парень, довольно красивый. Потом оказалось, что это Владилен Давыдов, тоже студент. Он обратил на меня внимание, да и я тоже. А потом весь вечер мы гуляли с ним. Янушин все время подшучивал надо мной. Один раз мы испекли торт «Наполеон» и Мих. Мих. говорит Дусе (сестре): «Дуся, позови Давыдова к нам пить чай!» Дуся так и сделала. Мы сидим за столом, вдруг входит Владик и говорит: «Мих. Мих., вы меня звали?» А Янушин говорит: «Нет, это Танечка пригласила вас пить чай.» А потом Янушин как-то сказал мне: «Если у вас с Давыдовым что-нибудь получится, то я привезу вам кольца из Праги.» Но ничего не получилось, всё просто осталось знакомством. Правда, еще какое-то время Давыдов звонил мне.\nА в это время приехал Сосна (он где-то отдыхал с мамой), и мы продолжали наши встречи. Мы часто ходили в кино, в наш «Ударник», в клуб Сов. кино, который находился в здании Ермоловой театра Эстрады, встречались у наших друзей, ходили на каток, а чаще всего вечерами бродили по городу. Иногда мы заходили ко мне … Мы встречались с ним почти каждый день.\nВернусь к 1944г. У Сосны был товарищ Юрка Пекишев (мы все учились вместе в 9кл), и он стал приглашать меня на прогулки. Однажды он говорит мне: «Выходи все меня замучите.» Я удивилась и говорю: «Юра, только после войны.» И вот только после окончания войны он звонит мне и говорит: «Ну и как? Помнишь наш разговор?» Я: «Юра, ведь я тебя не люблю», а он мне: «Полюбишь!» Я, конечно, благородно так отказала ему.\nМы продолжали встречаться с Сашей, наша дружба и чувство крепло. Хороший он был парень. Как я уже упоминала, у Саши были хорошие многие такие[?] друзья. И как-то на один из вечеров я пригласила свою маленькую подругу Иру Петровскую[?] (Валя)\nРукопись по страницам Как в рукописи (стр. 134) В гости к нам пришли Дуся Яншина (сестра М.М. Яншина), Зинаида Александровна и Геннадий. Это было прекрасно! Я была счастлива. На прощание он мне [вставка над строкой: поцеловал.] Так отмечали мы шестнадцатлетие. А потом я писала ему письма на фронт, а он по возможности отвечал. Две его письма каким-то образом сохранились у меня. Он выжил в этой войне, а погиб уже в мирное время: он ехал на своей \u0026#34;Волге\u0026#34; со страшной скоростью и погиб в автокатастрофе. Это случилось недалеко от Кисловодска. Как в рукописи (стр. 135) Главные были люди: Александра Павловна (мама) и Дуся (Евдокия Михайловна, сестра). Была ещё Катюша, дочь Дуси. Мы с мамой много времени проводили у них. Здесь я познакомилась с Мих. Мих. Яншиным (народн. артист МХ[АТ?]). Встречала -Инну Горную (бывшая жена[?] Лишина), Массальского Павла Влад. (он играл во МХАТе, но его хорошо помнят по картине \u0026#34;Цирк\u0026#34;) и др. Однажды летом я была у Яншиных. Мих. Мих. был там. Мы сидели за столом, а потом Яншин пригласил всех в ресторан. А затем он подсел на руль и начал крутить по комнатам, а его мама Алекс. Павловна говорит ему: \u0026#34;Отпусти девочку, сегодня ты от меня не дай девочку на кабаках таскать\u0026#34;. Мне было мне ужасно хотелось пойти, но я не смела. Мое 16-летие мы скромно отметили дома. Только немножко пирог, ели как всегда винегрет и ещё что-то. Пришли Зин. Алекс., Геннадий (он был в это время в Москве), Дуся. Потом мы с мамой пошли их проводить. Было уже темно, можно было ходить по улицам до 12. (комендантский час). Прощаясь, на прощание Геннадий поцеловал меня. Это был мой первый поцелуй. А до этого он пригласил меня в \u0026#34;Эрмитаж\u0026#34; на какой-то концерт, мамину счастью не было предела. Мих. Мих. Яншин иногда водил меня на генеральные репетиции во МХАТ и театр \u0026#34;Ромэн\u0026#34;, где он был главн. режиссёром. Во МХАТе на генер. репетиции ставили пьесу \u0026#34;Русский вопрос\u0026#34; Симонова. У Тали[?] я видела его и Валентину Серову. Этим летом я часто посещала Зин. Александровну и Яншиных (они жили на ул. Грановского, рядом с правит. домом) в общей квартире. Они приходили к нам мыться, т.к. у нас в доме была горячая вода. Иногда к нам в \u0026#34;баню\u0026#34; приходил Мих. Мих. Яншин, генерал Павел Ив. Александрович (родственник Зин. Александровны) К середине 9-го класса нас разделили с мальчиками. Наша школа стала девичьей, а они перешли в 7-ю школу. Как в рукописи (стр. 136) Потом они (Юра Пекишев, Юра Субботин, Саша Кравченко) поступили на военно-техническое отделение ин-та Стали и в 1943/44году были приняты на I курс ин-та. Мы их потеряли из вида. Но как-то они пришли к нам на вечер. Для нас они были уже студентами, и этим было заманчиво. Потом [они?] сидели около меня, поднялись в комнату где я готовилась на подготовительное отделение ин-та иностранных языков, т.к. я решила поступать[?]. В школе 2 [года?] изучая француз. язык как-то осенью ([занятий?] еще [не было?]) раздался звонок по телефону. Оказалось что звонит Саша Кравченко (он жил в 44 подъезде Как помню он рассказывал мне, он перебирал свои записи и в одной из книжек он нашел [наш] адрес[?] с телефоном и [оттуда] решил позвонить мне. [Сказали?] мне [подойти] к телефону. Сказал привет, а потом когда [начали?] разговор длился очень долго, [говорили?] долго, да и он тоже сказал: \u0026#34;Лучше пойдем погуляем\u0026#34; И однажды Саша предложил мне пойти погулять. А мне тогда [был?] Кравченко, музыкант лет 20-ти. (Ведь Геннадий был старше меня на 10 лет, кстати. Но [он?] не ладился[?] с папой, когда он родился). Итак мы отправились с Сашей погулять. Я все время думала возьмет ли он меня под руку Но он не брал, а брал меня за локоток, когда мы переходили улицу. Итак начались наши прогулки с ним по вечерам. Иногда к нам присоединялся Юра Субботин и его лучший друг Иногда как-то Юрка приглашал меня погулять и мы кружили набережной [Кремлевской? / крепостной?] [стены?], в Саду, [он] читал мне стихи Пушкина из \u0026#34;Евгений Онегин\u0026#34; Инна, моя лучшая подруга, еще не знала Сашу, я ей много рассказывала о нем и мы в то время с ней много разговаривали по телефону. Она решила разыграть Сашу и позвонить ему самой. Как в рукописи (стр. 137) Итак было сделано. Она пошла на свидание с Сашей, а я [что?] не находила себе места. Я и почувствовала, что он мне не безразличен. Я хорошо себя знаю, зачем я сделала это, не находя себе места. Ходила около дома, дожидаясь их. И вот внизу идет Инна[?], а рядом с ней Саша и Юра Субботин. Я очень рада была видеть их и как выяснилось потом Саше она не понравилась они просто остались друзьями, а мне все продолжало нравиться. Уже одно. Более [мне?] уже очень становилось нравиться[?]. Однажды Саша взял меня за руку и опустил ее в свой карман, чтобы погреть. В этом действии было столько нежности, что я до сих пор чувствую его прикосновение. Нам так было хорошо. Что мы могли желать. И вот однажды мне нужно было поехать к м. Динамо, где жила моя подруга А. Муранова и отдать ей журнал, который брала у нее. Я предложила Саше проводить меня туда. А он меня спросил: \u0026#34;А что я буду за это иметь?\u0026#34; Я, немного кокетничая, сказала: \u0026#34;Я тебе не скажу.\u0026#34; И мы отправились. От нашего дома до м. Динамо недалеко, но уж коротко[?], зашли на минуту[?]. [Распростившись?] у ее дома, Саша сказал \u0026#34;Ну, пора расставаться\u0026#34;. Мы сели на скамейку и никуда я не пошла. Потом поздно возвратились домой. Вот так началась наша любовь, которая продолжалась всю нашу жизнь. И теперь, когда его уже нет, мне очень одиноко и тоскливо без него. Это был необычный и необыкновенный человек. Столько нежности, любви, внимания, такта. Как-то он мне сказал, что готов отдать жизнь за меня. Он избаловал меня, потому мне так трудно без него. Мы договорились, что мы поженимся через 4 года, когда кончим институт. Но не сдержали своего слова и поженились через 3. Хотя моя подруга Ира Петровская уверяла Сашу, что \u0026#34;Таня-то влюбляется[?] [в] мальчишек[?] недолго и быстро с ними расстается но все оказалось, моя Саша всерьез[?]. Как-то Саша пригласил меня к себе домой. Мне было очень страшно и боязно. Со мной пошла моя подруга Ира. Мы позвонили в дверь, открыл Саша. Мы с Ирой были одеты почти одинаково: темная юбка и белые свитера. Как в рукописи (стр. 138) Правда, у меня была маленькая брошь. Мы прошли в комнату, закрыв дверь. Но Сашиной, маме своя крепость пошла на меня. Она зашла в комнату, я её подвела. Вот, Саша нас представил и начался разговор. Сашина мама очень хорошо вышивала и стала показывать нам свои работы. Вот так состоялось наше знакомство. У Саши в институте были хорошие друзья, дружная компания. Но меня они не знакомили с ними. И вот однажды он пригласил меня к себе в институт на танцы. А я чувствовала себя неловко, т. к. чувствовала, что меня рассматривают. Только слышала: «Зара (т.е. Саша) свою девушку привёл[?]». Так я познакомилась с его ребятами и влилась в их компанию. Все праздники мы отмечали вместе, в основном у меня, т. к. квартира у нас была большая. Но ребята с девушек денег не брали, были джентльманами. Но деньги они получали оригинальным способом. Времена были трудными. Они в своей профсоюзе получали ордера на материал. Покупали самую дешевую, а потом продавали на рынке. Саша не умел торговать, он стоял и держал морду[?]. Когда я училась на подготовительном отделении, Саша каждый вечер встречал меня у метро «Библиотека им.Л.[?]», и мы шли гулять. Потом его родители довольно часто приглашали меня на обед. Там были еще какие-то люди. В День Победы мы с ним с утра пошли по Москве. Какое было ликование! Какая радость! Летом 1945 года Янушины пригласили меня в дом-отдыха МХАТ\u0026#39;а на Пестовском водохранилище. Поехали мы туда на пароходе с Зинаидой Александровной. Дом-отдыха этот был необычный: там каждому актеру давали отдельную комнату, где можно жи[ть] его семье. Еду готовили сами, только актеру давали какую-то еду. Мы готовили сами. Домик, в котором мы жили, стоял на берегу водохранилища. Там жили: мать Янушина Александра Павловна, его сестра Дуся, его племянница Катюша, Как в рукописи (стр. 139) И вот приехали мы с Зин. Алекс. Комната была большая. В это время в здесь работали на с/х работах студенты студии ЛХАТ\u0026#39;а. Этим вечером я вышла из дома и увидела, что ребята играют в волейбол. Я в то время умела играть и меня взяли в команду. Хорошо поиграли. И вдруг я вижу идет высоченный парень, довольно красивый. Потом оказалось, что это Владилен Давыдов, тоже студент. Он обратил на меня внимание, да и я тоже. А потом весь вечер мы гуляли с ним. Янушин все время подшучивал надо мной. Один раз мы испекли торт «Наполеон» и Мих. Мих. говорит Дусе (сестре): «Дуся, позови Давыдова к нам пить чай!» Дуся так и сделала. Мы сидим за столом, вдруг входит Владик и говорит: «Мих. Мих., вы меня звали?» А Янушин говорит: «Нет, это Танечка пригласила вас пить чай.» А потом Янушин как-то сказал мне: «Если у вас с Давыдовым что-нибудь получится, то я привезу вам кольца из Праги.» Но ничего не получилось, всё просто осталось знакомством. Правда, еще какое-то время Давыдов звонил мне. А в это время приехал Сосна (он где-то отдыхал с мамой), и мы продолжали наши встречи. Мы часто ходили в кино, в наш «Ударник», в клуб Сов. кино, который находился в здании Ермоловой театра Эстрады, встречались у наших друзей, ходили на каток, а чаще всего вечерами бродили по городу. Иногда мы заходили ко мне … Мы встречались с ним почти каждый день. Вернусь к 1944г. У Сосны был товарищ Юрка Пекишев (мы все учились вместе в 9кл), и он стал приглашать меня на прогулки. Однажды он говорит мне: «Выходи все меня замучите.» Я удивилась и говорю: «Юра, только после войны.» И вот только после окончания войны он звонит мне и говорит: «Ну и как? Помнишь наш разговор?» Я: «Юра, ведь я тебя не люблю», а он мне: «Полюбишь!» Я, конечно, благородно так отказала ему. Мы продолжали встречаться с Сашей, наша дружба и чувство крепло. Хороший он был парень. Как я уже упоминала, у Саши были хорошие многие такие[?] друзья. И как-то на один из вечеров я пригласила свою маленькую подругу Иру Петровскую[?] (Валя) *← [Фронтовые письма друзей (стр. 128–133)](/vospominaniya/dnevnik/15-pisma-voennye-128-133/) · [Оглавление тетради](/vospominaniya/dnevnik/) · [Крым, Севастополь и начало семьи](/vospominaniya/dnevnik/17-krym-sevastopol-semya/) →* Связанные материалы Знакомство с Сашей Кривошеина Татьяна Тимофеевна ← Письма товарищей военных лет · Оглавление тетради · Крым, Севастополь и начало семьи →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/16-yunost-i-sasha/","summary":"Юность; Саша = А. Д. Кривошеин, будущий муж.","title":"Юность и знакомство с Сашей"},{"content":"По рукописной тетради. Голос Татьяны Тимофеевны.\nПримечание\nСаша в этой главе — Кривошеин Александр Дмитриевич , жених / муж.\nДмитрий Александрович и Нина Васильевна — его родители (свёкор и свекровь Татьяны). Она была хороша. Покуривала, что в то время считалось ужасным, и косиночки выше колен. Когда ребята увидели её, они ухаживали и решили спасать \u0026ldquo;Гару\u0026rdquo; (это было прозвище Саши). \u0026ldquo;У Таньки такая подруга, она морфинистка, Сашку надо спасать!\u0026rdquo; Позже они меня спрашивали: \u0026ldquo;Как это ты так переменилась. Тебе окакто-то, или ты сама.\u0026rdquo;\nНачало семьи А первое наше знакомство с этими ребятами произошло у Саши. Тогда в далеком 1945 г. наша футбольная команда ездила в Англию играть и победила. Тогда телевизоров не было, радиоприемников тоже. В начале войны было предложено населению сдать все радиоприемники и были только громкоговорители. И у Саши был радиоприемник, или разрешили оставить, и он пригласил всех своих ребят послушать передачу из Англии об игре. Он так же пригласил меня. И у меня было \u0026ldquo;лихое\u0026rdquo; настроение. Это была моя первая встреча с его ребятами. Они рассматривали меня с интересом, а я разозлилась и начинаю дурака. Махе Эттин что-то говорит мне, а я в ответ: \u0026ldquo;Заткнудуре\u0026rdquo;. Он мне: \u0026ldquo;Вот тебе только по расчету.\u0026rdquo; Я спокойно говорю ему: \u0026ldquo;На святеньких богов, не обижайтесь\u0026rdquo; Вот так состоялось наше знакомство А ребята то были хорошие, простые, из трудовых семей.\nБахчисарай, Чуфут-Кале, Судак Летом 1946 г. Кривошеины пригласили меня в Крым. Тогда Сашин отец был назначен Председателем Облисполкома Крыма. Мама моя позвонила нас с Кривошеиными и было решено что я поеду к ним в гости в Крым Мы с Сашей были очень рады. Сдали экзамены и поехали. За нами Дмитрий Александрович прислал салон-вагон. Правда там еще ехала одна семья, которая перебиралась в Крым на работу. Мы поехали: Саша, баба Айя и я. Нас встретили на вокзале и повезли в гостиницу, т.к. Кривошеины жили в гостинице, т.к. дом Председателя Облисполкома был занят семьей предыдущего. Они ждали, когда Кабанов уедут и тогда в гостиницу. Мы некоторое время то жили в Алуште, в доме-отдыха Исполкома, а потом переехали в Гурзуф, где был 2-х этажный особняк, окруженный хорошим садом и там даже был виноградник. Дом стоял высоко, а внизу - санаторий Железнодорожников в прекрасном парке, а дальше море. Вдоль побережья, на самом берегу еще оставалась колючая проволока. В этот год мы с Сашей повидали весь Крым: Бахчисарай с знаменитым фонтаном, воспетый Пушкиным в своей поэме \u0026ldquo;Бахчисарайский фонтан\u0026rdquo;, Алупку с великолепным дворцом графа Воронцова, где он (граф) пытался воссоздать Бахчисарайский фонтан, но не сумел; Ливадию - летнюю резиденцию Николая II и где весною 1945 года проходила знаменитая Ялтинская конференция, куда прибыли Рузвельт, Черчилль, Сталин; ну, конечно были в Ялте, в знаменитом Ботаническом саду, где нас угощали необыкновенными персиками. Потом была Массандра. Нам показали знаменитые виноградники, подвалы с вином, которое хранилось в громадных дубовых бочках. А потом началось дегустирование. Для этого нас провели в специальный зал для дегустации, где на столе перед каждым поставлено множество рюмок с разными винами. Это вино нужно было пить не очень, смакуя. А мы, конечно, сделали это в быстром темпе. От этого нам стало очень весело. Затем мы навестили \u0026ldquo;Ласточкино гнездо\u0026rdquo;, где у нас украли одеяло. Дело в том, что мы путешествовали на \u0026ldquo;Виллисе\u0026rdquo; а сидений там небольшие и мы подкладывали одеяло для удобства. А потом мы побывали в Чуфут-Кале. Это древний город в горах. Там уже никто давно не живет. Город вырублен в скалах. Следующее посещение - Судак, где неподалеку был завод шампанских вин, основанный еще князем Голицыным, родоначальником русского шампанского. Еще до революции 1917 года наше шампанское вино занимало призовое место в Париже. Там до сих пор стоит памятник Голицыну. Нам показали весь процесс создания вина. И хранится оно в подвалах, сделанных в горах. Во время войны, а в Крыму были немцы, эти подвалы были так замаскированы, что их не могли найти. Этот завод располагался в очень красивой бухте. И вот после хорошей дегустации мы пошли купаться. Это было что-то \u0026ldquo;нечто\u0026rdquo;.\nВ день Морского флота Дмитрию Александровичу адмирал Октябрьский, командующий флотом, пригласил на торжества в Севастополь. Мы поехали. Севастополь был разбит полностью. Сохранились кое-какие здания и как не странно городская пристань около самой воды, сохранилась водная станция. А мы так мы ехали по улице, где все дома смотрели на нас разбитыми окнами. Были мы и на Малаховом кургане. У меня сложилось впечатление, что мы ходили по трупам людей. Сохранились еще и форты от первой обороны Севастополя. Они стоят при входе в Севастопольскую бухту, где мы видели памятник погибшим кораблям. Дм. Алекс. Нину Вас. и Сашу пригласили на завтрак в свою кают-компанию. Мы с бабой Ниной остались бродить по разрушенному городу, то и дело на разрушенные дома и мертвые окна.\nСимферополь тоже \u0026ldquo;хорошо\u0026rdquo; пострадал от войны. Тоже разбитые дома, окна без стекол, воронки еще не засыпаны.\nМы с Сашей много лазали по горам вокруг Алушты и находили окопы, а также черные смертники; маленькие фрутиерки из пластмассы, которые носили солдаты. В них указывалось имя, фамилия и адрес.\nБыло в Крыму в то время много пленных немцев. Они жили в лагерях, а днем их водили на работу: они восстанавливали то, что разрушили, обрабатывали виноградники, вечером их возили купаться в море. Это тех, которые лагеря которых находились недалеко от моря.\nК концу нашего пребывания в Крыму Кривошеины переехали из гостиницы в отдельный дом на ул. Аксакова. Баба Нина и деда Митя очень любили землю, и где бы они ни были всегда работали на земле. Они привели в порядок двор, разбив там красивый цветник, посадили клубнику, а за домом разбили огород с небольшим парником. Дом отремонтировали. В нем было 6 комнат (одно небольшое для дом. работницы Соседями Кривошеиных был Командующий Таврическим военным округом М. М. Попов. Он жил со своей молодой женой Серафимой и маленьким сыном. Н.В. и Серафима поддерживали приятельские отношения.\nВ конце августа мы уехали в Москву.\nВ Москве опять началась рутинная жизнь: институт, занятия, домашние дела. И опять наши встречи с Сашей. Дружба наша крепла. Я училась на 2-ом курсе, а Саша - на 4-ом. Вот так и текла наша жизнь.\nНовый 1947 год мы встречали у Саши, считай вдвоем. Правда была еще Сашина бабушка. Сдав экзамены, мы поехали на каникулы в Симферополь. Там мы часто ходили в театр, много гуляли, читали. Даже съездили к морю. К моему удивлению море около берега замерзло. Это было в Алуште.\nА со мной произошел забавный случай. У нас в институте был вечер и на этом вечере я встретила Рена Меркулова (когда-то мы учились в одной школе, жили в одном подъезде, встречались у Инны Кобуловой). Рен взял мой телефон и пообещал позвонить. Рена был живой. Красивый был. Он учился в академии им. Жуковского. Он позвонил и предложил встретиться у м. \u0026ldquo;Библиотека Ленина\u0026rdquo;. Я прохожу мимо папы и говорю: \u0026ldquo;Я иду на свидание с сыном министра госбезопасности\u0026rdquo;. Папа посмотрел на меня и сказал: \u0026ldquo;Не пойдем\u0026rdquo;. Это в первый раз папа наложил свой родительский запрет. Я была удивлена, т.к. папа никогда не запрещал мне выбирать своих знакомых. Я послушалась. Но слово отца было для меня законом. Больше Рена мне не звонил. Тогда я не понимала этого, а теперь всё встало на свои места.\nМы с Сашей ходили на каток, в кино, (наш \u0026ldquo;Ударник\u0026rdquo;) в клуб Совмина (теперь это театр Эстрады), встречались с друзьями, танцевали. В общем вели жизнь характерную для молодежи.\nМагнитогорск Весной Саша уехал в Магнитогорск на практику, а я сдавала экзамены. Я составила для Саши расписание экзаменов, и он волновался вместе со мной.\nА после этого мы поехали в Симферополь, где Саша объявил своим родителям, что мы решили пожениться.\nМои родители были согласны, его родители соглашались тоже. Но какой свадьбы? Никаких [венчаний?] у нас не было. Мы поехали в Ялту, а [написали?] [заяв.?], в то лето в Гурзуфе, и зарегистрировали наш брак. Когда мы ехали обратно в Гурзуф, наш Федор шутил: «Чудо — мне дочь ехать было, а обратно — теперь дочь и сын.» Потом был обед, нас поздравили, Сашкина бабушка, выпив, разбила на счастье рюмку.\nВот так и началась наша с ним жизнь.\nПриехав в Москву, мы стали жить у Саши в той самой комнате, где я сижу сейчас. С нами жила баба Лена, Сашина тетушка. Она вела хозяйство. Славная была женщина. Она очень любила Сашу. Мы учились, я на — 3-ем курсе, Саша кончал и делал диплом. Я ездила на практику в Жданов (теперь Мариуполь) на Азовское море. Мне было тоскливо без него. Я уже ждала ребенка. Он должен был появиться в конце мая. Часть экзаменов я сдала заранее, не хотела брать академию. Отпуск. Роды — самое главное — антибиотики. Кривошеины предложили, чтобы я рожала в Симферополе. И вот в середине мая я поехала в Крым, а Саша остался в Москве, чтобы защитить диплом. Встретила меня на аэродроме Нина Васильевна и мы поехали домой.\nМитя В 1948 г. у нас родился сын и назвали его Дмитрием (Митей). Саша еще был в Москве, а после защиты диплома приехал в Симферополь. Саша уже был дипломированным инженером, а я еще — студентка.\nЗатем мы вернулись в Москву. Мне надо было сдавать еще экзамены. В это время приходила моя мама и сидела с Митей, а баба Лена занималась хозяйством. Мне предстояло еще учиться, еще один курс — IV-ый. Вот Митя-то рос, был забавным мальчуганом, но у меня много времени занимал институт.\nЭтот год прошел в заботах. Митька рос. С ним сидели баба Лена и баба Лина (Агриппина Дмитриевна), сашина прабабушка. Я училась на последнем\nУчёба, работа и встречи выпускников Рукопись по страницам Как в рукописи (стр. 140) Она была хороша. Покуривала, что в то время считалось ужасным, и косиночки выше колен. Когда ребята увидели её, они ухаживали и решили спасать \u0026#34;Гару\u0026#34; (это было прозвище Саши). \u0026#34;У Таньки такая подруга, она морфинистка, Сашку надо спасать!\u0026#34; Позже они меня спрашивали: \u0026#34;Как это ты так переменилась. Тебе окакто-то, или ты сама.\u0026#34; А первое наше знакомство с этими ребятами произошло у Саши. Тогда в далеком 1945 г. наша футбольная команда ездила в Англию играть и победила. Тогда телевизоров не было, радиоприемников тоже. В начале войны было предложено населению сдать все радиоприемники и были только громкоговорители. И у Саши был радиоприемник, или разрешили оставить, и он пригласил всех своих ребят послушать передачу из Англии об игре. Он так же пригласил меня. И у меня было \u0026#34;лихое\u0026#34; настроение. Это была моя первая встреча с его ребятами. Они рассматривали меня с интересом, а я разозлилась и начинаю дурака. Махе Эттин что-то говорит мне, а я в ответ: \u0026#34;Заткнудуре\u0026#34;. Он мне: \u0026#34;Вот тебе только по расчету.\u0026#34; Я спокойно говорю ему: \u0026#34;На святеньких богов, не обижайтесь\u0026#34; Вот так состоялось наше знакомство А ребята то были хорошие, простые, из трудовых семей. Летом 1946 г. Кривошеины пригласили меня в Крым. Тогда Сашин отец был назначен Председателем Облисполкома Крыма. Мама моя позвонила нас с Кривошеиными и было решено что я поеду к ним в гости в Крым Мы с Сашей были очень рады. Сдали экзамены и поехали. За нами Дмитрий Александрович прислал салон-вагон. Правда там еще ехала одна семья, которая перебиралась в Крым на работу. Мы поехали: Саша, баба Айя и я. Нас встретили на вокзале и повезли в гостиницу, т.к. Кривошеины жили в гостинице, т.к. дом Председателя Облисполкома был занят семьей предыдущего. Они ждали, когда Кабанов уедут и тогда в гостиницу. Мы некоторое время то жили в Алуште, в доме-отдыха Исполкома, Как в рукописи (стр. 141) а потом переехали в Гурзуф, где был 2-х этажный особняк, окруженный хорошим садом и там даже был виноградник. Дом стоял высоко, а внизу - санаторий Железнодорожников в прекрасном парке, а дальше море. Вдоль побережья, на самом берегу еще оставалась колючая проволока. В этот год мы с Сашей повидали весь Крым: Бахчисарай с знаменитым фонтаном, воспетый Пушкиным в своей поэме \u0026#34;Бахчисарайский фонтан\u0026#34;, Алупку с великолепным дворцом графа Воронцова, где он (граф) пытался воссоздать Бахчисарайский фонтан, но не сумел; Ливадию - летнюю резиденцию Николая II и где весною 1945 года проходила знаменитая Ялтинская конференция, куда прибыли Рузвельт, Черчилль, Сталин; ну, конечно были в Ялте, в знаменитом Ботаническом саду, где нас угощали необыкновенными персиками. Потом была Массандра. Нам показали знаменитые виноградники, подвалы с вином, которое хранилось в громадных дубовых бочках. А потом началось дегустирование. Для этого нас провели в специальный зал для дегустации, где на столе перед каждым поставлено множество рюмок с разными винами. Это вино нужно было пить не очень, смакуя. А мы, конечно, сделали это в быстром темпе. От этого нам стало очень весело. Затем мы навестили \u0026#34;Ласточкино гнездо\u0026#34;, где у нас украли одеяло. Дело в том, что мы путешествовали на \u0026#34;Виллисе\u0026#34; а сидений там небольшие и мы подкладывали одеяло для удобства. А потом мы побывали в Чуфут-Кале. Это древний город в горах. Там уже никто давно не живет. Город вырублен в скалах. Следующее посещение - Судак, где неподалеку был завод шампанских вин, основанный еще князем Голицыным, родоначальником русского шампанского. Еще до революции 1917 года наше шампанское вино занимало призовое место в Париже. Там до сих пор стоит памятник Голицыну. Нам показали весь процесс создания вина. И хранится оно в подвалах, сделанных в горах. Во время войны, а в Крыму были немцы, эти подвалы были так замаскированы, что их не могли найти. Этот завод располагался в очень красивой бухте. И вот после хорошей Как в рукописи (стр. 142) дегустации мы пошли купаться. Это было что-то \u0026#34;нечто\u0026#34;. В день Морского флота Дмитрию Александровичу адмирал Октябрьский, командующий флотом, пригласил на торжества в Севастополь. Мы поехали. Севастополь был разбит полностью. Сохранились кое-какие здания и как не странно городская пристань около самой воды, сохранилась водная станция. А мы так мы ехали по улице, где все дома смотрели на нас разбитыми окнами. Были мы и на Малаховом кургане. У меня сложилось впечатление, что мы ходили по трупам людей. Сохранились еще и форты от первой обороны Севастополя. Они стоят при входе в Севастопольскую бухту, где мы видели памятник погибшим кораблям. Дм. Алекс. Нину Вас. и Сашу пригласили на завтрак в свою кают-компанию. Мы с бабой Ниной остались бродить по разрушенному городу, то и дело на разрушенные дома и мертвые окна. Симферополь тоже \u0026#34;хорошо\u0026#34; пострадал от войны. Тоже разбитые дома, окна без стекол, воронки еще не засыпаны. Мы с Сашей много лазали по горам вокруг Алушты и находили окопы, а также черные смертники; маленькие фрутиерки из пластмассы, которые носили солдаты. В них указывалось имя, фамилия и адрес. Было в Крыму в то время много пленных немцев. Они жили в лагерях, а днем их водили на работу: они восстанавливали то, что разрушили, обрабатывали виноградники, вечером их возили купаться в море. Это тех, которые лагеря которых находились недалеко от моря. К концу нашего пребывания в Крыму Кривошеины переехали из гостиницы в отдельный дом на ул. Аксакова. Баба Нина и деда Митя очень любили землю, и где бы они ни были всегда работали на земле. Они привели в порядок двор, разбив там красивый цветник, посадили клубнику, а за домом разбили огород с небольшим парником. Дом отремонтировали. В нем было 6 комнат (одно небольшое для дом. работницы Как в рукописи (стр. 143) Соседями Кривошеиных был Командующий Таврическим военным округом М. М. Попов. Он жил со своей молодой женой Серафимой и маленьким сыном. Н.В. и Серафима поддерживали приятельские отношения. В конце августа мы уехали в Москву. В Москве опять началась рутинная жизнь: институт, занятия, домашние дела. И опять наши встречи с Сашей. Дружба наша крепла. Я училась на 2-ом курсе, а Саша - на 4-ом. Вот так и текла наша жизнь. Новый 1947 год мы встречали у Саши, считай вдвоем. Правда была еще Сашина бабушка. Сдав экзамены, мы поехали на каникулы в Симферополь. Там мы часто ходили в театр, много гуляли, читали. Даже съездили к морю. К моему удивлению море около берега замерзло. Это было в Алуште. А со мной произошел забавный случай. У нас в институте был вечер и на этом вечере я встретила Рена Меркулова (когда-то мы учились в одной школе, жили в одном подъезде, встречались у Инны Кобуловой). Рен взял мой телефон и пообещал позвонить. Рена был живой. Красивый был. Он учился в академии им. Жуковского. Он позвонил и предложил встретиться у м. \u0026#34;Библиотека Ленина\u0026#34;. Я прохожу мимо папы и говорю: \u0026#34;Я иду на свидание с сыном министра госбезопасности\u0026#34;. Папа посмотрел на меня и сказал: \u0026#34;Не пойдем\u0026#34;. Это в первый раз папа наложил свой родительский запрет. Я была удивлена, т.к. папа никогда не запрещал мне выбирать своих знакомых. Я послушалась. Но слово отца было для меня законом. Больше Рена мне не звонил. Тогда я не понимала этого, а теперь всё встало на свои места. Мы с Сашей ходили на каток, в кино, (наш \u0026#34;Ударник\u0026#34;) в клуб Совмина (теперь это театр Эстрады), встречались с друзьями, танцевали. В общем вели жизнь характерную для молодежи. Весной Саша уехал в Магнитогорск на практику, а я сдавала экзамены. Я составила для Саши расписание экзаменов, и он волновался вместе со мной. А после этого мы поехали в Симферополь, где Саша объявил своим родителям, что мы решили пожениться. Как в рукописи (стр. 144) Мои родители были согласны, его родители соглашались тоже. Но какой свадьбы? Никаких [венчаний?] у нас не было. Мы поехали в Ялту, а [написали?] [заяв.?], в то лето в Гурзуфе, и зарегистрировали наш брак. Когда мы ехали обратно в Гурзуф, наш Федор шутил: «Чудо — мне дочь ехать было, а обратно — теперь дочь и сын.» Потом был обед, нас поздравили, Сашкина бабушка, выпив, разбила на счастье рюмку. Вот так и началась наша с ним жизнь. Приехав в Москву, мы стали жить у Саши в той самой комнате, где я сижу сейчас. С нами жила баба Лена, Сашина тетушка. Она вела хозяйство. Славная была женщина. Она очень любила Сашу. Мы учились, я на — 3-ем курсе, Саша кончал и делал диплом. Я ездила на практику в Жданов (теперь Мариуполь) на Азовское море. Мне было тоскливо без него. Я уже ждала ребенка. Он должен был появиться в конце мая. Часть экзаменов я сдала заранее, не хотела брать академию. Отпуск. Роды — самое главное — антибиотики. Кривошеины предложили, чтобы я рожала в Симферополе. И вот в середине мая я поехала в Крым, а Саша остался в Москве, чтобы защитить диплом. Встретила меня на аэродроме Нина Васильевна и мы поехали домой. Митя В 1948 г. у нас родился сын и назвали его Дмитрием (Митей). Саша еще был в Москве, а после защиты диплома приехал в Симферополь. Саша уже был дипломированным инженером, а я еще — студентка. Затем мы вернулись в Москву. Мне надо было сдавать еще экзамены. В это время приходила моя мама и сидела с Митей, а баба Лена занималась хозяйством. Мне предстояло еще учиться, еще один курс — IV-ый. Вот Митя-то рос, был забавным мальчуганом, но у меня много времени занимал институт. Этот год прошел в заботах. Митька рос. С ним сидели баба Лена и баба Лина (Агриппина Дмитриевна), сашина прабабушка. Я училась на последнем Учёба, работа и встречи выпускников {#ucheba-vypuskniki} Связанные материалы Поездки в Крым Крым в истории семьи Севастополь Кривошеина Татьяна Тимофеевна ← Юность и знакомство с Сашей · Оглавление тетради · Учёба, работа и встречи выпускников →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/17-krym-sevastopol-semya/","summary":"Крым с А. Д. Кривошеиным (Сашей); начало семьи.","title":"Крым, Севастополь и начало семьи"},{"content":"По рукописной тетради. Голос Татьяны Тимофеевны. Фотографии — рядом с эпизодами, к которым они относятся на листах.\nПримечание\nСаша в рассказе об учёбе, работе и аресте 2.IX.1949 — Кривошеин Александр Дмитриевич , муж Татьяны Тимофеевны. курсе, а Саша уже работал в Стальпроекте. Так и шла наша жизнь. В июне месяце я сдала гос. экзамены и меня оставили в Москве, т.к. Саша работал в Москве. Меня направили работать в Цензуру (иностранный отдел). В это время баба Лена, Митя и баба Лина уехали в Симферополь. Мы с Сашей оставались вдвоем, это было так редко, когда нам приходилось быть вдвоем. В это время в Москву приезжал Поль Рабсон (знаменитый американский бас), мы ходили его слушать.\nПотом у Саши был отпуск, и мы полетели в Симферополь, а потом у нас были путевки в д/о в Рабочем уголке Алушты. А Кривошеины собирались ехать в Благовещенск, куда Дм. Ал. назначали председ. Облисполкома. А они отправились в Москву. Я должна пойти на работу, с нами осталась баба Лина.\nИ вот пришло 2-ое сентября, когда наша жизнь полностью изменилась. В ночь на 2/IX был арестован Саша. Что и как, почему? Тогда мы понять не могли. Никто помочь не мог: ни мои родители, ни Сашины. Работать я уже не помнила, т.к. была персона «нон-грата».\nЯ позвонила в Благовещенск Дм. Ал. и рассказала ему о случившемся. Через некоторое время они выехали в Москву. Я каждую среду ходила на Лубянку в справочное бюро, наводя справки о Саше. Мне ответили, что идет следствие. Потом мне разрешили передать ему некоторые теплые вещи и сто рублей.\nУ Дм. Ал. начались неприятности: его сняли с должности председ. облисполкома Амурской обл. и поставили в резерв ЦК. Ему еще был вынесен строгий выговор за сына.\nВ ноябре или начале декабря меня уведомили, что Саша осужден по 58 ст. на 10 лет. Я сначала ничего не могла понять, и Дм. Ал. и Нина Вас. пошли туда в справочное бюро и еще раз узнать! Оказалось, что это так. Сашу перевели в Бутырки, куда мы с Н.В. носили передачу а потом их отправили в Воркуту. Первое письмо я получила из Воркуты. С работой у меня ничего не получилось, т.к. в Цензуру меня не могли взять. Я год сидела без работы.\nВсе. Ал. предложили стать директором совхоза «Люберецкие поля орошения», они поехали в Косино, а я с Митей! поехала к маме, на Б. Калужскую (Ленинский пр. [адрес скрыт]рживали отношения, Митя часто бывал там и все лето проводил в Москве. Год я не работала, т.к. на работу в цензуру меня не взяли из-за Саши. Потом меня мама устроила на работу в телевизор. школы № 50 г. Люблино (она в то время работала в МПС), где я проработала 5 лет, до Сашиного возвращения.\nВстречи выпускников В школе дети меня любили, да и весь коллектив относился ко мне очень хорошо. В классе, где я была кл. руководителем, до сих пор поддерживает со мной отношение. Они выпускали журнал литературный, где было написано мне много стихов. Каждый новый год они звонят мне и поздравляют. Иногда они заходят ко мне. Когда еще была жива мама, она спрашивала: «Кто пришел?» Я отвечала: «Девочки.» «Татьян Тимофеевна, какие мы девочки? У нас уже есть внуки.» Встречались в связи с 30-летием окончания школы, у Риты Истлиной.\nА 13 апреля 2003 года собрались отметить 50 летие со дня окончания. Уже звонили.\nМай 1983г. Прошло 30 лет со дня окончания школы. Я со своими «девочками»\n«Май 1983. Прошло 30 лет… Я со своими „девочками“».\nЭто Паша. 1930 г\nМне 12 лет.\nМоя фотография. 1938. Паша и я в нашей столовой в [кв. скрыто] 12 подъезд.\nЛето 1945 г. Пестово. д/о ИХТИ\u0026rsquo;а\n«Это Паша. 1930 г.»\n«Мне 12 лет».\n1938 — Паша и Таня.\nНаш выпуск. Гр. 203. Июнь 1949г.\nСтоят: 1. - Я. 2. - Кира Федорова 3. - Сора Бергская 4. - Люся Палухина.\nСидят: 1 - Римма Ионова Кипар. 2 - Ира Гофман 3 - Гарри Михай- Уайзер. 4 - Лена Егорова 5 - Нина Саулкова\nКак жилось без Саши? Тоскливо, всё всегда нехватало. Особенно я не любила выходные дни и праздники. Когда видишь, что идет семья, а я одна с Митей. Плохо было.\nНу вот настал март 1953 года. Умер Сталин. Затем последовал 20-ый съезд и знаменитое письмо Хрущева о культе личности. Это было страшное известие. Папа очень нервничал и всё спрашивал маму: «Ты понимаешь, что такое „культ личности\u0026quot;?» Мама отвечала: «Конечно, понимаю!» А папа ей говорил: «Ни черта ты не понимаешь, он долго будет нам отравиваться.»\nПотом М. и М. обратились в Ген. прокуратуру с просьбой пересмотреть Сашино дело, а также просили своих старых товарищей ускорить рассмотрение.\nИ вот в июне 1954 г. Саша вернулся. Ведь сначала он был в Воркуте, потом его перевели в район Семипалатинска (они что-то там строили. Он был уже главным инженером бетонного завода.) Ему дали предложение привезти свою\nСемья и дети «Наш выпуск. Гр. 203. Июнь 1949 г.»\nРукопись по страницам Как в рукописи (стр. 145) курсе, а Саша уже работал в Стальпроекте. Так и шла наша жизнь. В июне месяце я сдала гос. экзамены и меня оставили в Москве, т.к. Саша работал в Москве. Меня направили работать в Цензуру (иностранный отдел). В это время баба Лена, Митя и баба Лина уехали в Симферополь. Мы с Сашей оставались вдвоем, это было так редко, когда нам приходилось быть вдвоем. В это время в Москву приезжал Поль Рабсон (знаменитый американский бас), мы ходили его слушать. Потом у Саши был отпуск, и мы полетели в Симферополь, а потом у нас были путевки в д/о в Рабочем уголке Алушты. А Кривошеины собирались ехать в Благовещенск, куда Дм. Ал. назначали председ. Облисполкома. А они отправились в Москву. Я должна пойти на работу, с нами осталась баба Лина. И вот пришло 2-ое сентября, когда наша жизнь полностью изменилась. В ночь на 2/IX был арестован Саша. Что и как, почему? Тогда мы понять не могли. Никто помочь не мог: ни мои родители, ни Сашины. Работать я уже не помнила, т.к. была персона «нон-грата». Я позвонила в Благовещенск Дм. Ал. и рассказала ему о случившемся. Через некоторое время они выехали в Москву. Я каждую среду ходила на Лубянку в справочное бюро, наводя справки о Саше. Мне ответили, что идет следствие. Потом мне разрешили передать ему некоторые теплые вещи и сто рублей. У Дм. Ал. начались неприятности: его сняли с должности председ. облисполкома Амурской обл. и поставили в резерв ЦК. Ему еще был вынесен строгий выговор за сына. В ноябре или начале декабря меня уведомили, что Саша осужден по 58 ст. на 10 лет. Я сначала ничего не могла понять, и Дм. Ал. и Нина Вас. пошли туда в справочное бюро и еще раз узнать! Оказалось, что это так. Сашу перевели в Бутырки, куда мы с Н.В. носили передачу а потом их отправили в Воркуту. Первое письмо я получила из Воркуты. С работой у меня ничего не получилось, т.к. в Цензуру меня не могли взять. Я год сидела без работы. Как в рукописи (стр. 146) Все. Ал. предложили стать директором совхоза «Люберецкие поля орошения», они поехали в Косино, а я с Митей! поехала к маме, на Б. Калужскую (Ленинск. пр) д. 4 С Кривошеиными мы все время поддерживали отношения, Митя часто бывал там и все лето проводил в Москве. Год я не работала, т.к. на работу в цензуру меня не взяли из-за Саши. Потом меня мама устроила на работу в телевизор. школы № 50 г. Люблино (она в то время работала в МПС), где я проработала 5 лет, до Сашиного возвращения. В школе дети меня любили, да и весь коллектив относился ко мне очень хорошо. В классе, где я была кл. руководителем, до сих пор поддерживает со мной отношение. Они выпускали журнал литературный, где было написано мне много стихов. Каждый новый год они звонят мне и поздравляют. Иногда они заходят ко мне. Когда еще была жива мама, она спрашивала: «Кто пришел?» Я отвечала: «Девочки.» «Татьян Тимофеевна, какие мы девочки? У нас уже есть внуки.» Встречались в связи с 30-летием окончания школы, у Риты Истлиной. А 13 апреля 2003 года собрались отметить 50 летие со дня окончания. Уже звонили. Май 1983г. Прошло 30 лет со дня окончания школы. Я со своими «девочками» Как в рукописи (стр. 147) Это Паша. 1930 г Мне 12 лет. Моя фотография. 1938. Паша и я в нашей столовой в [кв. скрыто] 12 подъезд. Лето 1945 г. Пестово. д/о ИХТИ\u0026#39;а Как в рукописи (стр. 148) Наш выпуск. Гр. 203. Июнь 1949г. Стоят: 1. - Я. 2. - Кира Федорова 3. - Сора Бергская 4. - Люся Палухина. Сидят: 1 - Римма Ионова Кипар. 2 - Ира Гофман 3 - Гарри Михай- Уайзер. 4 - Лена Егорова 5 - Нина Саулкова Как жилось без Саши? Тоскливо, всё всегда нехватало. Особенно я не любила выходные дни и праздники. Когда видишь, что идет семья, а я одна с Митей. Плохо было. Ну вот настал март 1953 года. Умер Сталин. Затем последовал 20-ый съезд и знаменитое письмо Хрущева о культе личности. Это было страшное известие. Папа очень нервничал и всё спрашивал маму: «Ты понимаешь, что такое „культ личности\u0026#34;?» Мама отвечала: «Конечно, понимаю!» А папа ей говорил: «Ни черта ты не понимаешь, он долго будет нам отравиваться.» Потом М. и М. обратились в Ген. прокуратуру с просьбой пересмотреть Сашино дело, а также просили своих старых товарищей ускорить рассмотрение. И вот в июне 1954 г. Саша вернулся. Ведь сначала он был в Воркуте, потом его перевели в район Семипалатинска (они что-то там строили. Он был уже главным инженером бетонного завода.) Ему дали предложение привезти свою Семья и дети {#semya-deti} ← Крым, Севастополь и начало семьи · Оглавление тетради · Семья и дети →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/18-ucheba-rabota-vypuskniki/","summary":"Учёба, работа, выпускники.","title":"Учёба, работа и встречи выпускников"},{"content":"По рукописной тетради. Голос Татьяны Тимофеевны. Год рождения детей — без дня и месяца, пока нет семейного подтверждения для публикации.\nПримечание\nСаша / Санечка в этой главе — Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988), муж Татьяны; возвращение 1954, Косино, сыновья. семью туда, но без выезда. Он не согласился. А потом его перевели в Актюбинск, а потом в Москву. Как вспоминает Саша на этот раз в Москве было вежливое отношение, и следователь говорил ему «Вы». Предлагали папиросы. Однажды его вызвал следователь и сказал: «Ну, вот Саша, дело закончено. Идите и собирайте свои вещи, вас внизу ждет отец. Но побыстрее, мы выпускаем до 18⁰⁰, поспешите. А то, если хотите, можете переночевать у нас.» Саша, конечно, отказался.\nИ вот он вышел. А ждали его в машине Дм. Алекс., Нина Вас., я и моя мама. Дело было на М. Лубянке. Саша — в кирзовых сапогах, коротко пострижен, в ватнике с деревянным чемоданом. Он, по-моему, плохо понимал, что происходит и кого он видит, он только «тихнул» нас, сел в машину и сказал: «Поехали отсюда!» Моя мама не смогла поехать с нами, т.к. не было места. Мы приехали в Косино и устроили Саше сразу душ. А душ был летний. Я принесла ему белье, и он спросил меня: «соскучилась?» Этим было всё сказано, как-будто не было 5 лет разлуки. Мы опять оказались вместе.\nСаше выдали паспорт. И он стал человеком с паспортом! Немного отдохнув, он поехал на работу в «Стальпроект», где его восстановили на работе. Всё лето мы провели в Косино. Туда приезжали его институтские товарищи. Вообще жизнь тихо потихоньку восстанавливалась.\nНадо отдать Саше справедливость, что он никогда меня не спрашивал, как я жила эти 5 лет. Ни вопроса, ни упрека. Как он сказал: «То, что было, меня не интересует.» Всё. Не такое был способен только «мой Санечка», который очень любил меня, да и я тоже. И очень мало рассказывал о тех ужасах, которые он пережил. Осенью мы переехали в Москву, пошли на работу: я в школу, он — в Стальпроект.\nВ декабре 1954 у нас случилось несчастье: заболел мой папа. Сначала у него был малый инсульт, думали, что дело пойдет на поправку. А в январе случился второй инсульт — очень тяжелый. Папу отправили в больницу. Мама пропадала там, хотя больница была хорошей (Кремлёвка), но отец её не отпускал. В больнице он был долго. А после этого его отправили в санаторий «Кратово» (для старых большевиков). Мама поехала с ним. Дело шло к осени. Я навещала их, но папа не очень был доволен моими приятелями. Он очень заснялся. В сентябре мы его взяли домой. Сначала было ничего, а потом поднялась температура и его взяли в больницу, откуда он не вернулся. Это случилось 28 октября (пятница) 1955. В тот день мы были в больнице, но к нему нас не пустили, мы поехали домой, а в 11-30 ночи нам позвонили и сообщили, что он скончался. Вот так всё кончилось. Папы не стало.\nМитя Мите уже пошел в школу в I класе. Мама стала прихварывать. Дом опустел. Но жизнь продолжалась. Я еще работала в школе, но хотелось вернуться и работать в Москве. Я уже устала ездить в электричке.\nМите учился, но часто болел ангинами. Нужно что-то было делать с его горлом. Я ездила с ним на консультацию к известному тогда отоларингологу. Он посоветовал удалить ему гланды и аденоиды. Мы стали искать где можно сделать это. Нам повезло Жена Сашиного товарища Бориса Чарки, работающего в детской Морозовской больнице, она была ЛОР\u0026rsquo;ом. Через неё мы устроили Митю в больницу где ему сделали операцию. Мы навещали его так, что пообещали, что после операции он сможет есть мороженое и пить газированную воду. Всего этого он был лишён.\nА перед этим с ним случилась беда он ещё не ходил в школу. Он сидел во дворе с бабой Лёсей в это время бежал какой-то здоровый парень, лет 16-ти, мимо не глядя, и он толкнул Митю, он упал навзничь и головой ударился об асфальт. Я было на работе. Мама вызвала врача, Митю надо было госпитализировать. В это время приехала я, и Митю отправили в Морозовскую с сотрясением мозга. Мы ходили туда каждый вечер. А потом взяли Митю домой под подписку. Вот так и текла наша жизнь с её радостями и горестями.\nМы продолжали работать, но я всё же мечтала перейти на работу в Москву. И вот летом 1956 года я перешла на работу переводчиком Саша вернулся. Лето 1954. У Петровского леса\nУ Москва - реки. Петровский лес. Лето 1954\nПосле возвращения\nСерёжа в \u0026ldquo;Стальпроект\u0026rdquo;. Тогда они были заняты строительством мет. завода в Индии, в Бхилаи. Я переводила чертежи, записки, были у меня подшефные индусы (инженеры). Шутя можно сказать, что часть завода была построена по моим чертежам. Завод работает. Кроме того, я занималась русским языком с одним индийским инженером м-ром Раджигапаланом[?]. В 1957 г. у нас родился Серёжа. Он родился в том же род. доме, где родилась я. Это роддом им. Грауэрмана, что на Арбате.\n«Саша вернулся. Лето 1954. У Петровского леса». Саша — А. Д. Кривошеин, муж Т. Т.\nУ Москвы-реки. Петровский лес. Лето 1954.\nПосле возвращения — семейный кадр.\nМне приходилось разбирать жалобы, какие-то дела. Вообще противно.\nИ вот Митя кончил школу, но не очень успешно. Надо было поступать в ин-т. А год был трудный: в тот год школу кончали и 10 классы, и 11-ые. Т.е. поступающих в вузы оказалось в два раза больше.\nМитя решил поступать к нам в ин-т, т.к. там работала я, да и у Саши было много товарищей там, которые могли как-то помочь. Митька выбрал трудный факультет — физики. Учиться ему было трудновато, да он и сам особого рвения не проявлял. В 1-ом семестре он завалил математику, пришлось заниматься все каникулы. Наконец он сдал. А во II-ом семестре он влюбился и здесь всё полетело кувырком. К концу года у него не было сдано 3 экзамена, т.е. его должны были отчислить. Тогда Саша, собрав свою волю, отправились к декану факультета, а им был его однокашник и стали просить его о помощи. Декан молчал, и Саша молчал. Саша говорил мне потом, что он решил не уходить до тех пор пока декан не решит что делать. Потом декан сказал: «Приходи ко мне через 2 часа». Саша пришел и декан сказал, чтоб Митя сдал хоть бы один экзамен, а 2 экзамена на перенесем на осень. Так и сделали. Все лето Митька занимался с преподавателями математ. и физики. К 1 сентября он все экзамены сдал, но потом опять началось «шаляй»-валяй и его перевели на другой факультет. Здесь ему помогли мои друзья. Итак Митя на 3-ем курсе ф-та редких металлов. Как-будто начал заниматься. Летом он поехал в Пицунду в наш спортивный лагерь. Приехал немного раньше времени, похудевший и очень озабоченный. Влюбился и думает о женитьбе. Как ты будешь учиться и на что жить? Ответ: «Я перейду на вечерний ф-т и буду работать». «А где жить?» Мы тогда жили на Ленинском проспекте, и в квартире было мало. Потом он рассказал, что его избранница замужем и собирается разводиться. Она учится на ф-те ПМП. Забыла как её зовут. Мы очень серьёзно и много говорили об этом, пытались удержать его от этого шага.\nОна часто звонила нам, а он просил сказать, что его нет дома, уехал. Я ему сказала, что вечно прятаться нельзя и надо с ней поговорить. Они назначили свидание, а Митька пришел домой здорово пьяный. Все порывался идти, но я его не пустила. Он лег и провалился в сон. Последовал звонок от неё. Я объяснила следующую неудачу Митя не может придти, и попросила её встретиться со мной, назначили время около метро. Саша пошел провожать меня. Девица немного опоздала. Потом мы с ней решили прогуляться по Якиманке. Она идет рядом и говорит, приговаривая при этом: «Мы с Димкой любим друг друга». На что я ответила: «Очень хорошо, но теперь расскажите мне о себе». Она скрыла тот факт, что она замужем и живет у мужа, о разводе не было и речи. На меня она произвела впечатление очень легкомысленной девицы, не очень умной, немного бестактной. Мы поговорили и расстались. Потом я расспросила в ин-те о ней, мнение этих людей совпадало с моим.\nПотом я с Митей долго говорила о своем впечатлении. (По-моему это была его первая любовная связь). Потом она много раз звонила, а Митя не подходил к телефону. Конечно он трусил. Так продолжалось довольно долго. Однажды я подошла к телефону и сказала ей: «Поймите меня правильно, я говорю вам как женщине. Подумайте почему он не звонит вам. Вы всё поймете.» Она сказала: «Спасибо» и больше [зач.] не звонила. Прошло какое-то время, Митя был уже женат, и он поблагодарил меня за то, что я сумела удержать его от этого шага.\nМитя с дедом Пешей. Январь 1954 год\nБердянск. Азовское море 1965 год.\n«Митя с дедом Пешей. Январь 1954 год».\n«Бердянск. Азовское море. 1965 год».\nФевраль 1948. Митя.\nМитя - на практике в Узбекистане.\nНа последнем курсе стал хорошо учиться. Да и уже был серьёзно влюблён. После окончания ин-та он женился на своей сокурснице Венте Розе. (Кривошеино). У него 2-е сыновей. Работа хорошая. В юности увлекался футболом, и очень любил читать. Какое-то время поставил писать. Посылал свои работы в газету. Где-то есть отзыв на его работу от «Комсом. правды». Закончил аспирантуру, защитился, кандидат тех. наук, доцент. Преподает в Моск. Авиац.-технолог. ин-те Думает о докторской диссертации. Есть печатные работы.\nКосино. 1954. Возвращение\nЛето 1954 г. Косино. После Сашиного возвращения Митя и Саша.\nВ 1974г. летом от ин-та послали на стажировку в США, в ун-т в Лос-Анжелесе Моя[?] пробыл[?] там около 2-х месяцев. Поездка была незабываемой.\nВ 1979г. мы с Валентиной (как ездили в ГДР)[?].\nВ 1981г. я ездила в ГДР и Венгри[ю].\n«Февраль 1948. Митя».\nМитя — практика в Узбекистане.\nКосино, 1954. Митя и Саша (А. Д. Кривошеин).\n(род. 1957 г.).\nУтром 1957 у нас родился еще один сын. Самое очень хотелось иметь дочь, но родился еще один сынок. Саша мне сказал: «Ты всегда сделаешь по-своему.» Родили Серёжу в род.доме им. Грутрилино[?], там же 38 год тому назад родилась и я. Мальчик родился беленький - бленький. Приехали за нами Санечка и мой брат Гена. Он в то время был в Москве. Дома нас ждала мама и Митя. Митя очень обрадовался своему брату, и это был он, кто дал имя своему брату.\nСерёжа рос очень спокойным мальчиком. По ночам давал спать и просыпался где-то в 8 - 9 часов. И когда подходишь к нему, он всегда улыбался. Саша мне очень много помогал по хозяйству (пелёнки - это было его дело). Гулять мы чаще всего ходили в Парк культуры. Однажды вечером мы пошли гулять вчетвером: Саша, я, Митя и Серёжа в коляске. Это было где-то осенью, в октябре. Как раз наша страна запустила первый спутник. Мы сидели на скамейке в парке, и вдруг увидели движущийся огонёк на небе, он двигался. Это был спутник. Так мы впервые увидели наш I-ый спутник. Ребята росли, я хлопотала по хозяйству, Саша работал. Всё было хорошо у нас, только немного мы были стеснены в средствах. Мы жили бедно. Серёжа рос спокойным мальчиком. И вот случилась беда: Серёжа заболел дизентерией. Видимо, подхватил в коммуналке[?], т.к. дома у нас всех было благополучно. Мы обратились к хорошему врачу Вениамину Зиновьевичу Аркадьевичу[?]. Он нам очень помог без всяких анализов. Потом долгое время мы обращались по поводу болезней детей, и однажды он сказал мне комплимент: «Вы настоящая еврейская мать». А в это время у Мити после операции стало неважно с сердцем, и отвезла мы к Зин. Аркадьевичу. Он сказал, что поставить Митю не могу. Вот как я хожу[?] гуляю[?]: веду коляску, а рядом идет Митя (ему бегать не рекомендовалось). В конце концов Митя поправился. Летом того года (1958) мы поехали в совхоз «Варское» Рязанск. обл., где дед был Он ни как не мог сначала понять, что такое волны. Он очень удивился, когда вошел в море в первый раз. А море было тихое. Ездили с ним в Каунас и Вильнюс, в Палангу (Литва), в Суздаль. Ездили с ним и по Подмосковью (Кусково, Абрамцево). В школе он учился не в полную силу, утруждал себя. В 7 классе он вместе со школой ездил в ГДР. Я в это время уже [зач.: тогда?] работала в институте. Сначала Сережу включили в группу, а потом отстранили. Я ходила в райком и добилась того, чтобы его включили. Спасибо, что там мне помогли наши институтские. Так он и учился, играл в футбол, имел много друзей! Даже сейчас, когда им за 40, они регулярно встречаются. А встречи перед Новым годом — правило. Обычно это происходит у нас. Ребята называют его «графом», а меня «своей мамой». Потом институт. Учился он легко и без напряга. Когда он шел на экзамен, мне даже не волновалась, не то, что в случае с Митей. (Тогда мне тряслось от страха). На 3-м курсе играл в футбол, он сломал руку. Нам позвонили его друзья и сказали, что они отвезли его в 1-ую городскую. Мы с Сашей поехали туда и как раз увидели его на каталке с гипсом на правой руке. Его оставили в больнице, перелом был серьезный. Потом с поднятием всех на ноги. Хорошо, что там работала Татьяна Александр. Кицко, и она организовала ему хорошее лечение. Я ходила туда ежедневно, убирала их палату. Пролежав долгое, Сережа не мог посещать занятия. Так прошел почти весь осенний семестр. Но все зачеты и экзамены он сдал очень хорошо. О нем писала даже газета «Сталь». Затем он кончил институт и пошел работать в научно-исслед. ин-т, а потом сдал экзамены в аспирантуру и стал аспирантом, защитил диссертацию. В 1980 г. женился на Гале Зайцевой которая училась с ним в одном ин-те но на разных факультетах. В 1981 г. родился Алёша, а в 1990 — Алена.\nЛист 157: семейные фотографии и записи — до решения семьи не публикуются отдельно (privacy).\nВспоминается такой случай с Митей. Он еще учился в школе, в классе 7-8. Его пригласили на день рождения. Приходит домой довольный, и говорит: \u0026ldquo;Мама, твой сын — король павильона!\u0026rdquo;\nВсегда мы отмечали день рождения Мити.\nПомню, когда ему было года 2, мы с ним были одни дома (Ленинский пр. [адрес скрыт]нну, чтобы смывать его, намылила голову, мыло закрепила, вдруг слышу идёт кто-то в ванну, потом опять, промыла мыло и смотрю: мои тапочки плавают в ванне, а Митька стоит и смеется.\nА помню случаи со мной. Я ждала троллейбуса около старого университета. Я возвращалась домой от Зинаиды Александровны Соколовой. Дело было вечером. Вижу, вокруг меня ходит [зач.: двое] мужчина потом он спрашивает: \u0026ldquo;Вы — московская?\u0026rdquo; \u0026ldquo;Да\u0026rdquo; Тогда он говорит: \u0026ldquo;У вас настоящее русское лицо. Художник Красилов сейчас работает над картиной \u0026ldquo;Ленин на 3-ем съезде комсомола\u0026rdquo; Ваше лицо подошло бы.\u0026rdquo; Я отказываюсь подъезжает троллейбус, я сажусь и он за мной \u0026ldquo;Возьмите хоть от нас телефон, позвоните. Ведь Красилов напишет ваш портрет, и он возможно будет выставлен в Третьяковке.\u0026rdquo; Вообще он очень уговаривал, а я отказалась. Потом он через остановку вышел. Я приехала домой и рассказала Саше. Папа говорит: \u0026ldquo;Новый вид знакомства\u0026rdquo;, а мама сказала: \u0026ldquo;Надо было соглашаться.\u0026rdquo;\nЕще случай. На Ленинский пр. [адрес скрыт]дит троллейбус, из него выходит пьяненький человек, увидел меня и говорит: \u0026ldquo;Господи, давно таких красивых не видел\u0026rdquo;.\nЕще случай: Как-то ехала я на троллейбусе. Около меня сидел какой-то т.[?] мужчина и он говорит: \u0026ldquo;Я — оператор, давайте я вас сфотографирую.\u0026rdquo; Я ему: \u0026ldquo;У меня очень нефотогеничное лицо.\u0026rdquo; Он мне говорит: \u0026ldquo;Поверьте, все будет хорошо.\u0026rdquo; Я отказалась.\nТак случалось со мной не раз.\nВ 50-ые годы Я занималась парусным спортом. Была я членом клуба \u0026ldquo;Водник\u0026rdquo; что на Клязьминском водохранилище.\n\u0026ldquo;Родина\u0026rdquo; лето 1963 г. Поднимаю парус, на озере \u0026ldquo;Олимпике\u0026rdquo;.\nкоторой я вела, в\nХодила я на \u0026ldquo;Олимпике\u0026rdquo;, был у меня разряд и даже я имела судейство. Я участвовала в соревнованиях.\nИз института в 1975 г меня послали на стажировку в Лос-Анджелес в университет назывался он \u0026ldquo;UCLA\u0026rdquo; (University of California, Los-Angeles). Поехала я в составе группы из 26 человек, и пробыли мы там около 3х месяцев. Всю неделю мы учились с 9 до 13-14, а вечером нас куда-нибудь водили. У меня обязали дневник записывать каждый день.\nПоездка была очень интересной, нам всем много показали, т.к. 2 последние недели мы путешествовали. Сначала мы прилетели в Нью-Йорк через Лондон, переночевали там, а на следующий день мы полетели через всю страну в Лос-Анджелес, где нас встретили представители университета и отвезли в университет. Нас поселили в студ. общежитии, в комнатах на 2х. Они наши хозяева очень старались показать нам страну. Каждый вечер был чем-то занят, то концерт джаза, то кино, то театр. Они показали нам Universal Studio, Диснейленд, зоопарк в Сан-Диего, Большой Каньон, Лас-Вегас, где мы играли на автоматах, (я выиграла — 10 дол. и проиграла 6 дол.) Нас приглашали в гости в америк. дома, а когда закончился наш курс обучения, нас возили автобусом вдоль побережья Тихого океана до Сан-Франциско. Интересно, что автобус был оборудован туалетом! В Сан-Франц. мы провели 3 дня. Оттуда нас возили в Лунную Долину (где Джек Лондон), видели его могилу. Потом нас возили дальше до Форта Росс (т.е. Российский форт). Он был построен в 19 веке, когда существовала русско-амер. пушнин[ая?] компания, и они торговали пушниной. Русские доходили почти до Сан-Франц. Форт сохранился (истор. памятник) стоит он на самом берегу Тихого Океана. Из Сан-Франц. нас посадили в самолет и через Денвер (штат Колорадо) привезли в Сно-сити штат Айова.\n«Водник». Лето 1953.\nОттуда через Чикаго в Вашингтон, а затем из Вашингтона - в Нью Йорк. Мы посетили Белый дом, здание Конгресса, памятники Вашингтону, Джефферсону, Линкольну, наше Арлингтонское кладбище и многое другое. Затем был Нью Йорк и домой. Ж Ж Ж А потом я побывала в ГДР, дважды - в Чехословакии, в Венгрии. Ж Ж Ж Мы с Сашей были заядлыми грибниками и лет 30 ездили в Луки Владими. обл. Нашими хозяевами были очень хорошие люди - Капустины и их дети. Особенно выделялась из них Мария Григорьевна, добрая, умная, милая женщина. Отношения у нас были самые теплые. Они встречали нас как родн[ых]. Там побывали и наши дети, мой мам[а?], Таня с Серёжей, и даже Алёша.\nВспоминается один случай. Дело было к вечеру, гнали стадо и Серёжка (ему было 4 года) кричит восхищенно: \u0026ldquo;Ой, коровки!\u0026rdquo; А Васька (ему было 5 лет) так солидно говорит: \u0026ldquo;Это не коровы, это окотины[?].\u0026rdquo; (он еще окал) Саша чистонеобыкновенной красоты. Ездили мы с Сашей туда в 1991 году весной, ходили за грибами. Но наша поездка в этот раз кончилась печально: Я сломала ногу. Саша звонил в Стальпроект, ему дали машинку и Серёжа поехал за нами. Перелом был серьезный, я 7 дней пролежала в 1-ой Градской. А потом 2 месяца была в гипсе.\nПримечание\nДаты последней болезни Саши. В рукописи: инфаркт в декабре 1993[?], больница 1994, опухоль трахеи, «так я осталась одна». На схеме рода и в биографии на сайте год смерти Александра — 1988. До повторной сверки скана и семейных документов поздние годы в рукописи публикуются как написано и не подменяют год 1988 со схемы. См. А. Д. Кривошеин . ☞ В декабре 1993[?] г у Саши случился инфаркт, он был в больнице, а потом через 21 день вернулся домой. Он бросил работу, мы были вместе с ним дома. А в конце августа 1994 мы поехали с ним в дом отдыха, где он, как мы считали простудился, кашель очень. Мы вернулись домой, а кашель все не проходил. Врач определил, что это бронхит. Он пил антибиотики, но кашель не прекращался, тогда его поместили в больницу, где у него нашли опухоль на трахее. Лечить его не стали. Так я осталась одна. А ему очень хотелось дожить до 2000 года! Мне очень не хватает его, мне так одиноко. Живу я с Серёжей и его семьей.\nЗима 1950. Мы с Митей.\nМитя с мамой в Кисловодске.\nСимферополь 1948 г. После рождения Мити.\nЛюблино. 1953 г. июл. 50\nЗима 1950 — мы с Митей.\nКисловодск; Симферополь 1948.\nЛюблино / Яблонная, июль 1953.\nРукопись по страницам Как в рукописи (стр. 149) семью туда, но без выезда. Он не согласился. А потом его перевели в Актюбинск, а потом в Москву. Как вспоминает Саша на этот раз в Москве было вежливое отношение, и следователь говорил ему «Вы». Предлагали папиросы. Однажды его вызвал следователь и сказал: «Ну, вот Саша, дело закончено. Идите и собирайте свои вещи, вас внизу ждет отец. Но побыстрее, мы выпускаем до 18⁰⁰, поспешите. А то, если хотите, можете переночевать у нас.» Саша, конечно, отказался. И вот он вышел. А ждали его в машине Дм. Алекс., Нина Вас., я и моя мама. Дело было на М. Лубянке. Саша — в кирзовых сапогах, коротко пострижен, в ватнике с деревянным чемоданом. Он, по-моему, плохо понимал, что происходит и кого он видит, он только «тихнул» нас, сел в машину и сказал: «Поехали отсюда!» Моя мама не смогла поехать с нами, т.к. не было места. Мы приехали в Косино и устроили Саше сразу душ. А душ был летний. Я принесла ему белье, и он спросил меня: «соскучилась?» Этим было всё сказано, как-будто не было 5 лет разлуки. Мы опять оказались вместе. Саше выдали паспорт. И он стал человеком с паспортом! Немного отдохнув, он поехал на работу в «Стальпроект», где его восстановили на работе. Всё лето мы провели в Косино. Туда приезжали его институтские товарищи. Вообще жизнь ~~тихо~~ потихоньку восстанавливалась. Надо отдать Саше справедливость, что он никогда меня не спрашивал, как я жила эти 5 лет. Ни вопроса, ни упрека. Как он сказал: «То, что было, меня не интересует.» Всё. Не такое был способен только «мой Санечка», который очень любил меня, да и я тоже. И очень мало рассказывал о тех ужасах, которые он пережил. Осенью мы переехали в Москву, пошли на работу: я в школу, он — в Стальпроект. В декабре 1954 у нас случилось несчастье: заболел мой папа. Сначала у него был малый инсульт, думали, что дело пойдет на поправку. А в январе случился второй инсульт — очень тяжелый. Папу отправили в больницу. Мама пропадала там, хотя больница была хорошей (Кремлёвка), но отец её не отпускал. В больнице он был долго. А после этого его отправили в санаторий «Кратово» (для старых большевиков). Мама поехала с ним. Дело шло к осени. Я навещала их, но папа не очень был *← [Юность и знакомство с Сашей (стр. 134–139)](/vospominaniya/dnevnik/16-yunost-i-sasha/) · [Оглавление тетради](/vospominaniya/dnevnik/) · [Семья и дети (стр. 150–161)](/vospominaniya/dnevnik/19-semya-i-deti/) →* Как в рукописи (стр. 150) доволен моими приятелями. Он очень заснялся. В сентябре мы его взяли домой. Сначала было ничего, а потом поднялась температура и его взяли в больницу, откуда он не вернулся. Это случилось 28 октября (пятница) 1955. В тот день мы были в больнице, но к нему нас не пустили, мы поехали домой, а в 11-30 ночи нам позвонили и сообщили, что он скончался. Вот так всё кончилось. Папы не стало. Мите уже пошел в школу в I класе. Мама стала прихварывать. Дом опустел. Но жизнь продолжалась. Я еще работала в школе, но хотелось вернуться и работать в Москве. Я уже устала ездить в электричке. Мите учился, но часто болел ангинами. Нужно что-то было делать с его горлом. Я ездила с ним на консультацию к известному тогда отоларингологу. Он посоветовал удалить ему гланды и аденоиды. Мы стали искать где можно сделать это. Нам повезло Жена Сашиного товарища Бориса Чарки, работающего в детской Морозовской больнице, она была ЛОР\u0026#39;ом. Через неё мы устроили Митю в больницу где ему сделали операцию. Мы навещали его так, что пообещали, что после операции он сможет есть мороженое и пить газированную воду. Всего этого он был лишён. А перед этим с ним случилась беда он ещё не ходил в школу. Он сидел во дворе с бабой Лёсей в это время бежал какой-то здоровый парень, лет 16-ти, мимо не глядя, и он толкнул Митю, он упал навзничь и головой ударился об асфальт. Я было на работе. Мама вызвала врача, Митю надо было госпитализировать. В это время приехала я, и Митю отправили в Морозовскую с сотрясением мозга. Мы ходили туда каждый вечер. А потом взяли Митю домой под подписку. Вот так и текла наша жизнь с её радостями и горестями. Мы продолжали работать, но я всё же мечтала перейти на работу в Москву. И вот летом 1956 года я перешла на работу переводчиком Как в рукописи (стр. 151) Саша вернулся. Лето 1954. У Петровского леса У Москва - реки. Петровский лес. Лето 1954 После возвращения в \u0026#34;Стальпроект\u0026#34;. Тогда они были заняты строительством мет. завода в Индии, в Бхилаи. Я переводила чертежи, записки, были у меня подшефные индусы (инженеры). Шутя можно сказать, что часть завода была построена по моим чертежам. Завод работает. Кроме того, я занималась русским языком с одним индийским инженером м-ром Раджигапаланом[?]. В 1957 г. у нас родился Серёжа. Он родился в том же род. доме, где родилась я. Это роддом им. Грауэрмана, что на Арбате. Как в рукописи (стр. 152) Мне приходилось разбирать жалобы, какие-то дела. Вообще противно. И вот Митя кончил школу, но не очень успешно. Надо было поступать в ин-т. А год был трудный: в тот год школу кончали и 10 классы, и 11-ые. Т.е. поступающих в вузы оказалось в два раза больше. Митя решил поступать к нам в ин-т, т.к. там работала я, да и у Саши было много товарищей там, которые могли как-то помочь. Митька выбрал трудный факультет — физики. Учиться ему было трудновато, да он и сам особого рвения не проявлял. В 1-ом семестре он завалил математику, пришлось заниматься все каникулы. Наконец он сдал. А во II-ом семестре он влюбился и здесь всё полетело кувырком. К концу года у него не было сдано 3 экзамена, т.е. его должны были отчислить. Тогда Саша, собрав свою волю, отправились к декану факультета, а им был его однокашник и стали просить его о помощи. Декан молчал, и Саша молчал. Саша говорил мне потом, что он решил не уходить до тех пор пока декан не решит что делать. Потом декан сказал: «Приходи ко мне через 2 часа». Саша пришел и декан сказал, чтоб Митя сдал хоть бы один экзамен, а 2 экзамена на перенесем на осень. Так и сделали. Все лето Митька занимался с преподавателями математ. и физики. К 1 сентября он все экзамены сдал, но потом опять началось «шаляй»-валяй и его перевели на другой факультет. Здесь ему помогли мои друзья. Итак Митя на 3-ем курсе ф-та редких металлов. Как-будто начал заниматься. Летом он поехал в Пицунду в наш спортивный лагерь. Приехал немного раньше времени, похудевший и очень озабоченный. Влюбился и думает о женитьбе. Как ты будешь учиться и на что жить? Ответ: «Я перейду на вечерний ф-т и буду работать». «А где жить?» Мы тогда жили на Ленинском пр., и в квартире было мало. Потом он рассказал, что его избранница замужем и собирается разводиться. Она учится на ф-те ПМП. Забыла как её зовут. Мы очень серьёзно и много говорили об этом, пытались удержать его от этого шага. Как в рукописи (стр. 153) Она часто звонила нам, а он просил сказать, что его нет дома, уехал. Я ему сказала, что вечно прятаться нельзя и надо с ней поговорить. Они назначили свидание, а Митька пришел домой здорово пьяный. Все порывался идти, но я его не пустила. Он лег и провалился в сон. Последовал звонок от неё. Я объяснила следующую неудачу Митя не может придти, и попросила её встретиться со мной, назначили время около метро. Саша пошел провожать меня. Девица немного опоздала. Потом мы с ней решили прогуляться по Якиманке. Она идет рядом и говорит, приговаривая при этом: «Мы с Димкой любим друг друга». На что я ответила: «Очень хорошо, но теперь расскажите мне о себе». Она скрыла тот факт, что она замужем и живет у мужа, о разводе не было и речи. На меня она произвела впечатление очень легкомысленной девицы, не очень умной, немного бестактной. Мы поговорили и расстались. Потом я расспросила в ин-те о ней, мнение этих людей совпадало с моим. Потом я с Митей долго говорила о своем впечатлении. (По-моему это была его первая любовная связь). Потом она много раз звонила, а Митя не подходил к телефону. Конечно он трусил. Так продолжалось довольно долго. Однажды я подошла к телефону и сказала ей: «Поймите меня правильно, я говорю вам как женщине. Подумайте почему он не звонит вам. Вы всё поймете.» Она сказала: «Спасибо» и больше [зач.] не звонила. Прошло какое-то время, Митя был уже женат, и он поблагодарил меня за то, что я сумела удержать его от этого шага. Митя с дедом Пешей. Январь 1954 год Бердянск. Азовское море 1965 год. Как в рукописи (стр. 154) Февраль 1948. Митя. Митя - на практике в Узбекистане. На последнем курсе стал хорошо учиться. Да и уже был серьёзно влюблён. После окончания ин-та он женился на своей сокурснице Венте Розе. (Кривошеино). У него 2-е сыновей. Работа хорошая. В юности увлекался футболом, и очень любил читать. Какое-то время поставил писать. Посылал свои работы в газету. Где-то есть отзыв на его работу от «Комсом. правды». Закончил аспирантуру, защитился, кандидат тех. наук, доцент. Преподает в Моск. Авиац.-технолог. ин-те Думает о докторской диссертации. Есть печатные работы. Косино. 1954. Возвращение Лето 1954 г. Косино. После Сашиного возвращения Митя и Саша. В 1974г. летом от ин-та послали на стажировку в США, в ун-т в Лос-Анжелесе Моя[?] пробыл[?] там около 2-х месяцев. Поездка была незабываемой. В 1979г. мы с Валентиной (как ездили в ГДР)[?]. В 1981г. я ездила в ГДР и Венгри[ю]. Как в рукописи (стр. 156) Он ни как не мог сначала понять, что такое волны. Он очень удивился, когда вошел в море в первый раз. А море было тихое. Ездили с ним в Каунас и Вильнюс, в Палангу (Литва), в Суздаль. Ездили с ним и по Подмосковью (Кусково, Абрамцево). В школе он учился не в полную силу, утруждал себя. В 7 классе он вместе со школой ездил в ГДР. Я в это время уже [зач.: тогда?] работала в институте. Сначала Сережу включили в группу, а потом отстранили. Я ходила в райком и добилась того, чтобы его включили. Спасибо, что там мне помогли наши институтские. Так он и учился, играл в футбол, имел много друзей! Даже сейчас, когда им за 40, они регулярно встречаются. А встречи перед Новым годом — правило. Обычно это происходит у нас. Ребята называют его «графом», а меня «своей мамой». Потом институт. Учился он легко и без напряга. Когда он шел на экзамен, мне даже не волновалась, не то, что в случае с Митей. (Тогда мне тряслось от страха). На 3-м курсе играл в футбол, он сломал руку. Нам позвонили его друзья и сказали, что они отвезли его в 1-ую городскую. Мы с Сашей поехали туда и как раз увидели его на каталке с гипсом на правой руке. Его оставили в больнице, перелом был серьезный. Потом с поднятием всех на ноги. Хорошо, что там работала Татьяна Александр. Кицко, и она организовала ему хорошее лечение. Я ходила туда ежедневно, убирала их палату. Пролежав долгое, Сережа не мог посещать занятия. Так прошел почти весь осенний семестр. Но все зачеты и экзамены он сдал очень хорошо. О нем писала даже газета «Сталь». Затем он кончил институт и пошел работать в научно-исслед. ин-т, а потом сдал экзамены в аспирантуру и стал аспирантом, защитил диссертацию. В 1980 г. женился на Гале Зайцевой которая училась с ним в одном ин-те но на разных факультетах. В 1981 г. родился Алёша, а в 1990 — Алена. Как в рукописи (стр. 158) Вспоминается такой случай с Митей. Он еще учился в школе, в классе 7-8. Его пригласили на день рождения. Приходит домой довольный, и говорит: \u0026#34;Мама, твой сын — король павильона!\u0026#34; Всегда мы отмечали день рождения Мити. Помню, когда ему было года 2, мы с ним были одни дома (Ленинск. пр), я решила помыться, открыла дверь в ванну, чтобы смывать его, намылила голову, мыло закрепила, вдруг слышу идёт кто-то в ванну, потом опять, промыла мыло и смотрю: мои тапочки плавают в ванне, а Митька стоит и смеется. А помню случаи со мной. Я ждала троллейбуса около старого университета. Я возвращалась домой от Зинаиды Александровны Соколовой. Дело было вечером. Вижу, вокруг меня ходит [зач.: двое] мужчина потом он спрашивает: \u0026#34;Вы — московская?\u0026#34; \u0026#34;Да\u0026#34; Тогда он говорит: \u0026#34;У вас настоящее русское лицо. Художник Красилов сейчас работает над картиной \u0026#34;Ленин на 3-ем съезде комсомола\u0026#34; Ваше лицо подошло бы.\u0026#34; Я отказываюсь подъезжает троллейбус, я сажусь и он за мной \u0026#34;Возьмите хоть от нас телефон, позвоните. Ведь Красилов напишет ваш портрет, и он возможно будет выставлен в Третьяковке.\u0026#34; Вообще он очень уговаривал, а я отказалась. Потом он через остановку вышел. Я приехала домой и рассказала Саше. Папа говорит: \u0026#34;Новый вид знакомства\u0026#34;, а мама сказала: \u0026#34;Надо было соглашаться.\u0026#34; Еще случай. На Ленинск. пр. у 1-ой градонач. Жду троллейбуса. Подходит троллейбус, из него выходит пьяненький человек, увидел меня и говорит: \u0026#34;Господи, давно таких красивых не видел\u0026#34;. Еще случай: Как-то ехала я на троллейбусе. Около меня сидел какой-то т.[?] мужчина и он говорит: \u0026#34;Я — оператор, давайте я вас сфотографирую.\u0026#34; Я ему: \u0026#34;У меня очень нефотогеничное лицо.\u0026#34; Он мне говорит: \u0026#34;Поверьте, все будет хорошо.\u0026#34; Я отказалась. Так случалось со мной не раз. В 50-ые годы Я занималась парусным спортом. Была я членом клуба \u0026#34;Водник\u0026#34; что на Клязьминском водохранилище. Как в рукописи (стр. 159) \u0026#34;Родина\u0026#34; лето 1963 г. Поднимаю парус, на озере \u0026#34;Олимпике\u0026#34;. которой я вела, в Ходила я на \u0026#34;Олимпике\u0026#34;, был у меня разряд и даже я имела судейство. Я участвовала в соревнованиях. Из института в 1975 г меня послали на стажировку в Лос-Анджелес в университет назывался он \u0026#34;UCLA\u0026#34; (University of California, Los-Angeles). Поехала я в составе группы из 26 человек, и пробыли мы там около 3х месяцев. Всю неделю мы учились с 9 до 13-14, а вечером нас куда-нибудь водили. У меня обязали дневник записывать каждый день. Поездка была очень интересной, нам всем много показали, т.к. 2 последние недели мы путешествовали. Сначала мы прилетели в Нью-Йорк через Лондон, переночевали там, а на следующий день мы полетели через всю страну в Лос-Анджелес, где нас встретили представители университета и отвезли в университет. Нас поселили в студ. общежитии, в комнатах на 2х. Они наши хозяева очень старались показать нам страну. Каждый вечер был чем-то занят, то концерт джаза, то кино, то театр. Они показали нам Universal Studio, Диснейленд, зоопарк в Сан-Диего, Большой Каньон, Лас-Вегас, где мы играли на автоматах, (я выиграла — 10 дол. и проиграла 6 дол.) Нас приглашали в гости в америк. дома, а когда закончился наш курс обучения, нас возили автобусом вдоль побережья Тихого океана до Сан-Франциско. Интересно, что автобус был оборудован туалетом! В Сан-Франц. мы провели 3 дня. Оттуда нас возили в Лунную Долину (где Джек Лондон), видели его могилу. Потом нас возили дальше до Форта Росс (т.е. Российский форт). Он был построен в 19 веке, когда существовала русско-амер. пушнин[ая?] компания, и они торговали пушниной. Русские доходили почти до Сан-Франц. Форт сохранился (истор. памятник) стоит он на самом берегу Тихого Океана. Из Сан-Франц. нас посадили в самолет и через Денвер (штат Колорадо) привезли в Сно-сити штат Айова. Как в рукописи (стр. 160) Оттуда через Чикаго в Вашингтон, а затем из Вашингтона - в Нью Йорк. Мы посетили Белый дом, здание Конгресса, памятники Вашингтону, Джефферсону, Линкольну, наше Арлингтонское кладбище и многое другое. Затем был Нью Йорк и домой. Ж Ж Ж А потом я побывала в ГДР, дважды - в Чехословакии, в Венгрии. Ж Ж Ж Мы с Сашей были заядлыми грибниками и лет 30 ездили в Луки Владими. обл. Нашими хозяевами были очень хорошие люди - Капустины и их дети. Особенно выделялась из них Мария Григорьевна, добрая, умная, милая женщина. Отношения у нас были самые теплые. Они встречали нас как родн[ых]. Там побывали и наши дети, мой мам[а?], Таня с Серёжей, и даже Алёша. Вспоминается один случай. Дело было к вечеру, гнали стадо и Серёжка (ему было 4 года) кричит восхищенно: \u0026#34;Ой, коровки!\u0026#34; А Васька (ему было 5 лет) так солидно говорит: \u0026#34;Это не коровы, это окотины[?].\u0026#34; (он еще окал) Саша чистонеобыкновенной красоты. Ездили мы с Сашей туда в 1991 году весной, ходили за грибами. Но наша поездка в этот раз кончилась печально: Я сломала ногу. Саша звонил в Стальпроект, ему дали машинку и Серёжа поехал за нами. Перелом был серьезный, я 7 дней пролежала в 1-ой Градской. А потом 2 месяца была в гипсе. ☞ В декабре 1993[?] г у Саши случился инфаркт, он был в больнице, а потом через 21 день вернулся домой. Он бросил работу, мы были вместе с ним дома. А в конце августа 1994 мы поехали с ним в дом отдыха, где он, как мы считали простудился, кашель очень. Мы вернулись домой, а кашель все не проходил. Врач определил, что это бронхит. Он пил антибиотики, но кашель не прекращался, тогда его поместили в больницу, где у него нашли опухоль на трахее. Лечить его не стали. Так я осталась одна. А ему очень хотелось дожить до 2000 года! Мне очень не хватает его, мне так одиноко. Живу я с Серёжей и его семьей. Как в рукописи (стр. 161) Зима 1950. Мы с Митей. Митя с мамой в Кисловодске. Симферополь 1948 г. После рождения Мити. Люблино. 1953 г. июл. 50 *← [Крым, семья, учёба (стр. 140–149)](/vospominaniya/dnevnik/17-krym-semya-140-149/) · [Оглавление тетради](/vospominaniya/dnevnik/)* Листы 155 и 157: фотографии и подписи с возможным участием ныне живущих — не публикуются до семейного решения (без служебного блока «withheld» на сайте).\nСвязанные материалы Начало семьи Кривошеина Татьяна Тимофеевна Семейный фотоальбом продолжения ← Учёба, работа и встречи выпускников · Оглавление тетради · Семейный фотоальбом продолжения →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/19-semya-i-deti/","summary":"Семья и дети: возвращение 1954, сыновья, парус, UCLA, поздние годы.","title":"Семья и дети"},{"content":" Примечание\nПереходная страница. Полный текст здесь не хранится — только указатели на две главы. Ранее эта страница объединяла большой автобиографический блок. Для удобства чтения материал разделён:\nТаня: детство и школа Школа и война ← Оглавление тетради · С чего начать ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/13-shkola-druzya-109-119/","summary":"Переход к главам о детстве, школе и войне.","title":"Школа, друзья (разделено на две главы)"},{"content":" Примечание\nПереходная страница. Полный текст здесь не хранится — только указатели на две главы. Ранее эта страница объединяла рассказ о Крыме, семье, учёбе и работе. Для удобства чтения материал разделён:\nКрым, Севастополь и начало семьи Учёба, работа и встречи выпускников См. также: Семья и дети ← Оглавление тетради · С чего начать ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/dnevnik/17-krym-semya-140-149/","summary":"Переход к главам о Крыме и об учёбе.","title":"Крым и семья (разделено на две главы)"},{"content":"Библиография Название «Легенды и мифы Дома на набережной» Автор Лариса Кафтан (специальный корреспондент) Издание «Комсомольская правда» Дата 4 декабря 2011 года (22:00 по метаданным издания) Язык оригинала русский Повод 80-летие Дома на набережной / Дома правительства Тип для архива внешний журналистский материал + опубликованное интервью (вторичный источник) Доступ только внешняя ссылка; текст статьи на сайт не копируется Проверено 2026-08-03 (URL отвечает; canonical без UTM) Оригинал: «Легенды и мифы Дома на набережной» — kp.ru Примечание\nВнешний материал. Оригинал на русском. На сайте — собственный пересказ и сверка, не перепечатка. Отдельные журналистские формулировки сопоставляются с рукописью, семейными документами и принципами публикации . Зачем этот источник семейному архиву В 2011 году Татьяне Тимофеевне было около 85 лет. «Комсомольская правда» опубликовала большой материал о доме, построенный в том числе на прогулке и беседе с ней. В тексте она — не «фон», а собеседница: показывает дворы, вспоминает детство начала 1930-х, соседский мир, отца Тимофея Петровича , то, как дом менялся в годы репрессий, и семейную память матери Евы Константиновны .\nДля архива это ценно по трём причинам:\nНезависимое печатное свидетельство: её голос зафиксирован не только в тетради, но и во внешнем издании. Слои времени: рукопись пишет о 1930-х «изнутри» семейной хроники; интервью 2011 — устная память спустя десятилетия, уже в публичном пространстве. Перекличка с тетрадью: многие темы (переезд, комиссия по заселению, детский двор и кружки, исчезновения соседей) пересекаются с главами дневника — это позволяет читать газету рядом с рукописью, а не вместо неё. Публикация дополняет «Нашу родословную. Самсоновы» , но не заменяет её и не считается официальным архивным документом о должностях, списках жильцов или судьбах каждого названного соседа.\nКак устроен текст (слои) Слой Что это Как читаем на сайте Журналистская рамка заголовок, портрет дома, «легенды и мифы», связки между эпизодами контекст издания; не биографический факт сам по себе Прямая речь / рассказ Татьяны детство, дворы, кружки, квартира, отец, репрессии, память о матери опубликованное воспоминание; сверяем с тетрадью Чужие истории соседей знаменитые жильцы, чужие аресты, детали чужих биографий контекст места; не создаём person-сущности и не «доказываем» факты только газетой Адресные детали исторический и более поздний подъезд исторический дом — да; поздние жилые координаты — нет (privacy) Перекличка с рукописью Тема В интервью 2011 (обобщённо) В тетради семьи Переезд, когда Татьяна ребёнок семья привезла её в новый дом гл. 02 : 1931, ул. Серафимовича; рождение 1926 — не «пелёнки» Атмосфера начала 1930-х дети, кружки, музыка, нет деления на «элиту» гл. 03 , гл. 13 : двор, клуб, кружки, игры Комиссия по заселению отец в комиссии; упоминается руководство комиссии гл. 02 и 03: отец — член комиссии; в гл. 03 — председатель комиссии (как память дочери) Большая квартира, часть отдана «полквартиры» отец отдал гл. 02–03: 6 комнат → отделили 2 Репрессии, опечатанные квартиры утром — опечатанные двери; семьи исчезали гл. 13: исчезновения одноклассников и соседей в 1937–38; детское непонимание Роль матери мама по ночам прислушивалась в газете — через рассказ дочери; в тетради — другие эпизоды о маме (гл. 01 ) Имена отдельных соседей в газете и в тетради не всегда совпадают (разные люди, разное написание, разная степень достоверности). Для сайта важнее тип памяти (дом, двор, исчезновения), чем превращение газетного списка в «реестр жильцов».\nЧто поддерживает (с уровнем доверия) Факт публикации интервью 2011 года с Татьяной Тимофеевной — document_confirmed (метаданные kp.ru). Детская жизнь в доме, кружки, дворы, ощущение «обычного» детства — family_testimony_published; корроборация с гл. 03 и 13. Перемена атмосферы дома в годы репрессий, опечатанные квартиры — family_testimony_published; перекликается с гл. 13. Отец в комиссии по заселению и решение отдать часть квартиры — corroborated (тетрадь + интервью) как семейная память, не как акт госархива. Участие Кагановича в руководстве комиссией — в тетраде (гл. 03) и в интервью; на сайте — только как воспоминание дочери, не как восстановленный административный реестр. Должность отца около 1931 — внутри архива два чтения: в гл. 02 неясное «ЦИК[?]…», в гл. 03 — «Управляющий делами ЦК ВКП(б)»; газета ближе ко второму. Публично не фиксируем одну формулировку как кадровую истину без внешнего архива. Что требует осторожности / не используем Не делать Почему Повторять «ровесница дома» и «ещё в пелёнках» как биофакт Рождение 2.09.1926, переезд 1931 (~5 лет) Ставить «Бабий» в Person.alternateName Форма есть в тетради и в газете; без независимого архива — не в карточке имени Строить биографию А. Д. Кривошеина В материале его карьера/арест/премия не тема Создавать person-сущности соседей «по газете» Нужна отдельная сверка; риск ошибок имён Публиковать поздний подъезд/квартиру из статьи Политика конфиденциальности Копировать абзацы, фото «КП», hotlink Авторское право; external_link_only Как читать дальше Биография Татьяны Тимофеевны — место интервью в её жизни Ул. Серафимовича / Дом правительства — место как сущность архива Рукопись: гл. 02 · гл. 03 · гл. 13 Т. П. Самсонов · Ева Константиновна Хронология (2011) · Документы · О Татьяне Тимофеевне Сайт «Слово Живой Судьбы» не является издателем статьи «КП» и не перепечатывает её текст. Карточка — навигация к оригиналу и к семейным источникам.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/kp-dom-na-naberezhnoy-2011/","summary":"Внешний источник 2011 года: Татьяна Тимофеевна о Доме на набережной. Карточка, сверка с рукописью, границы использования.","title":"«Легенды и мифы Дома на набережной» — «Комсомольская правда», 2011"},{"content":" Нина Васильевна Кривошеина. Портрет, вклеенный на схеме «Кривошеины» в рукописной тетради (original_page 005). Дата и место съёмки не установлены. Источник — миниатюра схемы; качество архивное.\nКривошеина (урождённая Петрова) Нина Васильевна (1907–1991) — жена Дмитрия Александровича Кривошеина , мать Александра Дмитриевича Кривошеина (Саши) и свекровь Татьяны Тимофеевны Кривошеиной .\nСвязи в семье Супруг Кривошеин Дмитрий Александрович (1905–1979) Сын Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988) — муж Т. Т. Невестка Кривошеина Татьяна Тимофеевна (1926–2021) Годы 1907–1991 (схема тетради; музейный очерк) По схеме род. Тамбов; похоронена на Люберецком кладбище В рукописи Татьяны Тимофеевны она — «Нина Васильевна», «Н. В.», «баба Нина» (Крым, дом, хозяйство).\nБиография (по доступным источникам) Рождение 1907, Тамбов (схема; музей) Брак Дмитрий Александрович Кривошеин (1905–1979) Сын Александр (1926–1988) 1949 После ареста сына 2.IX.1949 — вместе с Татьяной носила передачи (Бутырки); ходила в справочное бюро (гл. 18 ) Крым В рассказе невестки — «баба Нина», дом, хозяйство (гл. 17 ) Смерть 1991; Люберецкое кладбище (схема) Внешняя музейная страница (не копируется): museumdom.narod.ru/bio07 — материал подписан как рассказ невестки. Подробная кадровая биография не восстанавливается без документов.\nПортрет: откуда и почему это она Личность портрета подтверждается контекстом схемы, а не сходством лица:\nНа родословной схеме «Кривошеины» (стр. 005 тетради) прямо написано: «Кривошеина (Петрова) Нина Васильевна», 1907–1991. Узел связан подписью «жена» с Дмитрием Александровичем и «их сын» — Александр Дмитриевич . Вклеенный снимок стоит на этом узле (рядом пометка «кладбище»). Контекст схемы (стр. 005): портрет на узле Нины Васильевны рядом с подписью «(Петрова)» / годами и пометкой о кладбище.\nПолный лист схемы: обложка и родословные · скан стр. 005 в архиве рукописи.\nВ рассказе невестки Крым, Севастополь и начало семьи — «баба Нина», встреча на аэродроме, хозяйство. Юность и знакомство с Сашей · Учёба, работа… · Семья и дети . Событие: Крым · место: Крым . Внешний источник (музей) Краткая музейная биография (текст не копируется целиком): родилась в 1907 в Тамбове; в 1926 у супругов родился сын Александр; материал музея «Дом на набережной» подписан как рассказ невестки Татьяны Тимофеевны Кривошеиной.\nМузей «Дом на набережной»: Н. В. Кривошеина Архивная копия (Wayback, 2019) Связанная страница: Д. А. Кривошеин на сайте музея Не путать Не Нина Алексеевна Кривошеина (Мещерская) и другие однофамилицы. Портрет не опознан по лицу; только по подписи узла схемы и семейному контексту. Источники Рукописная схема «Кривошеины», original_page 005 (и alternate 006). Семейное подтверждение: source-family-confirmation-2026-08-02-nina-vasilievna-krivosheina (Алексей Кривошеин, 2026-08-02). Музей «Дом на набережной» — биографическая страница (атрибуция невестки). Карточка Д. А. Кривошеина на этом сайте. ← Люди · Д. А. Кривошеин · А. Д. Кривошеин · Татьяна Тимофеевна →\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/nina-vasilievna-krivosheina/","summary":"1907–1991. Жена Дмитрия Александровича; мать Саши; схема тетради и музейный очерк.","title":"Кривошеина Нина Васильевна"},{"content":" «Правда», 20 июля 1929 года — дата по рукописной альбомной помете.\nБиблиография (по вырезке) Издание: «Правда» Дата по рукописной альбомной помете: 20 июля 1929 (source_caption_only; внешний номер газеты не сверен) Заголовок: «О Дзержинском» Подпись в конце: САМСОНОВ Текст — воспоминания/оценка Дзержинского от человека, лично с ним работавшего (так читается по содержанию и по месту в семейном альбоме).\nПолную машиночитаемую расшифровку статьи можно сделать отдельным этапом.\n→ Биография ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/pravda-o-dzerzhinskom-1929/","summary":"Публичный текст, который семья хранит как статью отца.","title":"«Правда», 20 июля 1929 — «О Дзержинском» (дата по помете альбома)"},{"content":" Expulsion Order. Семейный архив.\nСуть документа Ордер о высылке из Соединённого Королевства по Aliens Act 1905.\nПоле Содержание на бланке Суд Liverpool Police Court, 7 April 1917 Ордер Whitehall, 28 September 1917 Имя Tomofi Sainsanov, or Samsonov Также Michael Nemchinoff Срок выезда 28 дней с даты ордера Подпись Geo. Cave (Principal Secretary of State) Штамп Aliens Officer, Newcastle, 6 Oct 1917 Для биографии Фиксирует зарубежный этап жизни Тимофея Петровича в год революции в России.\nНаписания имени и «алиас» требуют сверки с другими бумагами.\n→ Биография ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/vysylka-velikobritaniya-1917/","summary":"Ливерпуль, апрель 1917; Whitehall, 28 сентября 1917. Семейный архив.","title":"Высылка из Великобритании, 1917"},{"content":"Место Гостиница «Метрополь» в центре Москвы в первые советские годы использовалась как 1-й дом Советов — жильё для ответственных работников.\nПо рукописи Татьяны Тимофеевны: после краткого размещения на Брестской семье предложили жить в 1-м доме Советов (гост. «Метрополь»). Позже гостиницу освобождают от жильцов; семья уходит на М. Власьевский, затем на Воздвиженку.\nГостиница «Метрополь» Исторический ориентир 1-го дома Советов. Смысл — ранний семейный быт, не гостиничный гид. · OpenStreetMap Зачем в архиве ранний брак Т. П. Самсонова и Евы Константиновны; знакомство мачехи с Лелей (дочерью от первого брака отца); хронологически рядом — рождение Тимофея (1923) и Татьяны (1926); звено цепочки жилья: Метрополь → Арбат → Воздвиженка → Серафимовича . Связи Тип Ссылка Глава Отец, брак и дети Мама Моя мама · Ева Константиновна Отец Самсонов Т. П. Карта Москва семейная Следующий дом Ул. Серафимовича См. также: Хронология · Места ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/mesta/metropol-moscow/","summary":"Ранние 1920-е: «Метрополь» — 1-й дом Советов; место знакомства Лели с мамой, рождения детей рядом по времени.","title":"Гостиница «Метрополь» (1-й дом Советов)"},{"content":" Ева Константиновна. Подпись на снимке в тетради: «Моя мама».\nСамсонова (урожд. Морозова) Ева / Евдокия Константиновна (1900–1981) — мать Татьяны Тимофеевны.\nОсновные сведения — из дневника-тетради дочери («Наша родословная: Самсоновы»), где Татьяна Тимофеевна пишет от первого лица.\n→ Полный рассказ: Моя мама Кратко:\nрод. 14.03.1900, Москва; отец — Морозов К. М. (дер. Грибоево, Клинский уезд); мать — Соловьёва В. О.; машинистка: Центропечать → ВЧК (секретный отдел); жена Самсонова Т. П.; похоронена на Новодевичьем. Страница тетради (выровнена): портрет вклеен, подпись красным «Моя мама» — Самсонова (Морозова) Ева Константиновна.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/roditeli/eva-konstantinovna/","summary":"1900–1981. Москва, машинистка ВЧК, жена Т. П. Самсонова. По тетради дочери.","title":"Ева Константиновна Самсонова"},{"content":" Бланк от Коллегии ГПУ.\nСодержание Лозунг: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» Текст о том, что почётное звание чекиста требует бдительности, решительности и храбрости. Обращение: Товарищу Самсонову Тимофею Петровичу Основание (по рукописной/печатной строке): за выдающуюся борьбу с контрреволюцией Нагрудный знак; печать управления; подпись председателя ГПУ Точные даты и номер знака — уточнить по более чёткому оригиналу.\n→ Биография ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/znak-gpu-samsonov/","summary":"Почётная формулировка «звание чекиста» и именное обращение.","title":"Знак / бланк Коллегии ГПУ — Самсонов Т. П."},{"content":"Знакомство с Сашей Примечание\nСаша в этом событии и во всей семейной линии тетради — Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988), муж Татьяны Тимофеевны.\nНе путать с другими «Сашами» в рукописи (например, одноклассником в расшифровке «Кравченко» или припиской «Саша целует» во фронтовом письме 1944 — это не муж). Период После возвращения из эвакуации, учёба в старших классах (в тексте — 9-й класс и далее), затем юность середины 1940-х.\nТочный календарный день первой встречи не указан — в рукописи сцена с разгрузкой дров во дворе школы и одноклассником Кривошеиным Сашей (= А. Д. Кривошеин).\nМеста Москва — школа после войны (см. Москва семейная ) Дальше — совместные поездки и семья: Крым , начало семьи Участники Татьяна Тимофеевна Кривошеин Александр Дмитриевич (Саша) — будущий муж (1926–1988); сын Дмитрия Александровича Кривошеина Одноклассники — в главах о школе и юности Связанные материалы Школа и война — появление Кривошеина Саши в классе Юность и знакомство с Сашей Крым, Севастополь и начало семьи Карточка мужа: А. Д. Кривошеин (Саша) О Татьяне Тимофеевне Род мужа: Кривошеин Д. А. Фото «Саша вернулся. Лето 1954». Саша — А. Д. Кривошеин, муж Т. Т.\nМитя. Февраль 1948.\nИсточники Тетрадь Татьяны Тимофеевны. Полное имя мужа — Кривошеин Александр Дмитриевич (схемы; карточка ). В быту рукописи — Саша.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/sobytiya/znakomstvo-s-sashey/","summary":"Середина 1940-х. Одноклассник Кривошеин Саша = А. Д. Кривошеин, будущий муж.","title":"Знакомство с Сашей (А. Д. Кривошеиным)"},{"content":"Зачем нужен раздел «История» Мемуары и семейные рассказы живут рядом с историческими фактами: датами, местами, событиями страны и региона. Этот раздел помогает:\nуточнять хронологию; понимать, в каком мире происходили личные истории; отделять семейное предание от проверяемых сведений; связывать жизнь Татьяны Тимофеевны и её родителей с эпохой. Как будут оформляться материалы Факт — коротко и ясно. Дата / период — насколько известно. Источник — документ, справочник, семейный рассказ, пометка «требует проверки». Связь с семьёй — почему это важно для архива. Заготовки тем места жизни семьи; ключевые годы и события; быт и уклад времени; хронология рода (по мере уточнения). ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/istoriya/kak-chitaem-istoriyu/","summary":"О разделе исторических фактов семейного архива.","title":"Как мы собираем исторический контекст"},{"content":"О проекте сжс.рф («Слово Живой Судьбы») — некоммерческий семейный архив. Материалы посвящены памяти Кривошеиной Татьяны Тимофеевны, её родителям и роду. Это не коммерческий сервис и не медиа-платформа.\nЧто мы публикуем рукописи, фотографии, документы из семейного архива; расшифровки и осторожные редакторские пояснения; для живых людей — как правило только имя, родство и год рождения (без дня и месяца), если публикация вообще уместна. Не публикуем намеренно: телефоны, адреса, e-mail, номера документов живых людей.\nТехнические данные посетителей На сайте может использоваться Яндекс Метрика (счётчик) для понимания, как открывают страницы. Метрика может собирать технические сведения: адрес страницы, тип устройства, приблизительный регион, cookie-идентификаторы и т.п. — по правилам сервиса Яндекса.\nТакже подключены рекламные блоки Яндекс RTB (показ объявлений; загрузчик и floor-блоки). Их работа регулируется политикой Яндекса.\nМы не ведём собственную регистрацию пользователей и не продаём списки контактов.\nCookies и сторонние скрипты При открытии сайта браузер может загружать скрипты Яндекса (Метрика, реклама) и карты OpenStreetMap (если на странице есть карта). Это стандартные внешние запросы.\nОбращение по личным данным Если вы нашли на сайте сведения о себе или близких, которые считаете неуместными (особенно о живых людях), напишите владельцу архива:\nсайт владельца: krivoshein.site В письме укажите URL страницы и, по возможности, фрагмент текста. Мы постараемся оперативно скрыть, уточнить или удалить спорный фрагмент.\nОграничение Этот текст — практическое описание работы семейного сайта, а не юридическая консультация и не оферта.\nИсторические адреса в рукописи Адреса 1930–1940-х из тетради (в т.ч. дом на ул. Серафимовича, исторический номер квартиры 223, подъезд 12) — это прошлые адреса из мемуаров и военных писем, а не текущие координаты живых людей. Современные подъезд/квартира живых на публичных страницах не публикуются.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/konfidencialnost/","summary":"Семейный характер проекта, Метрика, обращение по личным данным.","title":"Конфиденциальность"},{"content":"Фото Со схемы тетради (стр. 004).\nСемейный портрет; дата съёмки пока не установлена.\n«Саша вернулся. Лето 1954».\nУ Москвы-реки, лето 1954.\nПортрет подтверждён семьёй (2026-08-02). Жена — Татьяна Тимофеевна . Альбом: семейный фотоальбом продолжения .\nПосле возвращения Саши (А. Д. Кривошеина) — семейный кадр, 1954.\nКосино, 1954. Митя и Саша (А. Д. Кривошеин).\nАльбом продолжения · Юность и Саша · Татьяна Тимофеевна Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988) — муж Кривошеиной Татьяны Тимофеевны , инженер-конструктор. В рукописи, подписях к фото и в семейной речи он почти всегда Саша.\nКанон сайта: Саша = Александр Дмитриевич Кривошеин, её муж. Полное имя — из родословной схемы и согласованных карточек.\nНиже — связная биография по семейной рукописи, автобиографии отца, открытым архивным и справочным публикациям. Гипотезы и противоречия источников показаны явно; художественный вымысел не допускается.\nПримечание\nНе путать:\nД. А. Кривошеин — Кривошеин Дмитрий Александрович (1905–1979), отец Александра. А. Д. Кривошеин — этот человек, муж Татьяны Тимофеевны. Внук с тем же именем Александр Дмитриевич (р. 1976) — другой человек; для живых на сайте — только год рождения. «Саша» во фронтовом письме 107 (строка Тимоши) — не автоматически этот муж. Однофамильцы (диссертации 1990-х, современные инженеры и реестры) не связываются с этой биографией. Происхождение и семья Годы 1926–1988 (схема , стр. 004) Место рождения Кирсанов, Тамбовская губ. / обл. (схема) Отец Кривошеин Дмитрий Александрович (1905–1979) Мать Кривошеина (Петрова) Нина Васильевна (1907–1991) Жена Кривошеина Татьяна Тимофеевна (1926–2021), урожд. Самсонова Похороны Ново-Девичье кладбище, Москва (схема «Кривошеины») Дети и внуки — на родословных схемах ; для живых публикуются только год рождения и родство.\nЗнакомство, брак, начало семьи По воспоминаниям Татьяны Тимофеевны знакомство и путь к семье описаны в главах тетради:\nЮность и знакомство с Сашей (стр. 134–139) Крым, Севастополь и начало семьи (стр. 140–144) — поездки, родители Саши в Крыму, регистрация брака, рождение сына Семья и дети Точные даты свадьбы и всех этапов знакомства на этой карточке не выводятся сверх уже опубликованного в главах.\nРабота инженером: «Стальпроект» и «Электропроектсталь» По воспоминаниям Татьяны, к моменту её госэкзаменов Саша уже работал в Стальпроекте; её оставили в Москве, потому что Саша работал в Москве (глава об учёбе и работе ).\nВ автобиографии отца на сайте музея «Дом на набережной» Александр назван инженером-конструктором организации, записанной как «Электропроектсталь» (вариант написания в том тексте).\nОпубликованный архивный перечень пересмотренных дел УМГБ Московской области (1956) указывает Александра как инженера-конструктора, члена ВЛКСМ (в перечне — в составе группы; см. ниже).\nПримечание\nКак называть место работы. В рукописи Татьяны — «Стальпроект». В автобиографии отца — «Электропроектсталь». Это, по-видимому, разные записи одного инженерного пути (искажение, подразделение или устаревшее/неточное название), а не два независимых «канона». Официальное полное имя института, связанного с проектированием агрегатов сталеплавильного и прокатного производства (часто «Стальпроект»), подтверждается архивными путеводителями и поздней записью о Государственной премии 1989 года. До кадровой карточки института публичная формулировка: инженер-конструктор; в семье — «Стальпроект», у отца — «Электропроектсталь». Арест 2 сентября 1949 года По воспоминаниям Татьяны Тимофеевны (глава 18 ):\nВ ночь на 2 сентября 1949 Саша был арестован. «Что и как, почему?» тогда в семье не понимали. Татьяна позвонила Дмитрию Александровичу в Благовещенск; родители Саши выехали в Москву. Каждую среду она ходила на Лубянку в справочное бюро; ей говорили, что идёт следствие; позже разрешили передать тёплые вещи и деньги. У Д. А. сняли должность председателя Амурского облисполкома, поставили в резерв ЦК, вынесли строгий выговор «за сына». В ноябре или начале декабря Татьяне сообщили приговор: статья 58, 10 лет. Д. А. и Нина Васильевна ходили перепроверять в справочное бюро. После следствия Александра перевели в Бутырскую тюрьму; Татьяна и Н. В. носили передачи. Затем — Воркута; первое письмо — оттуда. Из-за ареста мужа Татьяну не взяли на намеченную работу (Цензура); около года она не работала; позже — школа № 50 в Люблине, до возвращения Саши. По автобиографии Дмитрия Александровича (музей «Дом на набережной»):\nВ апреле 1946 – июне 1949 он — председатель Крымского облисполкома. В июне 1949 направлен председателем Амурского облисполкома. В августе 1949 репрессировано большинство бюро Крымского обкома. 2 сентября 1949 арестован сын Александр; в автобиографии отца — осуждение по ст. 111, 10 лет. Отец освобождён от руководящей работы, до марта 1950 — в резерве ЦК. Сын: 1926 г. р., женат, инженер-конструктор; в 1954 — полная реабилитация и восстановление на работе. Какая статья была в деле В семейных источниках сохранились две формулировки:\nИсточник Формулировка Татьяна Тимофеевна (рукопись) ст. 58 УК РСФСР, 10 лет Дмитрий Александрович (автобиография) ст. 111 УК РСФСР, 10 лет Архивный перечень УМГБ МО (1956) номер статьи не указан в строке группы Исторический ст. 111 УК РСФСР (редакции 1920–50-х) относилась к бездействию власти / халатному отношению к службе, а не к современной «охране труда». В известных редакциях санкция по 111-й существенно короче десяти лет, поэтому сочетание «ст. 111 + 10 лет» требует архивной проверки (ошибка памяти, совокупность статей, иная квалификация — пока не факты).\nДо получения копии архивно-следственного дела сайт не объявляет ни 58-ю, ни 111-ю единственно установленной.\nПричина ареста и карьера отца Хронология близка: перевод отца из Крыма на Амур (июнь 1949) → репрессии крымского руководства (август) → арест сына (2 сентября) → снятие отца и партийное взыскание.\nНо формула «арестовали из-за высокого положения отца» / «заложник» / «давление на номенклатуру» пока не доказана. Допустимо: арест произошёл на фоне разгрома крымского руководства и вскоре повлёк тяжёлые последствия для карьеры отца; был ли сын арестован как средство давления — только по следственному делу.\nАрхивный перечень (1956) В публикации Фонда А. Н. Яковлева (перечень дел УМГБ по Московской области, декабрь 1956; РГАСПИ. Ф. 589. Оп. 3. Д. 7930…) Александр Дмитриевич Кривошеин указан в группе с другими инженерами (в т. ч. Поляков, Говоров, Быков, Кузнецов): инженер-конструктор, член ВЛКСМ; группа арестована в период с 1 апреля по 2 сентября 1949; наказание в группе — от 8 до 10 лет ИТЛ. Документ относится к делам, пересмотренным и прекращённым за отсутствием состава преступления.\nРазметка таблицы не даёт уверенно персональную дату реабилитации, номер статьи и индивидуальный срок каждого участника. Перечень не используется как доказательство именно ст. 58 или 111.\nЛагеря, работа в заключении, возвращение По воспоминаниям Татьяны:\nВоркута → затем район Семипалатинска («они что-то там строили»; он был уже главным инженером бетонного завода). Июнь 1954 — Саша вернулся. Фраза после предложения «привезти свою…» в рукописи оборвана — на сайте не дописывается. По отцу: 1954 — полная реабилитация и восстановление на работе (точная календарная дата приказа на сайте не публикуется без документа).\nСемейные снимки лета 1954 («Саша вернулся», Петровский лес, Косино) — в альбоме и выше.\nПосле 1954 года Открытые семейные и музейные источники прямо фиксируют восстановление на работе после реабилитации. Конкретная карьерная лестница «инженер → начальник отдела» после 1954 не расписана в рукописи Татьяны по годам; должность начальника отдела института проектирования агрегатов сталеплавильного и прокатного производства («Стальпроект») появляется в опубликованном перечне лауреатов 1989 года (см. ниже) и согласуется с семейной памятью о работе в «Стальпроекте».\nГосударственная премия СССР 1989 года Постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 30 октября 1989 № 931 «О присуждении Государственных премий СССР 1989 года в области науки и техники» (опубл. в СП СССР; библиографические своды 1989 г.).\nВ перечне лауреатов (в т. ч. публикация MegaBook / своды лауреатов 1989) указан:\nКривошеин Александр Дмитриевич — начальник отдела Государственного союзного института по проектированию агрегатов сталеплавильного и прокатного производства для чёрной металлургии (институт, известный как «Стальпроект»),\nв составе коллектива — за реконструкцию нагревательных печей прокатных цехов, обеспечивающую повышение эффективности и качества проката.\nПочему это тот же человек (публично):\nполное ФИО; инженер / проектная металлургия; рукопись Татьяны: «Стальпроект»; автобиография отца: инженер-конструктор (с искажённым названием организации); смерть 1988 и премия 1989 согласуются с нормой о посмертном присуждении (Положение о Госпремиях СССР, пост. ЦК КПСС и СМ СССР от 21 марта 1989 № 251 — допускается посмертное награждение с передачей диплома, знака и денежной части семье); семейное свидетельство (Алексей Кривошеин, 2 августа 2026): награду семье вручали в Кремле (место церемонии — семейная память, пока нет официального протокола вручения). Не пишем, что Александр лично присутствовал на церемонии.\nПримечание\nСтатус атрибуции премии. Совпадение ФИО + должность в «Стальпроекте» + работа + годы + семейная награда — сильная идентификация. Для «железной» кадровой привязки желательны диплом лауреата, личное дело института (РГАНТД, ф. 434) или полный текст пункта постановления с архивным реквизитом ГА РФ. На сайте премия публикуется как подтверждённая открытым перечнем лауреатов и семейным контекстом, с оговоркой о желательных кадровых документах. Подтверждённые опоры Факт Источник Уверенность ФИО: Кривошеин Александр Дмитриевич схема стр. 004; о-Татьяне; Д. А. высокая В тетради — Саша (муж) главы 16–19; фото высокая 1926–1988; род. Кирсанов схема; отец высокая Сын Д. А. и Н. В. схема; Крым; карточки высокая Муж Т. Т. схема; рукопись высокая Работал в «Стальпроекте» (слова Татьяны) гл. 18 высокая как свидетельство Инженер-конструктор; «Электропроектсталь» (слова отца) автобиография Д. А. высокая как свидетельство отца Арест 2.IX.1949 рукопись; автобиография Д. А. высокая 10 лет; ст. 58 (Татьяна) / ст. 111 (отец) рукопись; автобиография конфликт Бутырки, Воркута, Семипалатинск, бетонный завод рукопись Татьяны высокая как свидетельство Возвращение июнь 1954 рукопись высокая как свидетельство Реабилитация 1954, восстановление на работе автобиография Д. А. высокая как свидетельство отца Госпремия СССР 1989, нач. отдела «Стальпроекта», печи перечень лауреатов 1989 высокая (см. оговорку) Вручение семье в Кремле семейное подтверждение 2026-08-02 семейное свидетельство Источники Рукопись Т. Т. Кривошеиной — главы 16 , 17 , 18 , 19 ; схемы . Автобиография Д. А. Кривошеина — музей «Дом на набережной». Перечень пересмотренных дел УМГБ МО — Фонд А. Н. Яковлева (доступ к зеркалу/архиву при недоступности сайта). Лауреаты Госпремии СССР 1989 (наука и техника) — своды/MegaBook; пост. № 931 от 30.10.1989. Положение о Госпремиях СССР — пост. ЦК КПСС и СМ СССР № 251 от 21.03.1989. Семейные подтверждения 2026-08-02 (портрет; вручение премии семье в Кремле). Внутренний разбор: docs/ALEKSANDR_KRIVOSHEIN_BIOGRAPHY_RESEARCH_2026-08-02.md. См. также: Люди · О Татьяне Тимофеевне · Дмитрий Александрович · Нина Васильевна · Родители / род мужа ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/aleksandr-krivoshein/","summary":"Муж Татьяны Тимофеевны (Саша), 1926–1988. Инженер; арест 2.IX.1949; возвращение 1954; посмертная Госпремия СССР 1989.","title":"Кривошеин Александр Дмитриевич"},{"content":" Дмитрий Александрович Кривошеин. Фото: Википедия / Wikimedia Commons .\nДмитрий Александрович Кривошеин (1905, Кирсанов, Тамбовская губерния — 1979, Москва) — советский государственный деятель, агроном; отец мужа Татьяны Тимофеевны — Александра Дмитриевича Кривошеина.\nВ семейной тетради Татьяны Тимофеевны он стоит в схеме Кривошеиных (1905–1979, Тамбов / Кирсанов; похоронен на Люберецком кладбище — по записи в тетради).\nВ семье архива Кто Свёкор Татьяны Тимофеевны (отец её мужа Александра) Жена Кривошеина (Петрова) Нина Васильевна (1907–1991) — портрет со схемы Сын Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988) — муж Т. Т. Краткая биография Родился в семье мещан (Кирсанов). Член ВКП(б) с 1938.\nВ 1930 окончил Ленинградский сельскохозяйственный институт.\nРаботал агрономом и директором совхозов (Оренбургская, Ивановская промышленная области; совхоз им. РККА).\nГоды Должность 1938–1939 зам. председателя Ростовского облисполкома (с/х) 1939–1943 нарком зерновых и животноводческих совхозов РСФСР; член коллегии Наркомсовхозов СССР 1943–1946 нач. Главного управления совхозов Юга Наркомсовхозов СССР 1946–1949 председатель Крымского облисполкома VI–XI 1949 председатель Амурского облисполкома 1950–1953 директор совхоза «Люберецкие поля орошения» (Московская обл.) 1953–1954 зам. директора картофельного института 1954–1959 директор совхоза «Варские» (Рязанская обл.) 1959–1961 зам. директора Московского треста животноводческих совхозов с 1961 старший агроном-семеновод ОПХ им. Моссовета В августе 1949 репрессировано большинство бюро Крымского обкома; 2 сентября 1949 арестован сын Александр. В автобиографии Д. А. указано осуждение по ст. 111 на 10 лет; в рукописи Татьяны Тимофеевны — ст. 58 и 10 лет. Подробности, конфликт статей и лагерный путь — на странице Александра Дмитриевича . Д. А. был снят с работы в Амурской области; в 1950 — в распоряжении ЦК.\nПо автобиографии отца, сын полностью реабилитирован в 1954 и восстановлен на работе.\nНаграды орден Ленина (1939) орден Трудового Красного Знамени (1945) Источники Википедия: Кривошеин, Дмитрий Александрович Музей «Дом на набережной»: биография (автобиография) Семейная тетрадь Т. Т. Кривошеиной — схема «Кривошеины» Публичные биографии и семейная рукопись согласованы по основным датам; детали службы и формулировок — по открытым источникам выше.\nСм. также: Нина Васильевна · Александр Дмитриевич · Родословная из тетради · О Татьяне Тимофеевне ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/roditeli/krivoshein-dmitriy-aleksandrovich/","summary":"1905–1979. Кирсанов — совхозы — нарком — Крым — Амур. Свёкор Татьяны Тимофеевны.","title":"Кривошеин Дмитрий Александрович"},{"content":" Крым / юг — семейные кадры с подписями в тетради (Симферополь 1948 и др.).\nЧто это за место в архиве Крым здесь — не путеводитель, а семейная география послевоенных лет:\nсвёкор Татьяны Тимофеевны — Кривошеин Дмитрий Александрович — в 1946–1949 председатель Крымского облисполкома; летом 1946 Татьяну приглашают к Кривошеиным; вместе с Сашей (Александром Дмитриевичем) они объезжают полуостров; позже — каникулы в Симферополе, регистрация брака, рождение сына Мити (1948) — события, привязанные к крымскому быту семьи Кривошеиных. Крым (ориентир — Симферополь) Полуостров как семейная сцена 1946–1949; детали — в главе тетради, не в туристических списках. · OpenStreetMap Люди Кто Роль в этой географии Татьяна Тимофеевна Гость, затем невестка; голос рукописи Д. А. Кривошеин Председатель облисполкома (1946–1949) Александр Дмитриевич («Саша») Жених / муж; совместные поездки Нина Васильевна Свекровь; встречает, ведёт хозяйство События и главы Крым, Севастополь и начало семьи — основной рассказ (Бахчисарай, Гурзуф, Судак, Севастополь, брак, Митя). Отдельно: место Севастополь (разрушенный город, 1946). Биографическая опора: Кривошеин Д. А. (Крым — Амур — 1949). Хронология (кратко) Год По рукописи / биографии 1946 Поездка в Крым; Алушта, Гурзуф; объезд побережья и гор 1946–1949 Д. А. — председатель Крымского облисполкома 1947 Зимние / каникулярные поездки в Симферополь 1948 Брак; рождение Дмитрия (Мити) в связи с крымским домом семьи 1949 Снятие Д. А. с крымского / амурского поста; арест сына Александра (семья) См. также: Севастополь · Хронология · Места ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/mesta/crimea-family/","summary":"1946–1949: облисполком, гости, Гурзуф, поездки; место семейных встреч Самсоновых и Кривошеиных.","title":"Крым семейный"},{"content":" Удостоверение к медали «За оборону Сталинграда». Семейный архив (тетрадь, стр. 108).\nЧто это Удостоверение о награждении медалью «За оборону Сталинграда».\nНа бланке — гв. сержант Самсонов Тимофей Тимофеевич.\nНе путать с отцом Это брат Татьяны Тимофеевны — дядя Тёма, Самсонов Тимофей Тимофеевич (р. 1923).\nНе отец Самсонов Тимофей Петрович (1888–1955). Отчество на бланке — Тимофеевич, не Петрович.\nУказ и вручение Указ Президиума Верховного Совета СССР: 22 декабря 1942 г. (учреждение / основание медали, как на бланке). Дата вручения на удостоверении: «23» сентября 1943 г. Номер бланка (по снимку): II № 34769. Если в семейных пересказах встречалась иная дата вручения (например, 1945), для публикации берём дату с бланка. Расхождение — на сверку по семейным записям и оригиналу.\nЧасть Вручил командир 79 гвардейского миномётного полка (на бланке также: «командир 79 ГМП»).\nПодпись: гв. подполковник — В. Попов (росчерк; чтение по снимку).\nТекст (по снимку) За нашу Советскую Родину\nУДОСТОВЕРЕНИЕ\nЗа участие в героической обороне СТАЛИНГРАДА\nгв. сержант Самсонов Тимофей Тимофеевич\nУказом ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР от 22 декабря 1942 г. награжден медалью «ЗА ОБОРОНУ СТАЛИНГРАДА»\nОт имени ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР медаль «За оборону Сталинграда»\nвручена «23» сентября 1943 г.\nII № 34769\nКОМАНДИР 79 ГВАРДЕЙСКОГО МИНОМЕТНОГО ПОЛКА\nгв. подполковник В. Попов\nВ семейном архиве Скан лежит в тетради воспоминаний рядом с фронтовыми письмами брата:\nДядя Тёма: документы и Сталинград Материалы по человеку: Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма) Связанные материалы Получатель: Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма) — брат Татьяны Тимофеевны Не Самсонов Тимофей Петрович (отец; отчество на бланке — Тимофеевич) Событие: Оборона Сталинграда Письма брата (Тимоша): 14.06.1943 , 13.07.1944 · коллекция Глава тетради: Дядя Тёма: документы и Сталинград ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/udostoverenie-oborona-stalingrada-samsonov-tt/","summary":"Указ 22.12.1942; вручение 23.09.1943. 79 гв. миномётный полк. Семейный архив.","title":"Медаль «За оборону Сталинграда» — Самсонов Т. Т."},{"content":"Москва — главная сцена семейной хроники Самсоновых и Кривошеиных: детство, работа, война, память.\nНиже — семь точек, о которых пишет Татьяна Тимофеевна в тетради.\nКоординаты — современные (OSM); названия и смысл — из рукописи.\nОтдельные сущности мест: «Метрополь» · ул. Серафимовича .\n1. 2-я Брестская — дом мамы в детстве «Две комнаты на первом этаже… недалеко от Белорусского вокзала. Дом сохранился до сих пор.»\n2-я Брестская улица Район дома, где жили дед Морозов, бабушка и мама (Ева Константиновна). · OpenStreetMap 2. Белорусский вокзал → Лубянка Мама бегала на работу от Белорусского до Лубянки: трамваи не ходили, зима, санки с картошкой.\nБелорусский вокзал Отправная точка дороги мамы на работу. · OpenStreetMap Лубянская площадь ВЧК, секретный отдел — работа мамы; здесь она встретила отца, Т. П. Самсонова. · OpenStreetMap 3. Воздвиженка — 4-й дом Советов Квартира детства: 4-й этаж, пять комнат; в том же доме — приёмная М. И. Калинина.\nулица Воздвиженка Дом на Воздвиженке (позже 4-й дом Советов) — семейная квартира. · OpenStreetMap 4. Александровский сад и Кремль Гулять водили в Александровский сад; отец иногда вёл в Кремль — «имел доступ».\nАлександровский сад Детские прогулки. · OpenStreetMap Московский Кремль «Отец нас водил в Кремль». · OpenStreetMap 5. «Тупичок» у музея Пушкина Зимние санки после работы мамы — переулок за музеем, дети звали его «тупичок».\nРайон ГМИИ им. Пушкина Ориентир для «тупичка» — санки зимними вечерами. · OpenStreetMap 6. Новодевичье Похоронены Тимофей Петрович (1955) и Ева Константиновна (1981).\nНоводевичье кладбище Семейная память: отец и мама Татьяны Тимофеевны. · OpenStreetMap 7. Родина отца — Михайлёны (Бессарабия) В родословной: Т. П. Самсонов род. Бессарабия, с. Михайлёны.\nНа карте — совр. Mihăileni (Молдова); историческая привязка может уточняться.\nMihăileni (Михайлёны) Точка по записи в тетради о рождении отца. Сверять с документами. · OpenStreetMap Связи Тип Ссылка Люди Татьяна Тимофеевна · Ева Константиновна · Т. П. Самсонов Места Метрополь · Серафимовича Главы Моя мама · Отец, брак и дети · Детство · Война 1941 Хронология /hronologiya/ Подробнее в тексте: Моя мама · Детство · Родословная ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/mesta/moskva-semeynaya/","summary":"2-я Брестская, Белорусский → Лубянка, Воздвиженка, Александровский сад, Новодевичье.","title":"Москва семейная"},{"content":"Начало семьи Примечание\nСаша здесь — Кривошеин Александр Дмитриевич , муж Татьяны Тимофеевны. Период Конец 1940-х по рукописи:\nрешение пожениться — после практики Саши (А. Д. Кривошеина) в Магнитогорске и поездки в Симферополь; регистрация брака — в Крыму (в тексте: Ялта / Гурзуф; без выдуманного дня); 1948 — рождение сына Дмитрия (Мити); дальше — учёба, работа, жизнь в Москве (см. главу о семье и детях). Точную календарную дату ЗАГСа, если её нет уверенно в тексте, не публикуем.\nМеста Крым (Симферополь, Ялта/Гурзуф) — решение и регистрация Москва — общая жизнь, учёба, работа Москва семейная Участники Татьяна Тимофеевна Кривошеин Александр Дмитриевич (Саша) (1926–1988) — муж Родители обеих сторон — в тексте согласия на брак Сын Митя (1948) — в главе о семье; для живых потомков публикуются только годы, где это уместно Связанные материалы Крым, Севастополь и начало семьи Семья и дети Знакомство с Сашей Поездки в Крым Карточка мужа: А. Д. Кривошеин (Саша) О Татьяне Тимофеевне Кривошеин Д. А. Фото «Саша вернулся. Лето 1954». Саша — А. Д. Кривошеин, муж Т. Т.\nМитя. Февраль 1948.\nИсточники Рукопись Татьяны Тимофеевны; сводная страница о ней. Без приватных подробностей о живых.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/sobytiya/nachalo-semi/","summary":"Конец 1940-х. Брак с А. Д. Кривошеиным (Сашей); сын Дмитрий (Митя), 1948.","title":"Начало семьи"},{"content":"Главная героиня архива Татьяна Тимофеевна Кривошеина родилась 2 сентября 1926 года и умерла 24 сентября 2021 года в возрасте 95 лет.\nЭтот сайт — семейный архив о её жизни: голосе в рукописи, родителях Самсоновых, доме и памяти рода.\nТатьяна Тимофеевна дома, 2019. Архивный семейный снимок поздних лет: за столом — лупа, тетради и книги.\nДаты жизни Годы жизни 1926–2021 Дата рождения 2 сентября 1926 Дата смерти 24 сентября 2021 Возраст 95 лет Примечание\nДаты жизни подтверждены официальными семейными документами. На памятной табличке на месте захоронения: «КРИВОШЕИНА ТАТЬЯНА ТИМОФЕЕВНА · 02.09.1926 — 24.09.2021». Происхождение и родители Отец Самсонов Тимофей Петрович (1888–1955) Мать Ева (Евдокия) Константиновна (1900–1981) Место детства Москва (по рукописи и семейным рассказам) Семья Муж — Кривошеин Александр Дмитриевич (1926–1988), сын Дмитрия Александровича Кривошеина .\nВ рукописи и на семейных фото он почти всегда Саша — это он же, не другой человек.\nДети и внуки указаны в родословных схемах тетради ; для живых родственников публикуются только годы рождения.\nТруд Кривошеина Т. Т. — старший преподаватель, Институт стали и сплавов. Семейный архив.\nПо семейным подписям и портрету — преподавательская работа в Институте стали и сплавов. Подробности карьеры добавляются только при появлении проверяемых источников.\nРукопись Оставила рукописную тетрадь «Наша родословная. Самсоновы» — первая часть: около 79 страниц.\nНа сайте — расшифровка рукописи; спорные места помечены, текст постепенно уточняется.\nПоздние годы Семья помнит: до глубокой старости сохраняла ясный ум, любила кроссворды, оставалась дома среди своих вещей.\nСнимок 2019 года — уважительный домашний портрет.\nВ 2011 году (около 85 лет) она дала беседу «Комсомольской правде» о Доме на набережной — внешнее печатное свидетельство рядом с рукописью: карточка источника · биография .\nПамять Место захоронения Татьяны Тимофеевны Кривошеиной. На памятной табличке указаны даты: 2 сентября 1926 — 24 сентября 2021.\nПодтверждённые опоры (кратко) Факт Источник Уверенность Дочь Т. П. Самсонова и Евы Константиновны рукопись; схемы высокая Автор тетради от 1-го лица рукопись высокая Преподаватель (Институт стали и сплавов) семейный портрет/подпись средняя–высокая Муж — А. Д. Кривошеин схема стр. 004–005 высокая Рождение 2.09.1926 официальные семейные документы установлено Смерть 24.09.2021 официальные семейные документы; табличка установлено Как читать дальше О тетради Моя мама Родители ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/vospominaniya/o-tatyane-timofeevne/","summary":"2 сентября 1926 — 24 сентября 2021. Главная героиня архива: семья, рукопись «Наша родословная. Самсоновы».","title":"О Татьяне Тимофеевне"},{"content":"Оборона Сталинграда Период 1942–1943 — период обороны и учреждения / вручения медали по бланку:\nуказ 22 декабря 1942 (как на удостоверении); дата вручения на бланке: 23 сентября 1943. Конкретные дни участия брата в боях на бланке не расписаны — не выдумываем.\nМеста Сталинград (историческое имя; ныне Волгоград) — в названии награды и в семейном контексте. Москва — адрес семьи и место хранения документов в тетради. Участники Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма) — гв. сержант, удостоверение к медали. Не Самсонов Тимофей Петрович (отец). Татьяна Тимофеевна — сохранила бланк в тетради. Миша Фриоленко — в заметке к письму: полк после Сталинграда на переформировании (1943). Связанные материалы Документ: Удостоверение «За оборону Сталинграда» — Самсонов Т. Т. Глава: Дядя Тёма: документы и Сталинград Письма: Письма с фронта (в т.ч. Тимоша 105–107) EN документ: Stalingrad defence medal Снимки и документ Удостоверение к медали «За оборону Сталинграда» — гв. сержант Самсонов Тимофей Тимофеевич.\nТимофей Тимофеевич после войны (подпись в тетради).\nИсточники Текст удостоверения (семейный скан, стр. 108 тетради). Письма и главы — как указатели, не как дневник боевых дней.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/sobytiya/oborona-stalingrada/","summary":"1942–1943. Медаль «За оборону Сталинграда» — Т. Т. Самсонов, не отец Т. П.","title":"Оборона Сталинграда"},{"content":" Грамота ордена «Красное Знамя». Семейный архив.\nЧто это Бланк Российской Социалистической Федеративной Советской Республики, Всероссийский Центральный Исполнительный Комитет.\nВ тексте — вручение гражданину Самсонову Тимофею Петровичу знака ордена «Красное Знамя» за исполнение долга перед социалистическим Отечеством (формулировка бланка о бое против врагов революции / организации рабочих и крестьян — по тексту грамоты).\nПодписи Председатель В.Ц.И.К.: М. Калинин (подпись на бланке) Секретарь В.Ц.И.К.: (на снимке слабо читается) Год на бланке частично обрезан: «19__ г.» — уточнить по оригиналу Значение для семьи Один из главных «статусных» документов отца Татьяны Тимофеевны в домашнем собрании.\nСвязан с биографией: Самсонов Т. П. .\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/orden-krasnogo-znameni-samsonov/","summary":"Документ ВЦИК, подпись М. Калинина. Семейный фотоархив.","title":"Орден Красного Знамени — Самсонов Т. П."},{"content":"Отец — Самсонов Тимофей Петрович (1888–1955) Полная биография с фото и хронологией:\n→ Самсонов Тимофей Петрович → Фотоальбом с подписями → Документы Кратко: революционная биография (Сибирь 1910, Англия 1917, ВЧК и Дзержинский, орден Красного Знамени, «Правда» 1929, Башкирская АССР) — и при этом «папа» в подписях и стихах дочери.\n«Ф. Э. Дзержинский, Беленький, Папа» — папа справа.\nМать — Ева Константиновна Ева (Евдокия) Константиновна Самсонова (Морозова) (1900–1981).\nПо дневнику дочери: Москва, 2-я Брестская, машинистка ВЧК, встреча с Т. П. Самсоновым.\n→ Моя мама Дети Самсоновых По тетради дочери — трое:\nСамсонова Евгения (Геня) Тимофеевна — сестра. Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма; в рукописи часто «Женя», р. 1923) — брат.\nРассказ о нём: продолжение тетради (стр. 090–098) ; фронтовые письма и награды: брат на фронте (стр. 101–108) ; документ: медаль «За оборону Сталинграда» — Т. Т., не отец Т. П. Кривошеина Татьяна Тимофеевна — автор тетради. Дочь в том же комплекте Кривошеина Т. Т., ст. преподаватель, Институт стали и сплавов.\nРод мужа (Кривошеины) Свёкор Татьяны Тимофеевны — Кривошеин Дмитрий Александрович (1905–1979), отец её мужа Александра Дмитриевича (в тетради — Саша).\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/roditeli/otets-i-mat/","summary":"Отец — разбор альбома и биография; мать — Ева Константиновна, материалы собираются.","title":"Отец и мать"},{"content":"Поездки в Крым Период Лето 1946 — первая подробно описанная поездка (после экзаменов; Саша и Татьяна у родителей Саши в Крыму).\nДалее — каникулы 1946/47, последующие приезды (в т.ч. в связи с регистрацией брака и рождением Мити) — по годам в рукописи, без ложных дней.\nМеста В рассказе: Симферополь, Алушта, Гурзуф, Бахчисарай, Чуфут-Кале, Судак, Севастополь, Ялта, Массандра и др.\nОтдельные страницы мест добавляются по мере публикации раздела «Места»; пока опора — главы дневника.\nУчастники Татьяна Тимофеевна Кривошеин Александр Дмитриевич (Саша) — жених / муж Кривошеин Дмитрий Александрович и Нина Васильевна — родители Саши Ева Константиновна — согласование поездки (по тексту) Связанные материалы Крым, Севастополь и начало семьи Юность и знакомство с Сашей Начало семьи Семья и дети Фото Кисловодск / Симферополь 1948 — семейные кадры (подписи на листе).\nИсточники Рукопись, главы 140+ (читательские главы о Крыме). Описания разрушенного Севастополя и маршрутов — воспоминания, не туристический путеводитель.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/sobytiya/krym-poezdki/","summary":"С 1946. Крым с семьёй Кривошеиных; Севастополь после войны.","title":"Поездки в Крым"},{"content":"Эта страница — мост между семейным архивом и общей историей.\nФакты ниже сначала взяты из биографии и документов ; академическая сверка — следующий слой.\nОпорные точки 1910, Сибирь — Александровский централ: дореволюционное политическое заключение. 1917, Великобритания — высылка иностранца в год русской революции. 1919, ВЧК — именной контакт с Ф. Э. Дзержинским. Орден Красного Знамени — государственная награда раннесоветского периода. ГПУ — продолжение службы в органах безопасности. 1929, «Правда» — публичный текст о Дзержинском. Башкирская АССР — след официальной печати на портрете (роль и годы службы уточняются). 1888–1955 — рамка жизни на памятнике-бюсте. Как будем углублять Сверка с опубликованными списками награждённых и кадрами ВЧК/ГПУ (открытые источники). Уточнение псевдонима Nemchinoff и маршрута 1917 года. Место бюста и контекст Башкирии. Полная расшифровка статьи в «Правде». Семейный тон сайта не заменяет историческую критику источников — оба слоя нужны.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/istoriya/samsonov-i-epoha/","summary":"Сибирь, 1917 год за границей, ВЧК, ордена, «Правда» — опорные точки для сверки с большой историей.","title":"Самсонов Т. П. и эпоха"},{"content":"Полная связная биография (хронология, имя Бабий / «Фома», ВЧК, ЦК, кино, 1938, семья, источники):\n→ Самсонов Тимофей Петрович (раздел «Люди», canonical)\nНиже — семейный альбом: портреты и бумаги, как они лежат в архиве. Это не вторая полная биография.\nПортреты Молодой Тимофей Петрович. Ателье «Капустинский / Шереметьев», Москва.\nРанний портрет: головной убор, китель, значок.\nЗа письменным столом.\nОфициальный портрет; печать Президиума Верховного Совета Башкирской АССР.\nПоздний портрет.\nБюст: 1888–1955; стихи дочери на листе.\nДокументы в альбоме Александровский централ, 1910 Высылка из Великобритании, 1917 «Кольт», 16.01.1919 Орден Красного Знамени Знак ГПУ «Правда» о Дзержинском, 1929 «Здесь сидел отец летом 1910 года».\n«Ф. Э. Дзержинский, Беленький, Папа».\nКольт от Дзержинского.\nГрамота ордена Красного Знамени.\nБланк знака ГПУ.\n«Правда», 20.07.1929 — дата по альбомной помете.\nExpulsion Order, 1917.\nПолный альбом: Самсонов Т. П. .\nДочь Кривошеина Т. Т. — старший преподаватель. Тот же семейный комплект.\nСм. Отец и мать · биография в «Людях» · Документы .\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/roditeli/samsonov-timofey-petrovich/","summary":"Альбомный разворот: снимки и бумаги отца Татьяны Тимофеевны. Полная биография — /lyudi/timofey-petrovich-samsonov/.","title":"Самсонов Тимофей Петрович — альбом и документы"},{"content":"Самсонова Евгения Тимофеевна — старшая сестра Кривошеиной Татьяны Тимофеевны в семейной тетради «Наша родословная. Самсоновы».\nНа сайте о ней — только то, что уже сказано в рукописи и схемах. Отдельной «внешней» биографии нет: не дополняем пробелы общими фразами.\nХронология (как в источниках) По рукописи / схеме Рождение Москва, февраль 1920 (повествование); на схеме — «1930–1941» (конфликт чтений) Родство Дочь Т. П. от 1-го брака; Ева приняла как родную Детство Фото «Женя и Тёма»; семья ноябрь 1925 1936 Стихи / письмо-якорь в гл. 10 1939–1941 Рассказ о судьбе (гл. 11 ); смерть 1941 (в тексте — октябрь, «21 год») Детали смерти Не расширяем сверх глав 10–11 Формы имени Форма Где Евгения / Геня (Евгения) рассказ «Моя сестра» (тетрадь) Самсонова Евгения Тимофеевна схема рода на стр. 003; подпись у фото: «Моя сестра Геня» Женя фото-подписи детства («Женя и Тёма Самсоновы»); продолжение рассказа о судьбе (стр. 091) Евгения (Геня) Тимофеевна навигация Отец и мать Примечание\nНе путать с братом. Брат Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма, р. 1923) в рукописи после стр. 093 тоже часто назван «Женя». Для сестры устойчивы Геня / Евгения; Женя у сестры — в основном ранние фото и рассказ о 1939–1941. Родство Кто Сестра автора тетради (Татьяны Тимофеевны) Отец Самсонов Тимофей Петрович Мать по тетради — дочь отца от первого брака; Ева Константиновна приняла её как родную Брат Самсонов Тимофей Тимофеевич (Тёма) Сестра Кривошеина Татьяна Тимофеевна Годы (как в источниках) По повествованию тетради (стр. 087, 091):\nродилась в Москве в феврале 1920; умерла в 1941 (в рассказе — октябрь, «ей было 21»). На схеме рода (стр. 003) у имени стоит диапазон «1930–1941» (чтение схемы). Он не совпадает с «февраль 1920» и возрастом 21 в 1941; сайт не выбирает «правильную» дату за автора — фиксируем оба чтения источника.\nКонфиденциальность\nСмерть в военное время (1941) — по рукописи; детали смерти и болезни на этой карточке не расширяем сверх текста глав 10–11. Полный рассказ — в тетради. Где читать в архиве Фото «Моя сестра Геня». Портрет со схемы (стр. 003).\nЖеня и Тёма Самсоновы. «Мой брат и сестра… Меня ещё не было».\nНоябрь 1925. Семья: Женя, мама, Тёма, папа, бабушка.\nАльбом продолжения · глава о Гене Главы тетради Продолжение истории Тимофея Петровича; сестра Геня (стр. 080–089) — начало «Моя сестра», стихи 1936, якорь #genya-tyoma Сестра Геня и брат Тёма (стр. 090–098) — судьба Гени; семейные фото; далее — брат Вставка-письмо (листы 089–090) Отдельный документ (не основной разворот дневника):\n→ Вставка: письмо к сестре (листы 089–090) Края обрезаны; много [?]. По содержанию — обращение к сестре; связь с рассказом о Гене — в редакции документа. Подпись/авторство на обрезке на сайте не навязываются.\nСхема и фото Обложка и родословные — Самсонова Евгения Тимофеевна Семья в продолжении тетради (фото) — «Женя и Тёма», семья 1925 Отец и мать — список детей Самсоновых Подтверждённые опоры Факт Источник Уверенность Полное имя на схеме: Самсонова Евгения Тимофеевна тетрадь, стр. 003 высокая Дочь Т. П. от 1-го брака; Ева приняла как родную тетрадь, стр. 087, схема высокая Формы Геня / Евгения; в ряде мест Женя главы 10–11; фото высокая Сестра Татьяны и Тёмы тетрадь высокая Рождение «Москва, февраль 1920»; смерть 1941, в рассказе октябрь, «21» стр. 087, 091 высокая как чтение рукописи На схеме «1930–1941» стр. 003 чтение схемы; расхождение с повествованием Карточка не добавляет отчества, мужа или диагнозов, которых нет в проверенном тексте сайта.\nСм. также: Люди · О Татьяне Тимофеевне · Оглавление тетради ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/lyudi/genya-samsonova/","summary":"Сестра Геня (Евгения). Формы имени и ссылки на рукопись; без домыслов о смерти.","title":"Самсонова Евгения (Геня) Тимофеевна"},{"content":"Семейный контекст В 1946 году, во время пребывания у Кривошеиных в Крыму, Татьяну Тимофеевну и семью приглашают в Севастополь на торжества в День Военно-морского флота (по рукописи — приглашение адмирала Октябрьского Дмитрию Александровичу).\nЭто не экскурсия «по достопримечательностям», а свидетельский эпизод: город после войны.\nСевастополь Городская бухта; в тетради — разбитые дома, Малахов курган, памятник затопленным кораблям. · OpenStreetMap Что пишет рукопись город «разбит полностью»; сохранились отдельные здания, пристань, водная станция; улицы с «мёртвыми окнами»; Малахов курган — ощущение, что «ходили по трупам»; форты первой обороны у входа в бухту; памятник погибшим кораблям. Севастополь в архиве связан с послевоенным Крымом семейным, а не с отдельной «морской» биографией Самсоновых.\nСвязи Тип Ссылка Глава Крым, Севастополь и начало семьи Место-рамка Крым семейный Человек Кривошеин Д. А. Автор рукописи О Татьяне Тимофеевне См. также: Хронология · Места ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/mesta/sevastopol/","summary":"1946: разрушенный после войны Севастополь глазами гостьи семьи Кривошеиных.","title":"Севастополь"},{"content":" Удостоверение «За оборону Сталинграда» — семейный документ Т. Т. Самсонова.\nИмя места В годы войны и в семейных документах город фигурирует как Сталинград.\nСовременное официальное имя — Волгоград (переименование 1961).\nНа этой странице сохраняем историческое имя там, где речь о 1942–1943 и о награде; в скобках — нынешнее.\nВолгоград (исторически — Сталинград) Ориентир города на карте; смысл для архива — оборона 1942–1943 и семейный документ о награде. · OpenStreetMap Зачем место в архиве Не туристический обзор, а семейная привязка:\nбрат Татьяны Тимофеевны — Самсонов Тимофей Тимофеевич (дядя Тёма / Тимоша), гв. сержант; в тетради и в отдельном документе — удостоверение к медали «За оборону Сталинграда»; не путать с отцом Самсоновым Тимофеем Петровичем — на бланке отчество Тимофеевич. Документ и главы Связь Ссылка Документ Медаль «За оборону Сталинграда» — Самсонов Т. Т. Глава тетради Дядя Тёма: документы и Сталинград Рассказ о брате Продолжение тетради (090–098) Письма с фронта Сборник писем Хронология (публичные опоры) Когда Что в архиве 22.12.1942 Указ о медали (на бланке удостоверения) 23.09.1943 Дата вручения (по документу) 1942–1945 Военный путь брата в рукописи: «от Сталинграда до Берлина» — как семейная память о сыне, не как награда отца См. также: Хронология · Места · Родители / семья ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/mesta/stalingrad-volgograd/","summary":"Историческое имя — Сталинград; ныне Волгоград. Связь архива — оборона и медаль Т. Т. Самсонова.","title":"Сталинград (Волгоград)"},{"content":" Удостоверение от 16 января 1919 г.\nТекст (по снимку) Удостоверение, 1919 г., 16 января, выдано тов. Самсонову Т. П. в том, что председатель Всероссийской Чрезвычайной Комиссии подарил ему для ношения свой личный револьвер системы «Кольт» № 75350.\nПодпись: председатель ВЧК Ф. Дзержинский.\nЗначение Прямой именной документ, связывающий Тимофея Петровича с Ф. Э. Дзержинским на уровне личного доверия/окружения.\nВ паре с групповым фото «Дзержинский — Беленький — папа».\n→ Биография · Фото с Дзержинским ","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/dokumenty/udostoverenie-kolt-1919/","summary":"Личный дар/передача оружия от Дзержинского — ключевой документ связи с ВЧК.","title":"Удостоверение о револьвере «Кольт», 16.01.1919"},{"content":" Семейный кадр из тетради (Москва, дом правительства — контекст жизни на Серафимовича; без номера квартиры).\nМесто Улица Серафимовича в Москве — адрес Дома правительства («Дом на набережной»).\nВ 1931 семья Самсоновых переезжает в этот новый дом. Отец входил в комиссию по заселению.\nНа публичных страницах архива указываем улицу и дом как исторический объект, без номеров квартир и подъездов.\nул. Серафимовича / Дом правительства Ориентир Дома на набережной. Конкретные квартиры на сайте не публикуются. · OpenStreetMap Зачем в архиве детский и подростковый дом Татьяны Тимофеевны после Воздвиженки; почтовый адрес матери на фронтовых письмах 1943 года («Дом правительства»); связь с биографией Т. П. Самсонова (работа при ЦИК) и Евы Константиновны (партийная работа в городе). Воспоминания Татьяны Тимофеевны Семья поселилась здесь, когда Татьяна Тимофеевна была ребёнком (1931; ей около пяти лет). Два слоя памяти:\nСлой О чём Где читать Рукопись переезд; отец в комиссии по заселению; большая квартира, часть которой отделили; двор, клуб, кружки; 1937–38 — исчезновения соседей и одноклассников гл. 02 · 03 · 13 Интервью 2011 устный рассказ для «КП»: детская атмосфера начала 1930-х, соседский дом, репрессии, опечатанные квартиры, семейная память об отце и матери карточка источника · оригинал «КП» Страница места не пересказывает газету и не превращает списки соседей из прессы в «реестр жильцов». Исторический дом и улица — да; номера подъездов и квартир на этой странице — нет.\nЛюди и главы Связь Ссылка Переезд, дом Отец, брак и дети Детство в Москве Детство Интервью 2011 карточка источника · биография Татьяны Письмо 1943 Тимоша — маме, 14.06.1943 Карта семейных точек Москва семейная Рядом по смыслу предыдущее жильё: гостиница «Метрополь» , затем М. Власьевский / Воздвиженка (см. Москва семейная ); Хронология — 1931 и военные письма. Политика публикации: номера квартир и подъездов не выносятся на открытые страницы мест.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/mesta/serafimovich-street/","summary":"С 1931 — дом на ул. Серафимовича (Дом правительства). Детство, война, память; внешнее интервью 2011.","title":"Улица Серафимовича (Дом правительства)"},{"content":"Школа 1940–1941 Период Предвоенные годы и начало войны — по главам о детстве/школе и «Школа и война».\nВ рассказе: окончание 7-го класса, переход в 8-й; 22 июня 1941 — сообщение о начале войны (семья у радио).\nДальше — школа в эвакуации и возвращение в московский класс (в т.ч. знакомство с одноклассником Сашей Кривошеиным).\nТочные номера всех школ и все даты экзаменов не сводим в лочно-точный календарь.\nМеста Москва семейная Куйбышев — школа № 74 и перевод в другую смену (по рукописи) После возвращения — школа / экстерн в Москве (Горный институт и др. в тексте главы) Участники Татьяна Тимофеевна Одноклассники и учителя — в тексте глав; отдельные страницы только при устойчивой идентичности Позже в классе — Кривошеин Саша = А. Д. Кривошеин , будущий муж (см. Знакомство с Сашей ) Связанные материалы Таня: детство и школа Школа и война Смежное событие: Эвакуация 1941 Фотогалерея тетради: тетрадь — семья, продолжение (где есть школьные/семейные кадры) Фото Класс 6 «а» — школьная группа с подписями на листе тетради.\nИсточники Рукопись Татьяны Тимофеевны. Имена одноклассников — как в тексте; спорные чтения — [?].\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/sobytiya/shkola-1940-1941/","summary":"Около 1940–1943. Школа в Москве; война; Куйбышев; возвращение в класс.","title":"Школа 1940–1941"},{"content":"Эвакуация 1941 Период 1941 (начало войны; в тетради — вставка о 16 октября 1941 в Москве) и последующие месяцы эвакуации / жизни на востоке (Куйбышев в рассказе дочери). Точные дни отъезда и возвращения семьи целиком не выводим сверх рукописи.\nМеста Москва семейная — дом, вокзалы, привычные точки. Куйбышев (ныне Самара) — город эвакуации в рассказе Татьяны Тимофеевны (школа, быт, голод). Возвращение к Москве — через рассказ о пропуске и дороге (см. главу «Школа и война»). Участники Кривошеина Татьяна Тимофеевна — от первого лица в тетради. Ева Константиновна — работа райкома, эвакуация, приезд к дочери. Самсонов Тимофей Петрович — упоминается в связи с работой и помощью из Москвы. Бабушка и другие родственники — в тексте главы, без отдельных entity-страниц. Связанные материалы Глава: Война, 1941 (вставка о 16 октября). Глава: Школа и война (эвакуация, Куйбышев, возвращение). EN: War, 1941 (опубликованная EN-глава). Родители: Ева Константиновна . Фото Тетрадь: рассказ о войне 1941 года — эвакуация (семейный скан).\nИсточники Рукописная тетрадь Татьяны Тимофеевны. День 16 октября 1941 — из вставки о панике в Москве (рассказ мамы). Остальные даты — по связному рассказу, без приписывания ложной точности.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/sobytiya/evakuaciya-1941/","summary":"1941–1942 (примерно). Москва → восток (Куйбышев); возвращение — по рукописи.","title":"Эвакуация 1941"},{"content":"О чём этот сайт Слово Живой Судьбы — семейный архив, посвящённый жизни Кривошеиной Татьяны Тимофеевны, истории её родителей, родовой памяти, фотографиям, документам и историческому контексту эпохи.\nСайт создан, чтобы сохранить и передать дальше живые истории, которые иначе могут исчезнуть.\nЧто здесь будет Раздел Содержание Воспоминания Мемуары и рассказы о жизни Татьяны Тимофеевны Родители Жизнь и судьба её отца и матери, семейные корни История Исторические факты, даты, события и контекст времени Фото Семейный фотоархив Документы Письма, свидетельства, официальные бумаги и другие источники Языки Материалы публикуются на русском и английском. Переключатель языка — в шапке сайта.\nПоиск Полнотекстовый поиск по опубликованным материалам: раздел Поиск .\nПринципы публикации Как мы опираемся на источники, помечаем неуверенность ([?]) и защищаем приватность живых людей — в разделе Принципы публикации .\nПолитика для посетителей: Конфиденциальность .\nПрава Все материалы предназначены для сохранения семейной памяти.\n© Семья Кривошеиных. Все права защищены.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/o-proekte/","summary":"О семейном архиве Кривошеиной Татьяны Тимофеевны","title":"О проекте"},{"content":"Краткие правила, по которым материалы попадают на сайт. Подробнее о посетителях и живых родственниках — в разделе Конфиденциальность .\nИсточники В основе — семейный архив: рукописи, фотографии, письма, официальные бумаги. Текст дневника и подписи к снимкам по возможности опираются на оригинал (тетрадь, бланк, печать), а не на пересказ. Редакторские пояснения отделяются от источника: это контекст, а не «дописанная» память. Чужие открытые источники (например, справочные страницы) указываются явно, если используются. Неуверенность Нечитаемые или спорные места помечаются ([?], «требует сверки»), а не «угадываются» красивой формулировкой. Неизвестная фамилия автора письма не выдумывается; формы имён (Тимоша, Дмитрий, Миша…) не сливаются без оснований в тексте. Даты и отождествления с расхождениями остаются осторожными, пока нет подтверждения документом или явной фразой рукописи. Связи между людьми, местами и событиями в публичном графе архива получают уровень доверия (от «по документу» до «неуверенно») — см. словарь отношений в документации проекта. Приватность Для живых людей в открытом тексте, как правило, только имя, родство и год рождения (без дня и месяца), если публикация уместна. Не публикуем намеренно телефоны, e-mail, точные современные адреса и номера документов живых людей. Часть листов тетради намеренно не выложена как отдельные страницы или галерея (в т.ч. 099–100; отдельные кадры вроде 155 и 157 могут оставаться в static без публичных ссылок). Запрос на скрытие или уточнение — через Конфиденциальность . Чего этот сайт не делает Не подменяет архив «сенсационной» биографией. Не смешивает разных людей с похожими именами (например, Тимофея Петровича и Тимофея Тимофеевича). Не обещает «полноты» всех страниц рукописи: публикация идёт осознанно, с учётом источников и этики. См. также: О проекте .\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/printsipy-publikacii/","summary":"Источники, неуверенность, приватность — правила публикации на сжс.рф.","title":"Принципы публикации"},{"content":"Сайт — карта семейной памяти, не лента новостей. Ниже — спокойный маршрут на 15–30 минут.\n1. Познакомиться с автором О Татьяне Тимофеевне — кто она и зачем архив Страница в «Людях» — биография и фото 2. Читать тетрадь «Моя мама» — первая глава Все главы — список по порядку На телефоне: в главе откройте «Главы тетради»; на компьютере — список слева Сайт запоминает последнюю главу: на главной появится «Продолжить чтение».\n3. Люди рядом Александр Дмитриевич (Саша) — муж Родители Самсоновы — отец и мать Все люди 4. Время, места, фото Хронология — годы подряд Места — Москва, Крым, Сталинград… Фото — альбомы с подписями 5. Как мы публикуем Принципы публикации — источники, неуверенность, приватность Конфиденциальность Если чего-то не хватает или нужно скрыть — пишите через страницу конфиденциальности.\n","permalink":"https://%D1%81%D0%B6%D1%81.%D1%80%D1%84/s-chego-nachat/","summary":"Тетрадь, люди, хронология, фото — с чего войти в архив.","title":"С чего начать"}]